Филипп высказывается с точки зрения хоть и дилетанта (хотя я бы не сказал что Филипп такой уж дилетант, он вполне может составить конкуренцию самым матерым критикам), но "дилетанта от литературной критики". Я же просто говорю с точки зрения самого обычного читателя. Первый рассказ совершенно нечитаем. Сквозь него нужно именно что продираться.
Со оценкой Филиппа рассказа Алекса Гаршина (Гарра), то соглашусь, многовато библейских цитат на объем. Такую плотность я боюсь использовать даже в романах, дабы не заподозрили меня в какой-нибудь предвзятости.
Фантастика на мой взгляд - это что-то такое, скручивающее в трубочку после первого же слова и не отпускающее до последнего.
А если хочется именно что продираться (испытывая жуткие муки, но при этом, сладострастно осознавая что муки эти не всеми могут быть выдержаны, поглядывая через плечо в ближайшее зеркало), то можно открыть Гегеля, например. Больше пользы будет.

На связи Екатерина Писарева, главред интернет-издательства Booknoscriptor, в шорт-лист литературной премии которого внезапно в этом году также попал зубодробительно-графоманский поток сознания "У моря" Юрия Соболева. Интересна, а какая была бы реакция у Быкова на шорт Букскриптора?

А параллельно с КРЯККом проходит финал премии «Электронная буква» Литреса.
Председатель жюри Быков вышел на сцену и сказал, что все «было чудовищно».

«Давайте забудем нашу жизнь, как страшный сон, и этот конкурс тоже», – предложил он.

Не, ну а почему бы и нет.

​​У нас в «Нетленке» таки стартовал наш первый конкурс подписчиков, рассказы (целых 15 штук) выложены в паблике и ждут комментариев благодарных (или не очень благодарных) читателей.

А я предлагаю почитать интереснейшую статью от Александры Пустовойт, которая копает всегда ну очень глубоко. В статье «ГВИН АП НУДД, КОРОЛЬ ЗИМЫ» Саша рассказывает о Гвин-ап-Нудде, мифологическом валлийском предводителе охоты, герое, который пережил практически всех своих сородичей-небожителей.

Даша Сницарь решила сопоставить несколько абзацев из ранней (третьей) редакции «Мастера и Маргариты», которая известна как «Великий канцлер», с каноническим текстом, чтобы понять, насколько значительны внесённые Булгаковым правки.

Вот что получилось:

ДО

В час заката на Патриарших Прудах появились двое мужчин. Один из них лет тридцати пяти, одет в дешевенький заграничный костюм. Лицо имел гладко выбритое, а голову со значительной плешью. Другой был лет на десять моложе первого. Этот был в блузе, носящей нелепое название «толстовка», и в тапочках на ногах. На голове у него была кепка.

Оба изнывали от жары. У второго, не догадавшегося снять кепку, пот буквально струями тек по грязным щекам, оставляя светлые полосы на коричневой коже...

ПОСЛЕ

Однажды весною, в час небывало жаркого заката, в Москве, на Патриарших прудах, появились два гражданина. Первый из них, одетый в летнюю серенькую пару, был маленького роста, упитан, лыс, свою приличную шляпу пирожком нес в руке, а на хорошо выбритом лице его помешались сверхъестественных размеров очки в черной роговой оправе. Второй – плечистый, рыжеватый, вихрастый молодой человек в заломленной на затылок клетчатой кепке – был в ковбойке, жеваных белых брюках и в чертых тапочках.

— в час заката → в час небывало жаркого заката
— одет в дешевенький заграничный костюм → одетый в летнюю серенькую пару
— в блузе, носящей нелепое название «толстовка» → был в ковбойке
— на голове у него была кепка → в заломленной на затылок клетчатой кепке
Полностью исчез абзац про пот, драматично текущий струями по щекам.
До редактирования слово «был» встречается три раза в трёх предложениях подряд, после редактирования — два раза, причём между «был» и «был» стало существенно больше текста.

ДО

Первый был не кто иной, как товарищ Михаил Александрович Берлиоз, секретарь Всемирного объединения писателей (Всемиописа) и редактор всех московских толстых художественных журналов, а спутник его — Иван Николаевич Попов, известный поэт, пишущий под псевдонимом Бездомный.

ПОСЛЕ

Первый был не кто иной, как Михаил Александрович Берлиоз, председатель правления одной из крупнейших московских литературных ассоциаций, сокращенно именуемой МАССОЛИТ, и редактор толстого художественного журнала, а молодой спутник его – поэт Иван Николаевич Понырев, пишущий под псевдонином Бездомный.

— Всемиопис → МАССОЛИТ
— редактор всех московских толстых художественных журналов → редактор толстого художественного журнала

ДО

Оба, как только прошли решетку Прудов, первым долгом бросились к будочке, на которой была надпись: «Всевозможные прохладительные напитки». Руки у них запрыгали, глаза стали молящими. У будочки не было ни одного человека.

ПОСЛЕ

Попав в тень чуть зеленеющих лип, писатели первым долгом бросились к пестро раскрашенной будочке с надписью «Пиво и воды».

— «решётка Прудов» исчезла, видимо, как не очень понятное описание
— «Всевозможные прохладительные напитки» → «Пиво и воды»
— «У будочки не было ни одного человека» повторяется далее, потому из этого абзаца при редактировании исчезло

ДО

Да, следует отметить первую странность этого вечера. Не только у будочки, но и во всей аллее не было никого. В тот час, когда солнце в пыли, в дыму и грохоте садится в Цыганские Грузины, когда все живущее жадно ищет воды, клочка зелени, кустика травинки, когда раскаленные плиты города отдают жар, когда у собак языки висят до земли, в аллее не было ни одного человека. Как будто нарочно все было сделано, чтобы не оказалось свидетелей.

ПОСЛЕ

Да, следует отметить первую странность этого страшного майского вечера. Не только у будочки, но и во всей аллее, параллельной Малой Бронной улице, не оказалось ни одного человека. В тот час, когда уж, кажется, и сил не было дышать, когда солнце, раскалив Москву, в сухом тумане валилось куда-то за Садовое кольцо, – никто не пришел под липы, никто не сел на скамейку, пуста была аллея.

— странность этого вечера → странность этого страшного майского вечера
— «Цыганские Грузины» исчезли, и это к лучшему, лично я, хотя и живу в Москве, не понимаю, о чём идёт речь
— появилась инверсия в конце

Мои выводы (выводы Даши):

— Сложные слова типа «пара», «ковбойка» не сразу приходят в голову, и это нормально.
— В целом структура текста сильно не изменилась. Да, один абзац исчез, тем не менее, многие предложения сохранили свой смысл.
— Текст сделался сложнее, насыщеннее, я бы даже сказала, что описания стали избыточными.
— Те особенности языка, которые я всегда считала стилем «Мастера и Маргариты» появились уже на этапе редактирования.

Я с Дашей соглашусь, что в редакции булгаковского «Великого канцлера» начало выглядит суховатым, и я бы даже сказал – схематичным. И потому вдвойне интереснее, как Михаил Афанасьевич эту схематичность оживляет тем фирменным мясцом, который делает текст стилистически неотразимым.

Любопытно, что Даша, коренная москвичка, в Цыганских Грузинах не опознала Большую и Малую грузинскую улицу=). Но мне-то вот больше интересно то, почему Булгаков обозначил эту местность «цыганской». Погуглил немножко, ничего не нашёл по этому поводу… ну не может же быть вольной авторской фантазией?

Читаю все эти восторженные оды в адрес NaNoWriMo по соседним литературным каналам, и тихонько улыбаюсь. Ведь ничего нет лучше тех 1,5-2 часов в ночной тишине, когда ты, вычистив из головы весь за день нанесённый туда инфо-мусор, сидишь и неспешно кропаешь несчастные 300-400 слов. Кропаешь, и тут же нещадно редактируешь, собирая в паззл по смыслу, по звукописи, по каким-то впрыгивающим ярким образным находкам четыре-пять абзаца.

Да, это будут всего несколько абзацев за день, но абзацев, которые уже мало-мальски собраны и подогнаны друг к другу, которые точно не должны исчезнуть потом в пучине яростной редактуры. Их нужно будет только подшлифовать, улучшить, прогнать разок-другой через «Орфограммку» и «Свежий взгляд», встроенный в гугл-док. И никаких тебе исчезающих под кнопкой Del тысяч и тысяч знаков, навеянных бешеным темпом NaNoWriMo.

Так рождается первый роман.

Время потихоньку подступает к Новому Году, и «Нетленка» запускает уже второй свой полноценный литературный конкурс – на этот раз с денежными призами.

Итак, до 14 декабря мы принимаем на почту netlenka.konkurs@gmail.com рассказы на тему Нового Года или Рождества. Тема при этом свободная, главное, чтобы так или иначе цеплялась праздничная тема (можно даже фоном). Объём текста от 5000 до 15000 знаков с пробелами. Подробные условия читайте по ссылке.

Тройка победителей получит 1000, 500 рублей и книгу «Карта Хаоса» Феликса Пальма. Встречайте Новый Год с "Нетленкой", читая хорошие рождественские истории!

​​У нас в «Нетленке» очередная статья от Саши Пустовойт, которая очень любит позакапываться в нечто историко-литературоведческое. Собственно, «Эльфы Младшей Эдды» это продолжение разговора, начатого в статье «Эльфы, как они есть».

На этот раз Саша исследует культурологические, этимологические корни слова альвы-álfar на примере скандинавского эпоса Младшей Эдды.

​​В интервью с Алексеем Андреевым, одним из финалистов «Будущего времени», обнаруживается замечательная и на 100% верная фраза. Ведь и реально, купание в лайках, хвалебных комментариях от друзей-родных по поводу написанного влияет на писателя, особо на начинающего, весьма деструктивно.

И ладно бы ещё тусовка более или менее литературно-значимая, но ведь свои микро-филиалы советских по духу «союзов писателей» гроздьями рассыпаны по всему русскоязычному самиздату. И варятся в них люди, рассыпаясь в хвалебных комментариях, отчаянно двигая друзьяшек в победители самостоятельно же организованных конкурсов, варятся не годами даже, а десятилетиями. Личный творческий рост при этом около-нулевой, да и не нужен он, зачем, в тусовке ты ведь всё равно «восходящая звезда русскоязычной литературы».

Вот интересно, в американском сегменте самиздатовского интернета такая же фигня происходит? По идее, в реале там, в остро-конкурентной среде, просеивающей людей на литературные навыки на уровне средних школ и колледжей, налажена система адекватных социальных лифтов в этой среде…. Но в этих ваших интернетиках никто ведь не мешает быть львом толстым среди марков твенов и прочих сэлинджеров.

Каких-то прямо идеальных рукописей ожидает Александр Александрович... Бьюсь об заклад, - на 100% соответствия с этим не пройдёт ни одна книжка от наших любимых мэтров из боллитры. И тем не менее, все идут в печать, и занимают своё скромное местечко на полках магазинов с маркировкой "Бестселлер".

​​ЧТО ЖДЕТ ОТ РУКОПИСИ РЕДАКТОР
Александр Прокопович, главный редактор «Астрель-СПб»

1. Яркий финал.
2. Книга должна быть самодостаточной, независимой от других книг цикла.
3. Интригующее начало.
4. Интересный сюжет.
5. Интересный герой. Герой меняется.
6. Достоверность/реалистичность.
7. Безупречная внутренняя логика событий.
8. Соответствие важности эпизодов и сцен и уделенного объема произведения.
9. Подводить к ключевым сценам (сюжетным поворотам, финальным сценам), ключевые сцены читатель должен ждать.
10. Не надо пересказывать, нужно рассказывать. Важна картинка, то есть нужно показывать, а не рассказывать.
11. Перечитывать текст – «красным слова не должны выделяться». Убрать ошибки.
12. События в России.
13. Российские герои.
14. Все всерьез. Должно быть достоверно.
15. Понимание читателя, для которого пишет автор.
16. Хорошее название. Критерий – короткое, легко запоминается.
17. В конце не должно оказаться, что все происходящее – это сон, галлюцинация и т.пр.
18. Книга не только должна быть интересна в целом, но и каждый эпизод должен быть интересен.
19. «Читатели читают книгу целиком, а потом с начала до конца». В романе важны все элементы, композиция, отдельные эпизоды, язык, герои и пр. Если проваливается один элемент, то проваливается вся книга.
20. Деньги. В книге должно быть что-то, за что современный покупатель придет и выложит в магазине деньги (пять евро) из своего бюджета.

От имени канала @WritersDigest поздравляем Александра Александровича Прокоповича с Днем Рождения! 🎉

Отличный рассказ от Валерии, тексты которой расцветают с каждым разом всё больше, всё интереснее и неожиданнее. Чертовски приятно наблюдать творческий прогресс у человека, творчество которого однажды зацепило - значит, зацепило не зря, есть чему цеплять.

Участвую в проекте из своего солнечного Казахстана. А вот, собсно, текст, который я подала на участие в конкурсе

https://ru.tgr.am/@krutizna/331

С удовольствием посмотрел-послушал очень такую добротную, насыщенную лекцию Михаила Веллера – человек в своём фирменном стиле разгоняет телегу о теории и практике литературы, причём это, конечно же, не сухонький рассказ с прописными истинами, а реально серьёзный разговор, с порой нестандартными выводами и основным мессендежем: если есть потребность писать – пиши. Пиши даже, если все вокруг будут яростно захлёбываться обвинениями в графомании. Авось что-нибудь и получится.

Из любопытного, но для меня открывающегося почему-то только сейчас. Где-то с 18.50 минуты Веллер коротко рассказывает об условности соотнесения того или иного текста к формату – рассказа, новеллы, повести, романа и т. д, неважно. Многие ведь так и ведут подсчёт по набранному на клавиатуре количеству символов. Типа, о, 400 000 символов (10 а. л.) есть, значит роман так или иначе состоялся. Ну, вот по Веллеру, один чеховский рассказик «Ионыч» – это роман. И почему бы, собственно, и нет, если вкладываемые в небольшой текст смыслы равны романным?

Это любопытная тема, в которой надо бы ещё поразмышлять и покопаться.

"Мажор" действительно один из самых качественных и более или менее цепляющих отечественных сериалов. У меня-то, правда, претензии не столько к дырам и ляпам (а они есть во всех без исключения кино-историях). Моя основная претензия в том, что наши сценаристы до сих пор не научились выстраивать хорошую, крутую арку героев и персонажей. Такую, чтобы от серии к серии, от сезона к сезона герои как-то менялись, необязательно даже росли внутренне, можно ведь и деградировать. Но главное чтобы менялись. На Западе ведь именно эта фишка круто подвинула сериальные проекты типа HBO и Netflix. Я писал, кстати, по этой теме недавно, разобрал немного на примере крутейшего сериала "Лучше звонить Солу", можно посмотреть по ссылке - https://vk.com/@netlenka_blog-o-psihologii-v-kino-i-v-literature-na-primere-seriala-luchsh А "Мажор" что - я вот заметил единственное значимое изменение в, скажем так, общей драматической линии - "Мажор" нехило так дрейфует от оперского боевичка на серьёзных щщах к ещё более экшновому оперскому боевичку с комичными уже персонажами (причём всеми теми же), грубо говоря, - к анекдоту. Видимо, по мнению цекаловских сценаристов "Улицы разбитых фонарей" рулят и в 2018 году. Ну, то такое.

Смотрю второй сезон «Мажора» и на примере этого, в общем-то хорошего сериала (по идее и сути), видно, в каком убогом состоянии находится сценаристка. И это у Цекало, который, я так полагаю, лидер рынка.
Ужасающие сюжетные дыры, даже не дыры, а канавы, поведение героев лишено логики, ее вообще не слишком много там, странные диалоги, которые кажутся мне наивными (что малое зло) или вовсе неуместными (отчего я испытываю тот самый стыд).
При всём при этом, первые два сезона вполне, если закрыть на это глаза.
Отчётливо видно, что крепкий писатель на две-три головы сильнее сценариста. Ну и прикольно видеть и буквально на ходу исправлять все те допущенные ошибки, на которые раньше я не обратил бы никакого внимания.

http://www.kinopoisk.ru/film/820638/?app

​​В чертогах набоковского дома, притаившегося на Малой Морской в СПб, хранится много разных артефактов, так или иначе связанных с Владимиром Владимировичем, есть даже пара лакированных туфель. Но сегодня не о них, а подвиге:

Написал небольшую рецензию на роман Алексея Винокурова «Люди Чёрного дракона»

Я как-то долго подбирался к обзору на книгу, которую прочитал уже больше месяца назад. И не потому, что она не впечатлила, не оставила после себя некоего своеобразного послевкусия, – просто я, честно говоря, не совсем понимал, что можно было бы написать о книге.

И опять же, нет – не потому, что написать о ней нечего=). Просто, это роман какой-то не совсем укладывающийся в линейку современной российской «боллитры» (прошу прощения за нелепый жаргонизм, но уж я им буду пользоваться в качестве определения нашей современной большой прозы от мэтров).

Но вот всё же собрал мысли в кучку и разродился, можно посмотреть по ссылке.

Хоть уже и поздравлял Леру лично, присоединяюсь, всё-таки толстые журналы и поныне остаются действительно значимой для интеллектуальной российской тусовки институцией. А значит, а значит пробиваться к сияющим литературным вершинам можно и нужно и этой тропой.