Впрочем, местами довольно жарко уже и в «Кошках». Экшна хватает, иногда его даже чересчур, из-за этого повествование поддергивается рябью, появляется ощущение не вполне оправданной рванности. К примеру, в финальной сцене битвы Рике с «пауком» я увидел прямо-таки Кинга – там, конечно, очень жёстко, кроваво, кое-где даже противно, но это… как бы всё же пока что закос под Кинга. Надеюсь, что прокачанные писательские скиллы Алекса в будущем позволят обрести ему собственный неповторимый стиль именно в таких, ключевых сценах, пока что тональность немного сбивается, появляется привкус вторичности и лёгкой фальши.

Нельзя притом сказать, что авторского стиля Алексу не достаёт вообще. Вот бытовые сцены обустройства (простите) концлагерей на оккупированной нацистами в 40-е годы территории Норвега – это неплохо. Не в политическо-идеологическом смысле неплохо, поймите меня правильно, а в смысле умело подобранной интонации, верно подобранных слов, рисующих прямо 3D-картину той жести, до которой опускались обыкновенные же люди. И герои именно тут оживают во всех своих отрицательных и положительных чертах характера, как-то через поступки, через слова проглядывает вся сущность каждого из персонажей – это уже вполне зрелая, интересная проза опытного писателя.

Резюмируя, хочу отметить, что в нынешнем виде «Кошки…» получаются слишком уж эклектичной книгой. Эклектичной во всём – жанрово: да, я, на самом деле, вполне понимаю сомнения тех дяденек и тётенек из издательства, которые бояться ошибиться с первой книгой пока что малоизвестного писателя, но вообще-то предложение переписать 2/3 книги в угоду маркетинговым прикидкам типа экспертов – это ненормально, алло. Эклектичны «Кошки» и чисто художественно – книги не хватает (с моей точки зрения) внимательного лит-редактирования, так чтобы подпилить, привести в порядок все неровности, шероховатости, торчащие кое-откуда неряшливо нити; всё это, впрочем, дело чистой техники.

Я вот написал про чрезмерную эклектичность, и в очередной раз задумался под финал рецензии: именно её же и не хватает современной русской прозе, неважно, формульная ли она или боллитровая. Допустим, «Кошки не всегда молчат» относится к жанру магической фантастики с ярко выраженными элементами политического триллера – так, может, как раз такие эксперименты и нужны для того, чтобы перезапустить вялое болотце привычного, приевшегося, скучного?

Очень даже соглашусь с Ольгой. И дело даже не в конкретном списке "Нацбеста", просто есть ощущения тектонического движа, действительно смены литературных поколений. В интересное время живём.

Длинный список Нацбеста просто 🔥 Ровно с прошлого года (когда в лонге НБ появилось много имён писателей поколения тридцатилетних - а потом и весь премиальный сезон прошёл под знаком смены литературных поколений) - я довольна тем, что происходит в современной русской литературе. Потому что сейчас в ней происходит все. И сразу. И никаких границ. И никакой цензуры и скуки. И, самое главное, никакого ощущения (как было в последние десять лет), что открыл книгу, а забрёл в архив. У меня все.

Теорией перевода я интересуюсь постольку-поскольку (мой английский очень слабенький, и это одна из тех попаболей, которая заставляет жутко комплексовать), но тематические заметки и статьи стараюсь отслеживать. Это полезно для теоретического понимания тонкостей переводных романов – ну, правда, иногда книга зарубежного писателя плоха не потому, что она плоха, а потому что кое-кто отнёсся к своему делу очень-очень спустя рукава, и этот кое-кто живёт в России – очень в этом смысле показательна публикация в DTF, расставляющая все точки над i в деле странного перевода «Гарри Поттера» первого «росмэновского» издания – https://dtf.ru/read/93124-tekst-prost-i-primitiven-kak-rosmen-perevodil-garri-pottera

Но сегодня речь не о мальчише-кибальчише, нарезающем виражи на метле в глубинах магической срединной Англии. Ребята из «Многобукв» запускают рубрику «Сказать то же самое» – о тонкостях переводческой работы и всем, что с ней связано. Открывается рубрика заметками Владимира Бабкова, переводчика, работавшего с текстами Апдайка, Томаса Вулфа, Бернарда Шоу, Джулиана Барнса и других классиков англоязычной литературы.

Наверно, самый популярный вид споров в интернете, после споров о политике, — спор о переводах. Любой релиз популярного автора в России неизменно сопровождается волной холиваров на тему, удался перевод или нет, стоит ли читать книгу в оригинале или довериться переводчику. Почти полвека спустя после выхода «Слова живого и мертвого» Норы Галь мы продолжаем выяснять, что такое хороший перевод, а что — нет.

«Многобукв» запускает новую рубрику «Сказать то же самое»: о переводе и переводчиках, их работе и ежедневных трудностях.

Открывают рубрику заметки преподавателя Школы художественного перевода АЗАРТ и Литинститута Владимира Бабкова — о том, по каким критериям определяется качество перевода и в чем основная сложность при обсуждении переводов https://mnogobukv.hse.ru/news/339292805.html

Елена Станиславская – «Бог из машины»: ладно скроенный фантастический янг-адалт, пока что укрытый сумерками самиздата

Признаюсь: к русскоязычному янг-адалту я равнодушен. Нет, пожалуй, я вообще к жанру янг-адалта равнодушен – не моё это, читать про подростков от имени подростков, вникая в подростковые проблемы, примеряя на себя короткую (для меня одежду) одежду их проблем. И тем не менее, волей случая, но в последний месяц я прочитал целых два романа янг-адалтового жанра. Что интересно – оба романа из самиздата от мало кому известных (надеюсь, что пока) авторов. Одну книгу представляю в этом обзоре – «Бог из машины» Елены Станиславской, прошу любить и жаловать. Её книга, правда, в свободном доступе сейчас отсутствует, но тем, кому интересно, автор, разумеется, с удовольствием подарит экземпляр в любом удобном е-формате, достаточно постучаться в личку Елене.

Причина отсутствия «Бога из машины» хотя бы на каком-нибудь «Литресе», полагаю, проста – на сегодня написана всего лишь первая часть романа (сейчас Елена пишет продолжение). Тем не менее уже и по первой части мне понятно, что это написанная хорошим русским языком, композиционно ладно скроенная история, которую, по идее, в нишевой серии «ЭКСМОАСТ» должны отхватить с руками. Впрочем, чему удивляться, –Елена десять лет назад закончила с отличием Литинститут, публиковалась в журнале «Знамя», и это практически знак профессионального качества (особенно если в сторону твоего лит-диплома поворчал Сергей Есин=)).

«Бог из машины» – это янг-адалт с примесью фантастики. Ну, точнее, фантастический элемент здесь задаёт канву сюжета: у 16-тилетнего парня по кличке Бой гибнет младшая сестра, как ему кажется, – по его вине. Это безумно мучает, совесть нудит, корябает, колупает мальчишку, но, кажется, всё можно исправить, переиграть нелепую смерть – некий профессор, руководитель засекреченного НИИ обещает воскресить сестрёнку с помощью не менее засекреченной технологии. Собственно, подготовка к процедуре воскрешения в стенах института, где помимо Боя обитают такие же несчастные юноши и девочки, желающие вновь увидеть мёртвых родственников, составляют основу «Бога из машины».

Не буду углубляться в сюжетные перипетии, скажу только, что Елена довольно грамотно, с сохранением сквозной интриги выстраивает и романтическую, и конфликтную линию во взаимоотношениях Боя с прочими обитателями секретного НИИ. И «воскрешение» из мёртвых, как это ни парадоксально, в мире романа действительно возможно, с одним малюсеньким «но», которое, конечно же, никакое не малюсенькое, а закидывающее крючок интриги дальше – в следующие части книги (всего их предполагается три штуки). Не все сцены мне показались убедительными, есть пару сомнительных с логической и описательной точки зрения экшн-сцен, но в целом «Бог из машины» тащит.

Жаргонный глагол из молодёжного сленга в финале прошлого предложения я употребил неспроста. Дело в том, что Елена умело и грамотно рассыпает по тексту всякого рода мемы, устоявшиеся сетевые выражения, вкручивает аллюзии на неочевидные для людей поколения 40+ вещи. Спорный метод, как по мне, для произведения, которое потенциально претендует на счастливую издательскую судьбу (а как по мне – реально претендует), поскольку молодёжный сленг неуловимо видоизменяется в течение каких-то двух-трёх лет, с этим бы надо поаккуратнее. Но это, пожалуй, один из тех признаков произведений «новой волны», который недавно отмечал в FB Александр Прокопович: новая лексика, новая стилистика – то, что проникает не только в книги, но и в рецензии, обзоры на эти самые книги.

Вообще же, язык для активно пишущего человека (и необязательно писателя) – всего лишь инструмент, который в умелых руках создаёт тело произведения (заметки, рецензии, статьи), а в неумелых – вянет обрывками тезисов, предложений, отдельных слов и бесструктурного УГ. Мне, честно говоря, отрадно вылавливать в мутных рукописных водах хорошие, интересные тексты, которые ничем не уступают от своих собратьев, уже сладко посапывающих на книжных полках магазинов. В этом смысле, ИМХО, взгляд умелого бук-блогера или там критика должен хотя бы иногда выскальзывать за пределы пространства, ограничиваемого актуальным лит-процессом, и что-то пытаться нащупать в окружающих сумерках. Я хоть и не умелый блогер, а всего лишь кустарь-самоучка, но очень рад, что мой взгляд сфокусировался на книге Елены Станиславской «Бог из машины», надеюсь, не в последний раз.

​​До чего ж прекрасна елизаровская «Земля», – когда после двухсот страниц крепкого, упоительного реализма ты внезапно проваливаешься в абсолютно постмодернистские сцены. И прямо сразу веет книжным духом начала нулевых, когда и Пелевин такой молодой, и клёвый Сорокин ещё впереди…

По литературным каналам идёт забавный флешмоб:

Рассказать, какой самый тупой (стыдный/смешной/интересный) запрос писатели вводили в поисковик, ради фактчекинга или типа того, в процессе работы над своими произведениями!?

Посмотрел, что у меня там выскакивает из последнего, получается чисто из творческого негусто:

швеллеры
у крыс ледяной хвост
реальность сновидений с научной точки зрения
война россии и пруссии при елизавете

Следующий ход передаю Архипу Индейкину, который заведует двумя каналами:

@god_no_ta

@read_me_now

Предыдущие ответы:
https://news.1rj.ru/str/ya_volshebnik/342
https://news.1rj.ru/str/WritersDigest/3830
https://news.1rj.ru/str/litmentor/1197

Единственное правило: эстафету передавать только по литературным каналам.

Тут случилось нечто чудовищное по невозможности: я целиком и полностью солидаризируюсь с мнением госпожи Потупчик (!!!, да покарают меня боги) о том, что сегодняшняя магазинная акция протеста против сшитого белыми нитками политического дела «Сети» – это беззубая ерунда. Потому что, кто там включился в акцию? Правильно, с десяток мельчайших независимых магазинов, которые в хороший день навещает десяток же беззубых-безобидных очкариков. Получилась чисто обозначительная акция, ни на что и никак не влияющая, просто для лайков-шеров в Фейсбуке среди тех же самых интеллектуалов и сочувствующих арестантам писателей-издателей-книготорговцев. Вот если бы по всей стране прикрыли лавочки «Читай-город» или хотя бы наш питерский «Буквоед» забастовал – уже было бы что-то…

Непонятно вообще, что должно произойти для того, чтобы общественность резко и массово отреагировала на мерзкое, позорное дело против ребят из «Сети». Вот, даже Кинчев (как к нему кто ни относится, но и он влияет на умы определённой части даже молодёжи) посвятил песню ребятам, но всё это такая капля в море, эх.

Тут Виктория написала очень большой и возмущённый пост, направленный против некоего бессовестного, не пошевелившего и пальчиком Филиппа Хорвата, который позволил себе «попрекнуть» вчерашнюю магазинную акцию протеста. И вроде бы всё справедливо написано, правильно, со всем почти согласен, покрылся краской стыда за этого самого убогенького Филиппа Хорвата…

Но только, если снимать розовые очки безудержного оптимизма и юношеского максимализма, что дала эта акция, помимо того, что прокатилась в качестве новостного повода по лентам медиа и новостных агентств? Последовало ли хотя бы одно заявление со стороны тех, от кого что-то зависит в деле «Сети»? Хоть кто-нибудь там, наверху, моргнул в сторону общества, дав понять, что эта реакция хотя бы услышана?

Поймите, Виктория, я вполне разделяю ваш пафос и полностью с вами согласен в том, что каждому конкретному человеку, ничего не сделавшему для гражданского общества, в принципе, высказываться с ноткой претензий не комильфо. На самом деле, никаких-то претензий в адрес книжных магазинов у меня и нет. Просто надо понимать, что, равно как и мой изначальный пост, публичная акция независимых магазинов – это всё чисто символические жесты прекрасных эльфов, абсолютно ничем не рискующих. Мы всё в равной степени комфортно сидим на своих диванах и что-то выражаем, формулируем какие-то мысли, смыслы на ограниченную аудиторию своих подписчиков. Не ради лайков и репостов даже, а чисто ради обозначения своей правильной позиции.

Позиция-то правильная и у магазинов, и у вас, и ещё у пары миллионов возмущалкиных, только что толку? Корчи совести в действенный протест, заставляющий власть пересмотреть абсурдный и чудовищный приговор ни в чём не повинным людям, не монетизируется, увы.

Посмотрел «Текст» – тот самый кинч по мотивам книги Глуховского, и что-то вообще никак. Никак по сравнению с текстом «Текста», конечно. И вроде бы даже сценарий весьма близок к оригиналу книги (сам же Глуховский и писал), да только… Скука и уныние по итогу получилась, два часа потраченных зря.

Думаю, проблема в том, что сам роман изначально не кинематографичен. Это в книге весь сюжет складывается из прочитываемых главным героем сообщений из мессенджеров, личных переписок, смс и писем электронной почты – интересный ход, который, например, уже юзают некоторые около-литературные приложения (например, «MyBook: Истории», для которого я тоже делаю истории в виде переписок). Но на экран этот формат не перетащишь, не визуализируешь нормально: весь сюжет сдувается, становится двумерным и схематичным, более того, как будто появляются вопросы к логике действий персонажей и весь фильм покрывается пыльной фальшивинкой.

Полноценная рецензия на книгу Глуховского, которую мы совместно написали с моей коллегой-писательницей Натальей Глянцевой, надеюсь, будет опубликована на страницах одного из лит-журналов в ближайшее время.

Совершенно случайно откопал вот такое предложение от новосибирского театра «Старый дом», с кураторством проекта в том числе Александра Молчанова.

«До окончания приема заявок на «Дисциплину» осталось чуть больше недели!

«Мне кажется, что мы сформулировали правильную задачу — сделать театр, в котором зрителю будет интересно. И это не значит — идти за зрителем, потакать самому низменному, что есть в человеке. Как раз наоборот, задача — увлечь зрителя. А для этого нам прежде всего самим нужно понять, каким должен быть театр в 2020 году, во время «Нетфликса» и HBO», — рассказывает драматург, сценарист, сценарный коуч и будущий наставник авторов Александр Молчанов.

Мы ищем современных людей, которые хорошо пишут по-русски и хотят учиться драматургии. Нам неважно, сколько вам лет и какой у вас опыт. Если у вас нет ни одной пьесы — это нормально. Главное, чтобы вы что-нибудь писали: сценарии, прозу, стихи, да хоть репортажи.

👉🏻Чтобы подать заявку, напишите нам на disciplina.project@gmail.com до 28 февраля. Расскажите, чем вы занимаетесь и почему хотите участвовать. К письму нужно приложить два ваших текста на русском языке в разных жанрах — например, пьесу и рассказ, рассказ и стихотворение, стихотворение и рецензию. Темой письма укажите «Хочу в Дисциплину».

Судя по этому посту, обучать драматургии кураторы планируют на бесплатной основе, видимо, реально ищут перспективных авторов для нового, современного и нарративного театра. Обещают даже за свой счёт вывезти в Новосибирск, чтобы познакомить со своим репертуаром.

Вчера от редактора «Сибирских огней» пришла моя статья на вычитку-утверждение, и над первым же абзацем я конкретно завис. Нет, я всё понимаю, у меня довольно тяжеловесный стиль, и облегчить его – милое дело, я ничуть не против. Однако ж, помимо собственно редактуры человек вклепал местами некоторые слова-словечки, которые в моём индивидуальном письменном тезаурусе могут появиться разве что в кошмарном сне. Жизнь-боль, надо это теперь как-то всё аккуратно корректировать, приводить в порядок, а на вычитку всего два дня (статья пойдёт в апрельский номер «Сиб.огней»).

Впрочем, на фоне того кошмара, в который вляпалась, к примеру, с редактурой Анна Жучкова на днях, это всё кажется фигнёй – дальше первого абзаца редактор с моей статьёй вроде как обращается куда как бережнее. Но всё же, какой-никакой опыт, поневоле сравниваю его с опытом того редачества, который получил на копирайтерском поприще. В копирайтинге как-то всё же попроще, там если и цепляются люди, то больше по фактологии, так чтобы чистить какие-то слова и обороты – это мне всего один зануда попался за восемь лет. Да и отношение к коммерческим текстам другое, сейчас я их воспринимаю в качестве чего-то мёртвого, чужого, чисто функционального и не своего – написал и тут же забыл.

​​Актуалочка на питерском раёне.

#свободусети

Я уже давно думал над этой темой, прикидывал как и немножко боялся, присматриваясь к определённым кандидатурам, но тут уж всё решилось буквально за пару дней, – в общем, приглашаю в этот канал соавтора. И не просто соавтора, а человека, который любит со мной спорить частенько, щёлкать по носу (и вполне справедливо порой) – прошу любить и жаловать Дарью Ростову.

Далее просто передаю ей самой слово:

«Всем привет!
Меня зовут Дарья Ростова, и я новый соавтор канала the TXT, спасибо Филипп!

Если коротко, я работаю в финансах много лет, о чем тоже пишу книгу под черновым названием «Финик и калаш». Я не очень давно в литературном процессе, если не считать два года работы замом главреда в маленькой провинциальной газетенке, приобщившей меня к Пелевину, а еще написания ряда статей и буклетов.

К сторителлингу я шла давно, сама того не осознавая, но ванлавом он стал после «Игры престолов», и это мое главное отличие от владельца этого канала: я люблю жанры, скандалы, интриги и расследования, а нашу родимую боллитру воспринимаю, как очередной свод законов о вывозе мусора и формулах расчета пенсий, так что, если вы скучали по спорам авторов в канале – легко, и тут вам не опостылевшая политика, тут Раскольников против Саурона, Томпсон и Толстой на одной полке.

Чем я могу вам быть интересна? Тем, что я аналитик, а от этого так просто не избавиться, к вопросам изучения сторителлинга я подхожу с бухгалтерской пиндитностью – как Шерлок плету паутины расследования по сюжетам хитов, провожу параллели и не ведусь на мнение критиков. Мне интересно как создавались бесты, какими фишками пользовались авторы, ну и экспериментировать (у меня сейчас несколько проектов под разными псевдонимами).
Общее у меня с владельцем этого канала – беззаветная любовь к литературе (хотя принципиально разной), и нелюбовь к инфоцыганству. Так что буду делиться тем, что кажется мне важным.

Фром Даша виз лав.

P. S. А ещё у меня есть собственный канал, посвящённый литературе, который я тоже надеюсь активно развивать в ближайшее время, подписывайтесь – https://news.1rj.ru/str/arctranzita».

Нетолерантный Голливуд 30-х годов или запоздалая история успеха одного из классических хорроров

Этот фильм был снят режиссёром Тодом Браунингом по мотивам рассказа Тода Роббинса «Шпоры», а кинопрокат, пришедшийся на 1932 год, закончился спустя две недели после премьеры. По одной простой причине – обычных американцев жестоко «оскорбляли» кадры с уродами-фриками и инвалидами в главных ролях. О толерантности в те времена не было и речи…

Фильму «Уродцы» действительно не везло с самого начала. Если читать подробную историю создания картины, то, в принципе, становится понятным, что иначе и быть не могло – по тем временам брошенный обществу Браунингом вызов выглядел действительно шокирующим, взламывающим принятые в кино понятия о прекрасном. Безрукие и безногие люди, микроцефалы, сросшиеся близнецы, человек-торс – это не то, чем можно было бы завлечь зрителей в кинотеатры.

Последовавший вслед за премьерой «Уродцев» 30-летний бойкот навсегда поставил крест на карьере режиссёра, у которого, между прочим, в кейсе на то время были мега-успешный «Дракула» с Бела Лугоши в главной роли. К концу жизни Тод Браунинг сам по себе превратился в некое жалкое подобие одного из тех уродцев, которые снялись в злополучном фильме: «даже похороны своей жены он наблюдал из отдельной кабинки с односторонним зеркалом, чтобы не показывать знакомым и членам семьи, в кого превратился».

И так бы, наверное, и пролежала картина в безвестности в голливудских запасниках, если бы не внезапное и оглушительное воскрешение после юбилейного показа «Уродцев» на Венецианском кино-фестивале в 1961 году. Поднятый артхаусным показом шум привёл к тому, что в Америке права на неё выкупил организатор Церкви Сатаны Антон Ла Вей. Позже, вдохновлённый именно этой картиной, Дэвид Линч снимает своего «Человека-слона».

О чём говорит эта история? На самом деле, это, конечно же, не про заявленную в заголовке заметки, меняющую оттенки социальной окраски толерантность. Это про то, что любой успех – в кино, литературе, музыке, в искусстве вообще – непредсказуем. Автор произведения может сделать что-то экстраординарное, написать шедевр, придумать некий грандиозный формат, но… пролететь с ним как фанера над Парижем. Исключительно потому, что общество созданную вещь принять по тем или иным причинам не готово. Или в ней не видят потенциала подслеповатые издатели, продюсеры, творческие кураторы и т. д.

История провала/успеха «Уродцев» в том, что если вы что-то делаете сейчас и не получаете вообще никакой отдачи, ни даже поддержки от родных-близких, то необязательно, что вы делаете что-то хреновое, негодное, бесталанное. Возможно, всё дело в том, что идею, концепцию вашего шедевра или готовой рукописи считают никому не нужной фигнёй люди, просто не понимающие, к чему они прикасаются (и как тут не вспомнить известный синдром Даннинга-Крюгера).

Джордж Мартин – хочу поговорить про фишки Игры престолов, но к ним потребуется длинная подводка, так что опубликую несколько статей.

1.Писательство и Мартин.

Нельзя отследить рождение истории – даже если мы знаем, что говорит нам автор, мы не можем ему верить, ведь основу его труда всегда составляет не только муза, воображение и прототипы, но и личная история, начавшаяся еще в детстве или даже до рождения.

Писать Мартин начал еще в детстве – страшилки, которые двигал соседским детям за умеренную плату, увлекался чтением, особенно любил комиксы, а после фантастику и фэнтези.

К первой публикации он шел долго – его рассказы не принимали много лет, а по одному он зафиксировал личный рекорд – 42 отказа (для тех, кто приводит в пример Роулинг). Примерно 12 лет понадобилось Джорджу, чтобы опубликовать первую работу.

В 31 год, одинокий и крайне бедный, Мартин встречает Желязны, который знакомит его с литераторами, дает деньги в долг, подкармливает, а еще учит.
Дальше карьера Джорджа пойдет в гору, и он получит ряд престижных литературных премий, но в возрасте 37 лет издатели откажутся его публиковать, от чего Мартин останется без средств к существованию. Именно в этот момент его замечает Голливуд – в итоге, Мартину понадобилось 27 лет упорного писательства, чтобы разориться, и наконец, найти способ зарабатывать сторителлингом.

Игру престолов Мартин начинает писать в перерывах между работой сценаристом в возрасте 43 лет, но изначально задумывает другую книгу.
33 года писательства потребовалось Джорджу, чтобы начать свой бест.
В возрасте 45 лет Мартин впервые отправляет рукопись Песни в издательство.
Первый том издается, когда Мартину уже 48, а в 2007 году HBO покупает права на экранизацию ИП – Мартину 59 и 49 лет писательства позади.

Думаю, если бы Мартин работал коучем, он бы рассказал вам в первую очередь про пользу упорства.

DR

А вот никто не хочет попробовать свои писательские силы?