Если хочется почитать на ночь глядя чего-нибудь интересного (и в чем-то даже необычного)

Вот так незаметно получился целый лонгрид. Давайте-ка его в папку и на полку

Часть 1. Суперкомпьютер

Часть 2. Принцип neuromechanical matching

Часть 3. Трицепс

Часть 4. Активность разных пучков трицепса

Часть 5. Синергии

Всегда радует реакция, когда говоришь человеку про элементарное планирование дня (и планирование вообще). Человек сразу думает, что жизнь моментально станет серой и скучной😆

Вот сейчас у тебя нет планирования. И что? Жизнь особенно охуенная?

В кроссфит-залах существует неплохая, в общем-то, мысль: наше направление подходит всем. Оно для каждого.

Для него. Для нее. Для тебя!

На самом же деле неплохая мысль частенько приводит к ужасным последствиям. Это когда тренер (сам или вынужденно) цепляется за КАЖДОГО клиента, даже очевидно кривого, косого, мерзкого и токсичного.

Недавно я писал про то, что дети не должны тренироваться в одной группе со взрослыми. Мало того, что чистый кроссфит неэффективен! Тебе придется осторожно общаться, чтобы не дай бог не сказать чего лишнего. И все счастливы: и папаша, который отжимается с утроенной силой, и ребенок, который корячится рядом.

Счастливы все, кроме тебя и людей, которые хотели прийти на НОРМАЛЬНУЮ тренировку: чтобы потренироваться в комфортном для них коллективе.

Когда мы умиротворяем ворчунов и душнил, то ставим под угрозу комфорт людей, которые занимались и, что называется, не особо отсвечивали.

Мы можем запросто этих людей потерять. И такое бывает! Просто никто об этом не думает. Все (особенно менеджмент) переживают за то, чтобы душнила продлил свой душнильский абон, но никто не переживает за то, что можно потерять тех, кто уже есть. Никто об этом даже не думает. Никто не думает о том, что тренер и его группа — это экосистема.

Поймите меня правильно.

Я не говорю о том, что каждая группа — это закрытый клан особо гордых воинов-самураев. Ни в коем случае! Тренер должен быть открыт, доброжелателен и приветлив! Но, если доброжелательный тренер видит душнилу и токсика, у которого жопа съела трусы, то нужно мягко помочь задуматься о поиске других направлений.

Один-два додика запросто РУИНИРУЮТ (ruin) и ваш комфорт, и вашу группу. Не надо за них цепляться. Не надо танцевать перед ними страстный танец в стиле стриптиз. Надо уметь включать переадресацию вовремя!

Но, если таких додиков вокруг слишком много, то додик — вы. Будьте доброжелательны, повышайте компетенцию, но помните — в тот момент, когда у вашего направления появляется название (например, кроссфит), у него появляется АУДИТОРИЯ!

И просто по определению туда не войдут все люди на свете. Попытка свести и удержать всех и каждого приведет к тому, что ваш ковчег просто утонет🙆‍♂️

Тренеру нельзя тренировать, будучи заболевшим.

Не потому, что он на кого-нибудь начихает. Кого сегодня этим удивишь?

Когда ты больной ведешь тренировку, то заряжаешься и думаешь: а мне уже норм, сейчас как возьму и тоже подергаюсь! И вот это «как возьму», «уже норм» и «подергаюсь» затягивают болезнь и приводят к разной неприятной хуете.

Хотя кого нынче удивишь хуетой🤧

Дополнительно рекомендую:

Что делать, если не понимаешь, заболел или нет

Как тренироваться, когда выздоровел почти, но не совсем

Когда (несмотря на не айс) нужно идти в зал, а когда можно покатать вялого

Чем русский отличается от англичанина?

Англичанин уходит и не прощается, русский прощается и не уходит

Вчера я ехал по трассе, смотрел на скинувший снег асфальт и думал: как же хочется снять зимнюю резину и раздавить десяточку километров на пене🥰

Казалось бы, настолько банальная мысль, но она меня удивила. Я вспомнил, что 4–5 лет назад я не любил бегать. Разумеется, я иногда бегал, но поймать радостное ощущение получалось далеко не всегда. Что изменилось?

Изменился подход. Раньше я думал: беговая тренировка! Это же задохнуться и сдохнуть, а потом умереть. Сейчас я думаю по-другому: начну по кайфу, а там посмотрим!

Что интересно, количество интенсивных тренировок при этом выросло, но самое главное — я смог смыть с бега стигму какой-то чудовищно тяжелой анаэробной работы. Или не чудовищной, но неприятной.

При этом я стараюсь никогда не бегать просто абстрактно медленно. Я использую два режима.

Первый называется изи пуш, и это — отличный способ провести очень комфортную, но полезную аэробную тренировку.

Второй я бы назвал мбмм — максимально быстро максимально медленно. Суть в том, что ты стараешься бежать технично, но при этом медленно.

Как правило, ощущение хорошего бега появляется на скорости около средней, но проблема в том, что нас, кроссфитеров (и сочувствующих) такая скорость быстро загасит.

Мбмм позволяет попробовать постепенно переносить более-менее нормальную технику на основную рабочую скорость, то есть сделать вялую трусцу активной и легкой.

Бег — это круто! Скоро снег совсем отступит и можно будет носиться в минимуме одежды и любимых кроссовках. Если вы уже бегаете, то круто. Если нет — начните! Просто не ставьте сверхпланок.

Для начала хватит буквально 15–20 минут до ощущения "маленько устал".

Аппетит придет во время еды😉

За последний год многократно выросла аудитория у самых разных экспертов и политологов. Я следил за несколькими группами: наиболее известными и популярными, менее известными и, скажем, "академичными", правыми, левыми, теми и этими.

Не удивлю, если скажу, что в подавляющем большинстве прогнозы политологов не сбываются, а если что-то сбывается, то гораздо проще списать это на счастливое попадание.

Хочется сказать, что политолог — бесполезная профессия. Согласен, потому что по первому образованию я сам политолог! Но надо понимать, что прогнозы политологов — это не прогнозы погоды. Политологи работают не с реальностью, а со своими представлениями о ней. Они берут какое-то событие или явление и пытаются начертить линию тренда. Они делают это, исходя из своих ценностей и убеждений, из своей картины мира, исходя из похожих ситуаций в прошлом: ретрофутуризм.

На мир невозможно смотреть беспристрастно, потому что в мире важно действие, а любое действие инициируется только в момент появления разности потенциалов. Другими словами, действие может появиться тогда, когда мы понимаем, что хорошо, а что плохо. Действие производит субъект, действие субъективно.

Потенциалы и их разность у каждого своя, каждый видит мир по-своему. Мы действительно живем в Матрице, только эта Матрица одновременно сложнее и проще, чем в фильме. В ней нет летающих машин, штырей в затылок и дедушки-архитектора. Но каждый реально живет в своем мире со своими цветами.

ДАЖЕ ЕСЛИ человек пытается мыслить и рассуждать ОБЪЕКТИВНО, на него БУДУТ ВЛИЯТЬ его ценности и убеждения. Они будут формировать оттенки у (казалось бы) объективных рассуждений. Так же, как терруар формирует вкус кофе.

Поэтому политологи вещают каждый со своей колокольни и каждый одинаково плох в прогнозах! Это первый момент.

Второй момент заключается в том, что политологи любят говорить красиво и сложно. Взять Шульман. В последний год она стала очень популярной. Но я знаю Шульман довольно давно и прекрасно помню, сколько точных прогнозов она успела выдать за последние годы.

Например, в 2016–2017 Шульман прогнозировала, что очень скоро большинство политического истеблишмента и руководящих должностей будет за представителями национальных меньшинств. За точку отсчета она взяла Шойгу и Собянина и нарисовала линию тренда, снабдив это своей фирменной обезоруживающей словесной эквилибристикой. Сейчас 2023. Мы видим примат нацменшинств над коренными русскими? Нет, мы его не видим. "Прогноз" можно отправлять на полку в архив.

Если мы настроены либерально, то будем любить Шульман и скидывать ее лекции своим друзьям. Если мы настроены более консервативно и почвеннически, то у нас в обойме и в репостах будут другие герои. Наше отношение к эксперту в первую очередь задается его нарративом и фоном. Другими словами, либералы слушают и уважают либералов, коммунисты слушают и уважают коммунистов (важно, что эти концепты работали в XIX и XX веке, а сейчас всё маленько другое).

Третья проблема заключается в том, что политолог — на 1/3 историк, на 1/3 журналист и на 1/3 алкаш, который располагает очень поверхностными знаниями в области статистики, социологии и экономики. Отсюда многочисленные проблемы, связанные с анализом общественной жизни и экономических отношений, которые, разумеется, невозможно отделить от политики.

Кто же такой политолог?

Предвзятый человек, который умеет говорить красиво и специализируется на вольной интерпретации фактов. Не надо удивляться, если он а) надо же, переобулся б) из его прогнозов в том или ином виде сбылась в лучшем случае треть. Политологи традиционно сильнее в анализе прошлого из разряда "А я говорил! А если не говорил, то подразумевал".

Издержки профессии

0. Если мы не задумываемся над вопросом, то выбираем не того спикера, который даёт какие-то знания, а того, кто в очередной раз убеждает нас в правильности нашей позиции

1. Смотреть/слушать не только кого-то одного-любимого (самый плохой вариант), а нескольких. Хотя бы 3–4. Причем обязательно должен быть тот, с кого аж бомбит

2. Если у эксперта (любой направленности) огромная аудитория — значит, он понятный и популярный, значит, транслирует картину, созвучную массовому сознанию. Это круто, но может уводить от объективности в сторону

3. Реальная жизнь намного сложнее самых изощрённых политологических выкладок. И (что важнее) гораздо многослойнее и многограннее

Помню, когда лет в 16 я пытался заниматься гирями (ещё до кроссфита), то сформулировал немного наивное правило тренинга:

Чтобы развить какое-то качество, тебе на тренировке нужно испытать его дефицит.

Хочешь силу? Тебя должно нагрузить штангой. Хочешь выносливость? Подыши/задохнись, то есть в моменте испытай дефицит выносливости.

Правило реально наивное, но, как ни странно, на фоне полученных знаний вполне рабочее и актуальное