❗️Курский губернатор сообщил об очередной атаке на поселок Тёткино. Погиб как минимум один гражданский, есть раненые, повреждены несколько домов. Атаке подвергся гражданский объект - спирт завод. Погибшим оказался водитель фуры.

Медведев, кратко: технический дефолт ни на что не влияет; у России есть деньги заплатить в любой валюте, в тч рублями; запрет можно трактовать, как " Виновное поведение кредитора". В таком случае винить надо Байдена; Россия может платить, а может потратить деньги с пользой для себя.

Так и подмывает спросить, Дмитрий Анатольевич, где же ваш 2008 год?..

Исторический экскурс от Мединского. Да, история имеет свойство повторяться.

Снос памятника Александру Невскому в Харькове. Пока у украинцев успешнее всего воевать получается именно с памятниками.

Примерно месяц назад Владимир Путин подписал закон, согласно которому российские компании, акции которых размещены на иностранных биржах, обязаны провести делистинг и вернуть ценные бумаги в Россию.

В целом, задумка понятна. Сейчас пришло время для того, чтобы резко вернуть капитал в Россию. А размещение акций наших компаний на иностранных биржах является одним из главных способов вывода прибыли за рубеж. Причем этим занимаются (занимались) не только частные, но и государственные компании. Так, в структуре акционеров Сбер более 44% акций приходилось на иностранцев. У "Газпрома" доля АДР составляла под 16%. В Лондоне "сидели" Россети, Алроса, ВТБ и многие другие.

В общем, соответствующую меру Путин инициировал и в апреле документ подписал. Правда, в представленном законе был допущен довольно интересный пункт. Так компании могут сохранить листинг на зарубежных площадках, но только в том случае, если они подадут соответствующие заявления, которые должна одобрить соответствующая подкомиссия правительственной комиссии по контролю за осуществлением иностранных инвестиций при Минфине.

В принципе, понятно, зачем был предусмотрен такой пункт. Действительно, в интересах нашей экономики, чтобы пара компаний всё же сохранила свои депозитарные расписки на зарубежных площадках. Но их буквально две-три единицы.

А что же на деле сделал Минфин. Силуанов бодро отрапортовал, что из 19 компаний, подавших заявки на продолжение листинга, одобрены 17. То есть, абсолютное большинство. Правда, глава Минфина допустил оговорку, что большинство этих компаний планирует перевести депозитарные расписки в другие юрисдикции. Но какая разница?

Формулировка "другие юрисдикции" - это точно не Россия. Ну будет, например, не Лондон, а Гонконг или Сингапур. И что с того? У нас остановится отток капитала по акциям, находящимся в свободном обращении?

И давайте посмотрим, каким компаниям Минфин разрешил сохранить депозитарные расписки. Это НЛМК, Полюс, Северсталь, Мечел и другие. Мало, наверное, Силуанов намучился в прошлом году с металлургами. Как раз пришло им время показать, кто в нашей стране хозяин (не Минфин, конечно, а государство в целом). Нет, надо обязательно продолжать действовать в лучших традициях офшорного капитализма.

Силуанов у нас, увы, если и меняется, то очень медленно. Когда ему спускают указания сверху, тогда способен выполнять их чётко. Когда же предоставляется хотя бы малейшая свобода действий, он опять берётся за своё. Видимо, диагноз системного либерализма не лечится. Даже сейчас.

Впрочем, есть и большой позитив. Во всяком случае госкомпании, через которые проходит бОльшая часть дивидендов по акциям, находящимся в свободном обращении, полностью возвращаются в Россию. Плюс расстается со своими депозитарными расписками "Лукойл", который направляет на дивиденды огромные суммы.

В общем, дело медленно, со скрипом, но движется вперёд. Мы уверены, что лет через 5-7, когда к данному вопросу вновь возвратятся, дожмут и Северсталь, и Мечел, и других. Жалко будет только упущенного времени.

Продолжающийся огромный приток евродолларов несет в себе не меньшие риски, чем их недостаток. В настоящий момент Центробанк не знает, что делать с этой ситуацией. Единственный выход, который видят в ведомстве Набиуллиной - ослаблять валютные ограничения. Увы, но, скорее всего, будет принято решение об отмене обязательной продажи валютной выручки для несырьевых экспортеров и установление значение в 50% (снижение с 80%) для экспортеров сырьевых.

Но это, разумеется, не выход. Если либерализовать валютное законодательство, то получится, что наша экономика никак не использует тот огромный профицит счета текущих операций, который образовывается сейчас. Нынешнюю ситуацию следует рассматривать не как внезапную удачу, а как хорошую возможность для извлечения из нее максимальной пользы.

Минпромторг предлагает весьма полезный проект по субсидированию критического импорта. Так импортерам продукции, которая внесена в соответствующий список, предлагается выдавать кредит по следующей формуле: "30% от ключевой ставки + 3%". Последние 3% - плата коммерческим банкам за риск. То есть, при нынешней ключевой ставке в 14%, кредит импортеры критически важной продукции получат по ставке в 7,2%. Собственно говоря, остальные 70% от ключевой ставки предполагается, что будет субсидировать правительство.

Для предприятий срок действия льготной ставки составляет 12 месяцев для закупки продукции для оперативных потребностей 36 месяцев для закупки продукции для инвестиционных проектов.

В целом, предложение Минпромторга является вполне здравым и его, безусловно, необходимо внедрять. Оно станет хорошим подспорьем для решения сиюминутных проблем по закрытию потребностей в критическом импорте.

Вопросы здесь заключаются в другом. Первый - в достаточно медленном согласовании инициативы. По сути дела, она носит рядовой характер, а, значит, должна быть внедрена незамедлительно. Таких проектов должно быть огромное количество и нет никакого смысла получать бесконечные согласования на всех уровнях и подсчитывать сметы. Подобное лишь тормозит экономические процессы и снижает их эффективность.

Второй момент - кредиты предполагается выдавать в рублях. Да, после этого импортеры, конечно, будут менять их на бирже, что повысит спрос на евродоллары. Однако правительство могло бы подумать о предоставлении валютных кредитов, чтобы снизить, во-первых, издержки предприятий, во-вторых, время. Валютные льготные кредиты под закупку важной зарубежной продукции - это абсолютно нормальный и логичный шаг.

Третье. В список включен перечень продукции критически важного импорта. Однако речь идет только о товарах. В основном - об оборудовании. Тем не менее, необходимо его расширить, включив возможность покупки иностранных технологий, а также найма высококлассных иностранных специалистов. Эти вещи куда важнее, чем то же оборудование. Обладая соответствующей технологией, производство оборудования, как минимум, можно локализовать на территории России, а, в идеале - разработать собственное. Поэтому список должен быть существенно расширен.

В общем, инициатива Министерства промышленности и торговли является абсолютно правильной и нужной. Но, к сожалению, велика вероятность, что она застрянет в согласовании с Минэком и Минфином. И драгоценное время будет упущено.

Инфляция в России сошла на нет. Недельное значение равно всего лишь 0,05% против 2,22%, который наблюдался на пике в марте. 0,05% в годовом выражении - это чуть более 2,5%. Конечно, такой показатель по 2022 году достигнут не будет, но уже сейчас оценки роста цен снижаются. Если в марте годовая инфляция за 2022 г. прогнозировалась на уровне в 20-22%, то теперь это значение оценивается примерно в 15%. А, скорее всего, будет еще меньше, учитывая хорошие перспективы урожая (в сравнении с высокой базой прошлого года).

К слову, в значительной части европейских государств годовая инфляция превысит российский показатель. Уже точно подобное произойдет во всех странах Прибалтики, Чехии, Польше, Болгарии, Румынии и так далее. В основном - в Восточной Европе. Что касается Центральной и Западной, то здесь среднее значение будет в районе 10%. Однако для них 10% - это как для нас процентов сорок, учитывая совершенно иную финансовую структуру экономики, перекредитованную и привыкшую к нулевым ставкам.

В результате внешнего шока в марте инфляция скакнула до 2,22% в недельном выражении, что в годовом составляет порядка 115%. Однако правительство и Центробанк приняли совершенно правильные меры по сдерживанию цен.

Конечно же, это повышение ключевой ставки до 20%, которое в моменте сбило спекулятивный спрос, значительно снизив оборот, что, в условиях внешнего шока, грозило бы раскручиванию инфляционной спирали.

Однако ключевая ставка не может дать результат сама по себе. Она эффективна только вкупе с применением иных мер, которые являются не менее важными.

Центробанк по поручению Путина полностью перекрыл отток капитала и ввел беспрецедентные валютные ограничения. Таким образом, валютные спекуляции стали невозможными. Если говорить простыми словами, то недобросовестные субъекты экономической деятельности лишились возможности обменивать рубли на валюту и выводить ее из страны.

Благодаря этом, во-первых, ЦБ и правительство не допустили резкого увеличения оборота рублевой денежной массы. Во-вторых, в течение месяца стабилизировали рубль, который не только вернулся к докризисным значениям, но упал до трехлетних минимумов. В свою очередь, это положительно повлияло на импорт, который если и вырос в цене, то не благодаря курсу, из-за искусственных ограничений Запада. Правда, сейчас ситуация стабилизируется и в том случае, если импортеры находят товар, они способны ввести его в страну по низкой цене.

Помимо этого, правительство существенным образом ограничило цены на сырьевые товары. Начиная от металлов, заканчивая удобрениями. Это снизило издержки производителей и кратного роста цен не произошло.

Таким образом, правительство и Банк России не допустили раскручивания инфляционной спирали. Рост цен случился исключительно в результате введенных ограничений, но не потянул за собой иные факторы, которые, в случае отсутствия проделанной работы, однозначно бы возникли.

В общем, потерпела полный крах теория либерального монетаризма, курс на который проводила Эльвира Набиуллина с 2013 года. Как оказалось, для того, чтобы бороться с пресловутой инфляцией, и достичь её целевое значение, нужно не только повышать ключевую ставку, а использовать целый комплекс мер.

Просто повышение ключевой ставки ведет к снижению спроса. Если он падает, то следом снижается и предложение, поскольку предприятиям нет никакого смысла сохранять производство товаров и услуг на предыдущем уровне, а импортерам - ввозить прежние объемы товаров. Но если сокращается объем предложения, это означает, что повышаются издержки на производство товаров и услуг на единицу. То есть, наоборот, происходит рост цен или, в лучшем случае, они остаются на прежнем уровне, но никак не падают.

Таким образом, можно сделать однозначный вывод, что, вопреки всем заверениям Набиуллиной, ключевой ставка является важным, но не единственным и не ключевым инструментом управления инфляцией. А бездумное ее повышение/понижение может, наоборот, привести к негативным последствиям.

Вышли. Самострела не случилось...

1/2 У России появляется новый мощный геополитический рычаг. Наверное, самый мощный, которым обладала наша страна на протяжении всей своей истории. Если исключить ядерное оружие. Нефть и газ - это хорошо, но, при желании, в долгосрочной перспективе от них можно и отказаться. Рынок диверсифицирован, его стабильность зависит не только и не столько от действий России, сколько от скоординированных действий десятка нефтяных государств.

В это же время, продукция сельского хозяйства становится все более дефицитной в мире. В первую очередь потому, что рост производства попросту не успевает за ростом населения планеты. Учитывая неравномерность распределения населения, доступ к продовольствию усложняется ещё и логистическими факторами. Основная масса товаров АПК производится не там, где находится конечный потребитель. Из-за этого имеем дисбаланс потребления.

Системные либералы традиционно не уделяли сектору АПК первоочерёдного внимания. Денежные обороты здесь небольшие, доля в экономике низкая. Возможно, именно поэтому сельскому хозяйству России за последние 10 лет удалось совершить самый настоящий прорыв. Причём рост показателей начался еще за несколько лет до 2014 года.

И вот теперь, когда проблема продовольственной безопасности резко обострилась, Россия имеет возможность использовать своё преимущество для достижения геополитических целей.

Возвращение русских земель Новороссии и Малороссии усиливает наше преимущество. Одна только Херсонская область способна производить до 4 млн тонн зерна. А если внедрить технологии и наладить нормальную обработку земли, то это значение составит уже 5-6 млн тонн.

Помимо этого не следует забывать, что когда мы говорим о зерне и об освобожденных территориях, мы подразумеваем не только пшеницу. Не менее важным являются такие товары, как кукуруза и подсолнечное масло. Например, с этих территорий экспортировалось до 30 млн тонн кукурузы, что составляло 10% мирового экспорта. По подсолнечному масло это около 6 млн тонн год (30% мирового рынка).

Теперь России необходимо использовать это преимущество. Однозначно следует ввести эмбарго на поставку продовольствия в недружественные страны. Понятно, никакого голода там не случится, однако будет нанесен сильнейший инфляционный удар. Это мы обязаны сделать. К слову, наши удобрения в США и ЕС также не идут.

А вот с другими государствами необходимо выстраивать прагматичное сотрудничество. Рассмотрим на нескольких примерах.

🇹🇷Турция: Закупает 68% пшеницы в России, из северного Причерноморья, где скоро будет Россия - 8,5%. Итого мы сможем контролировать 3/4 импорта пшеницы в Турцию. По кукурузе это 60%, по растительному маслу - 85%.

Россия может гарантировать обеспечение продовольственной безопасности Турции. Может даже предоставить дисконт в условиях нынешних цен. Что просить взамен - здесь вариантов может быть много. Начиная от строительства "Росатомом" второй АЭС в Турции (увеличение энергетической зависимости), заканчивая выводом русских самолетов на турецкий рынок. Turkish Airlines - одна из крупнейших в мире авиакомпании с флотом более, чем в 300 единиц самолётов.

🇪🇬Египет: По пшенице у этой страны зависимость от нас критическая. Вместе с новыми территориями мы получим контроль над 85-90% египетского импорта пшеницы. По кукурузе цифры скромнее - 25-30%. Но тем не менее.

Российско-египетское сотрудничество имеет огромные перспективы для России. С горем пополам, но реализуется проект российской промышленной зоны в порту Саид. В его медленной реализации виноваты обе стороны: с одной стороны, Россия упускает драгоценное время, с другой - Египет постоянно выдвигает все новые требования, несмотря на достижение договоренностей на высшем уровне. Наша промышленная зона в Египте обеспечит кратный рост промышленного экспорта в Африку.

2/2 Помимо этого, имеется хороший проект экспорта автомобилей Lada в Египет с частичной локализацией производства в этой стране. Данный проект Renault был не особо интересен, однако сейчас, как известно, "Рено" покидает состав акционеров АвтоВАЗА. Теперь к данному проекту можно вернуться. Да, автомобили будут выпускаться под другой маркой, но комплектующие и значительная часть сборки будут русскими. Плюс это увеличение высокотехнологичных рабочих мест в России.

🇵🇰Пакистан: Россия сможет контролировать порядка 85% поставок пшеницы в эту страну.

Пакистан интересен не столько с экономической, сколько с геополитической точки зрения. Россия имеет возможность стать посредником во взаимоотношениях Индии и Пакистана. Понятно, что примирить стороны не удастся, но роль посредника не всегда заключается в достижении заявленного результата. В некоторых ситуациях более важно увеличение значимости третьей стороны, посредничество открывает перспективы для более активного сотрудничества с каждой из сторон по широкому кругу вопросов. Интенсификация контактов открывает новые возможности.

Надеемся, что правительство реалистично смотрит на складывающуюся ситуацию и оценивает наш сектор АПК не только с экономической, но и геополитической точки зрения. Еда - это то, от чего не могут отказаться государства даже, если придется заплатить огромную сумму. Но нам интересен не столько сиюминутный заработок в нынешней ситуации (тем более, что экспорт пшеницы или подсолнечного масла не могут принести слишком большие доходы). Наша цель - использовать продовольственный кризис с целью извлечения геополитических дивидендов. Разумеется, многие государства будут сотрудничать с тем, кто сможет обеспечить им продовольственную безопасность - базовое условие выживания народов. А кроме России гарантировать это не может никто.

Государство медленно, но верно огосударствляет металлургическую отрасль. Несмотря на ее стратегическую значимость, так получилось, что данный сектор в России является полностью частным. Причем ладно бы, если бы им владели пусть частные, зато российские компании. Но, увы, конечными юридическими бенефициарами являются офшоры. Преимущественно расположенные на Кипре.

В результате металлурги ежегодно выводят (по крайней мере, выводили) сотни миллиардов рублей из нашей экономики. При том, что инвестиции в основной капитал традиционно были существенным образом ниже, чем общий объем выплачиваемых дивидендов. Рассмотрим цифры за прошедшие 5 лет на примере трех наиболее крупных компаний отрасли:

Северсталь:
Дивиденды: 695,3 млрд
Инвестиции: 333,4 млрд

НЛМК:
Дивиденды: 735,2 млрд
Инвестиции: 318,8 млрд

ММК:
Дивиденды: 329,5 млрд
Инвестиции: 283,1 млрд

Здесь нужно сделать небольшую поправку. Да, не все дивиденды вымывались из страны. Однако доля российских акционеров в уставном капитале металлургических компаний была минимальная и не шла ни в какое сравнение с офшорными бенефициарами.

Впрочем, на металлургическую отрасль государство долго не обращало внимание. Учитывая то, что русская экономика десятилетиями развивалась в парадигме прозападного офшорного капитализма, работа металлургов даже признавалась эффективной.

Конечно, нельзя всё делить на чёрное и белое. И здесь следует отметить, что металлурги, действительно, занимались модернизацией производств, внедрением высоких технологий и т.д. Северсталь, например, вышла чуть ли не на первое место в мире по эффективности производства. В отличие от многих других секторов, в металлургии не получилось так, что новые владельцы, приватизировавшие государственное имущество, попросту его разворовали или же выжимали последнее из советских производственных мощностей.

Тем не менее, конечным бенефициаром всех этих изменений все равно выступили офшорные олигархи, а не русская экономика. В последние годы стало окончательно ясно, что в прежней парадигме отрасль существовать больше не может. Государству важны были следующие условия:

🔺Стабильные и низкие цены на продукцию на внутреннем рынке (особенно в условиях сырьевого ралли на мировом рынке)
🔺Соблюдение хотя бы паритета между объемом инвестиций и объемом дивидендов, а не превышение последних над первыми в несколько раз

Условия абсолютно оправданные и государство не может вести себя по-другому. Это вполне естественные требования. Если бы они соблюдались, то не было бы даже особого смысла в национализации металлургической отрасли и в активном вмешательстве в сектор со стороны государства. Если металлурги способны самостоятельно наладить технологические процессы, то лучше пусть деньги идут напрямую в инвестиции, а не прогоняются через бюджет.

И государство хотело по-хорошему договориться с металлургами. Но оказалось, что последние ментально застряли в "нулевых" годах. Они искренне не понимали, почему должны снижать цены на внутреннем рынке и направлять больше денег на инвестиции, продолжая рассказывать про эффективность своего производства и про необходимость соблюдения правил рыночной экономики.

Причем выражалось это в абсолютно агрессивной форме. Особо отличились бенефициар НЛМК Владимир Лисин и бенефициар "Северстали" Алексей Мордашов. Первый травил анекдоты про первого вице-премьера Андрея Белоусова, а компания второго решила обратиться в Генпрокуратуру с жалобой на действия Федеральной антимонопольной службы.

Как бы то ни было, подобные действия офшорных олигархов вызвали ответную реакцию государства, которое осознало, что ни о чем договориться с металлургами не получится. Нужны действия совершенно иного характера. Так цены на металлургическую продукцию на внутреннем рынке были ограничены (себестоимость + 12%). Причем за тем, чтобы металлурги ничего не приписали в смете себестоимости, пристально следит ФАС.

Выплата дивидендов в пользу офшоров также была перекрыта общими для всей экономики законодательными актами.

1/2 Однако данные действия являются ситуативными. Теперь необходимо выстраивать долгосрочный план развития металлургической отрасли, который будет включать полное соблюдение государственных интересов. И подобный план государство напишет для металлургов самостоятельно.

Владимир Путин поручил правительству обновить Стратегию развития металлургической промышленности до 2030 года. Однако это будет не просто очередной проходной документ, а полноценный Госплан.

Первое, на чем хотелось бы заострить внимание, так это то, что никакие коммерческие критерии в Стратегии предусмотрены не будут. В отличие от документов прошлых лет, когда чуть ли не на первый план выдвигались именно денежные показатели.

Вместо этого в Стратегии будут определены ежегодные целевые показатели, характеризующие объемы потребления металлургической продукции на внутреннем рынке. То есть, главной задачей металлургического комплекса становится обеспечение внутреннего рынка именно физическим объемом продукции, а не получением прибыли.

Более того, Стратегия будет предусматривать обязательное снижение цен на металлургическую продукцию одновременно с ростом потребления за счет металлоемких проектов. То есть, в ближайшие годы нас ждёт реализация крупных инфраструктурных проектов, а также развитие производственных машиностроительных мощностей.

Отдельным моментом следует выделить нацеленность на глубокую переработку металлургической продукции и развитие предприятий по производству конечной металлургической продукции. Здесь мы теряем и продолжаем терять большую добавленную стоимость. Обыденной является схема, при которой Россия экспортирует продукцию первичной переработки (те же стальные листы), а взамен закупает, к примеру, части корпуса для судостроительной отрасли. Попросту потому, что подобных производств в России пока что нет. Даже для судоверфи "Звезда" части корпуса приходят из Южной Кореи. Правда, уже в ближайшее время на Дальнем Востоке появится соответствующее предприятие, но это только один из примеров.

Помимо этого, Стратегия нацелена на создание промышленных цепочек замкнутого цикла. Результатом будет не только производство достаточного объема продукции, пусть и по низким ценам, но и обеспечение металлургических предприятий отечественным сырьем, а также, собственным оборудованием и комплектующими. То есть, речь идет о развитии машиностроения и станкостроения в частности.

На наш взгляд, наиболее эффективно это делать, создавая машиностроительные предприятия при металлургических компаниях. Ресурсы на это у металлургов имеются. Как будет сделано на практике - увидим.

И последнее. В Стратегии не забывается об экспортной составляющей. Наоборот, она предусматривает переориентацию экспорта на иные рынки. Если до настоящего момента наша металлургическая продукция направлялась, преимущественно, в Евросоюз, то теперь необходимо разрабатывать иные направления. В целом, это уже происходит.

Так за 4 месяца 2022 года поставки стального полуфабриката в Китай выросли в 5 раз по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, составив в физическом выражении 400 тысяч тонн. При этом, за весь 2021 год в Китай было направлено только 83,98 тыс. тонн стального полуфабриката. Но здесь же нужно отметить, что кратный рост поставок пришелся именно на апрель, поскольку в январе-феврале поставки шли по старым маршрутам, а в марте компании перестраивали экспортные цепочки. То есть, если отталкиваться от апрельских цифр, то предварительно можно сделать вывод, что Китай способен полностью заменить европейские объемы. Правда, что касается цены, то экспорт продукции шел со значительным дисконтом: 650-700$ против 825-840$, по которым продавали основные поставщики сляба в Юго-восточную Азию - Индонезия и Малазия. Тем не менее, учитывая сырьевое ралли, можно с уверенностью сказать, что даже цена с дисконтом наши предприятия полностью устраивает. Например, в 2019 году сляб шёл на экспорт по цене в 350-400$ за тонну.

2/2 Таким образом мы видим, что Стратегия включает полный комплекс вопросов, связанных не только непосредственно с производством металла, но и со многими сопутствующими секторами, начиная от развития машиностроения, заканчивая логистикой. В тех отраслях, где мы можем построить экономику замкнутого цикла, мы должны это делать. Для этого у нас есть все: и соответствующие компетенции, и необходимый объем финансовых ресурсов, и достаточно емкий внутренний рынок (не говоря уж об экспорте).

Открытым остается последний вопрос - офшоризация отрасли. Да, сейчас, пока имеется запрет на вывод средств за рубеж, данный факт не играет никакой роли: деньги все равно остаются в стране. Однако необходим системный подход. И данный вопрос государство, безусловно, должно закрыть.

Есть и "ложка дёгтя". Минфин разрешил Северстали и НЛМК сохранить обращение депозитарных расписок на иностранных биржах. Подобный шаг в корне противоречит интересам государства.

Впрочем, рано или поздно государство все равно к этому придет. Изменятся и конечные юридические бенефициары металлургических предприятий, и депозитарные расписки с иностранных бирж будут изъяты. Это вполне естественный процесс. Такой же, как и тот, что происходит с кардинальным изменением государственного подхода к отрасли. Теперь сектор ждёт самый настоящий Госплан. А тем, кто недоволен, придётся либо смириться, либо избавить отрасль от своего присутствия.

1/3 На нашем канале мы часто критикуем главу ЦБ Эльвиру Набиуллину, однако проблема заключается не только в ней. Если посмотреть на руководящий состав Банка России в целом, то окажется, что Набиуллина, по сравнению с ними, является чуть ли не самым ярым государственником.

Разумеется, проблема ЦБ заключается в доминирующей там прозападной глобалистской идеологии. Банк России изначально в начале 90-х годов создавался как абсолютно несамостоятельная с идеологической точки зрения структура. Создавался по лекалам и правилам, написанным в МВФ. Поэтому вопрос здесь отнюдь не в главе ЦБ, а в системе координат. Нынешний Банк России не способен выполнять государственные задачи.

Да, сейчас Центробанк естественным образом перестал быть филиалом МВФ на территории России. Как благодаря обнулению обязательств со стороны Запада, так и благодаря действиям Путина, который в моменте вырвал ЦБ из фактического подчинения МВФ.

Более того, регулятор проводит абсолютно правильные и необходимые действия по поддержке русской экономики. Но, увы, велика вероятность того, что это ситуативные действия. И, несмотря на нынешние обстоятельства, в ЦБ только и ждут возврата на свои прошлые позиции.

На днях своими высказываниями отличился директор департамента денежно-кредитной политики ЦБ Кирилл Тремасов. Приводим цитаты по Frank Media.

«Наибольшие проблемы у российских компаний могут возникнуть даже не сейчас, когда действуют санкции, иностранный капитал уходит из России, а сама российская экономика «закрывается», а позже – когда эти компании будут возвращаться в мировую экономику: став все менее технологичными, они уже не смогут конкурировать с иностранными компаниями, а экономика все больше будет похожа на эпоху 1990-х годов»

Только в этом высказывании Тремасов приводит сразу несколько либеральных мифов о нашей экономике. В первую очередь, говоря про "иностранный капитал". Откроем для Тремасова секрет: отток капитала в России является постоянным. Приток капитала наблюдался только в 2006 и 2007 годах. С тех пор наша экономика потеряла более 600 млрд долларов в результате либерализации законодательства по трансграничному перемещению капитала.

Никакой иностранный капитал в Россию не приходил. Если не брать такие сферы, как добыча природных ресурсов или же сфера услуг/торговля. Но подобные сектора экономики не требуют никаких передовых технологий. В Россию, что логично, не приходили предприятия машиностроения, IT-отрасли, вычислительной техники и так далее. Те точечные производства, которые иностранцы все же локализовали (в основном, в автомобилестроении) появились только благодаря жесткой позиции правительства.

Правда, есть еще одна сфера, куда активно приходили иностранцы. Это финансовый сектор. Нерезиденты постоянно спекулировали на нашем валютном и фондовом рынке. Раскачивали рубль, владели 80% акциями наших компаний, находящихся в свободном обращении. Здесь, действительно, иностранный капитал присутствовал в большом количестве.

Второе. О каком возвращении российских компаний в мировую экономику говорит Тремасов? Во-первых, наша экономика не закрывается, а переориентируется на другие рынки. Те позиции экспорта, которые мы направляли в Европу, с легкостью заберут страны Юго-Восточной Азии. Уже забирают, что мы разбирали и на нашем канале неоднократно.

Но здесь речь идёт о простейших позициях экспорта. Нефть, газ, металлы, удобрения и так далее. Это, что, встраивание в "мировую экономику"? Увы, но наши компании не экспортировали в большом объеме продукцию с высокой добавленной стоимостью. А вот, благодаря "открытости", иностранцы пролезли во многие сектора нашей экономики, поставляя уже готовые высокотехнологичные изделия и комплектующие.

Яркий пример - самолет "Сухой Суперджет 100", который состоял на 70% из иностранных компонентов. При том, что практически все детали мы способны производить самостоятельно.