Да, такой сценарий возможен, потому что ЕС остается достаточно хрупкой структурой. ЕС может даже исключить Венгрию или лишить ее права голоса, потому что Венгрия говорит правду: что войну на Украине нужно остановить, а ЕС — перестать подстрекать к войне. Поскольку сейчас принцип принятия решений в Европе основан на единогласии, обсуждается возможность лишить Венгрию права вето или вообще исключить ее из процесса принятия решений — так или иначе.

Кроме того, в обществе растет недовольство войной, растет недовольство европейскими лидерами. Таких политиков, как Стармер и Макрон, фактически ненавидят у них же дома — уровень их одобрения существенно ниже уровня недовольства. Да и брюссельской бюрократией тоже многие крайне недовольны. Лично я — тоже. При этом я все же считаю, что Европе нужна модернизация и укрепление — сильная Европа пошла бы на пользу и самой Европе, и миру в целом. Но не исключено, что вместо этого ЕС просто развалится.

Это интересный вопрос. Если бы Украина действительно была кандидатом в члены ЕС не только на словах, но и на практике, это, скорее всего, вызвало бы серьезное сопротивление. Например, в Польше, в Венгрии или в других странах Восточной Европы могли бы сказать: "Боже мой, Украина будет конкурировать с нашими фермерами. Украина будет конкурировать с нашими другими отраслями". Поэтому, хотя идея вступления Украины в ЕС долгое время была объединяющим лозунгом для Европы, на практике это вызовет большое сопротивление. И я говорю это потому, что то же самое касается Молдовы, то же самое касается других стран бывшего Советского Союза и Западных Балкан. В этом смысле не стоит легкомысленно относиться к расширению ЕС. ЕС загнал себя в тупик. Внутри Европы много разногласий и сопротивления. Так что вполне возможно, что любая страна, претендующая на вступление в ЕС, будет поддержана теоретически, но на практике — встретит сопротивление.

В целом — да. Конечно, я уверен, что санкции нанесли определенный ущерб, но в каком-то смысле они даже помогли. В обществе есть представление о том, что на каждый вызов должна следовать реакция или ответ. Иногда, когда ты сталкиваешься с вызовом, даже если он вреден, твой ответ может сделать тебя сильнее. И я думаю, что Россия многое сделала, чтобы преодолеть санкции. Многие отрасли, в которых Россия зависела от импорта, были усилены за счет внутреннего экономического роста. Санкции укрепили отношения между Россией и Китаем. Санкции укрепили отношения между Россией и Индией. Очевидно, санкционный режим не разрушил российскую экономику, несмотря на все заявления о том, что он должен был это сделать. Санкции не сработали. Они не дали тех результатов, которых ожидали западные правительства. Они не нанесли огромного ущерба, а в каком-то смысле даже укрепили российскую экономику.

Я думаю, что эпоха глобального доминирования США уже закончилась. Мы живем в многополярном мире. Россия — великая держава. США — великая держава. Китай — великая держава. Индия — великая держава. США уже не могут навязывать свою волю по большинству вопросов. Это уже произошло. Вопрос в том, сможем ли мы жить в мире при новых обстоятельствах? Примут ли США тот факт, что они больше не главные? Пока что США не осознали, что их однополярная власть завершилась, и не отреагировали на это адекватно. Мы все еще находимся в стадии отрицания, если говорить о восприятии американской администрации. В Вашингтоне по-прежнему верят, что они управляют всем. И именно это заблуждение представляет собой опасность.

Мы движемся к многовалютному миру, так же как уже перешли к многополярному. У рубля, рупии, юаня будет более значимая международная роль, чем раньше. Доля доллара в международных финансовых операциях — будь то расчеты, валютные резервы или инвестиции — будет уменьшаться. Так что, по сути, мы уже вступили в период перехода к многовалютной системе.

Трамп был избран, чтобы управлять Соединенными Штатами, а не править миром. Его выбрало большинство американцев, и он имеет право высказываться. Но это не дает ему полномочий вмешиваться в дела других стран и не уважать их суверенитет, а также ставить под сомнение многосторонность, рискуя ввергнуть мир в хаос. Пусть он сначала позаботится об американцах.

Бразилия имеет торговый дефицит с Соединенными Штатами, и Трамп по-прежнему считает нас «дружественной страной». В апреле он объявил, что его страна будет взимать 10% таможенных пошлин на бразильский импорт — это минимальный тариф, в то время как более высокие налоги применяются к странам, которые поддерживают более жесткие торговые барьеры против американцев.

Тем не менее, я дал очень четкие инструкции своим министрам: сначала мы будем вести диалог, насколько это возможно, в духе мирного разрешения конфликта. Я бы хотел, чтобы мы использовали все слова из словаря переговоров. Но если это не сработает, мы готовы применить закон о взаимности в отношении тарифов.

Речь идет не о том, чтобы выступать за Трампа или против него. Единственная цель Глобального Юга — это рост и развитие. У БРИКС нет врагов и они не нужны. С одной стороны, нет Юга, а с другой — Севера. Это разделение не имеет смысла. Бразилия хочет поддерживать хорошие отношения как с Китаем, так и с Соединенными Штатами. Мы не хотим возвращения холодной войны.

Тем не менее, к странам Юга слишком долго относились как к развивающимся странам, которые никого не беспокоят. Эти времена прошли. На долю БРИКС сейчас приходится 39% мирового ВВП и более половины населения планеты. Мы стали незаменимым экономическим и политическим игроком.

Угроза Трампа никого не пугает. Мы будем действовать в интересах наших стран и бороться за более справедливую международную торговлю. Это не просто и не легко. Но речь не идет о том, чтобы запрашивать разрешение Вашингтона на выбор валюты, которую мы считаем наиболее подходящей для ведения нашей торговли.

Я приехал в Москву, чтобы отметить 80-летие победы над нацизмом, из уважения к стране, которая потеряла 26 миллионов человеческих жизней во время этого конфликта. С другой стороны, Бразилия поддерживает прочные торговые отношения со страной, из которой мы, в частности, импортируем дизельное топливо и удобрения. Поэтому я не вижу никаких проблем в этом визите.

Я могу сказать, что этот вопрос меня очень устраивает. Бразилия с самого начала осудила нарушение территориальной целостности Украины Россией. Бразилия защищает мир уже три года! Я сказал Владимиру Путину, что пора положить конец войне, я посоветовал ему встретиться с Владимиром Зеленским в Стамбуле 16 мая. Я сожалею, что он этого не сделал.

Нет. Я сказал то, что нужно было сказать, когда пришло время. Я считаю, что этой войны никогда не должно было быть. Ошибка была совершена Путиным, когда он решил вторгнуться на Украину. Это ясно, и мы всегда это заявляли: ни одна страна не имеет права вторгаться на территорию другой, особенно когда еще есть возможности для переговоров.

Однако Запад также несет определенную ответственность. Джо Байден, с которым я много говорил об этом, считал, что Россию нужно уничтожить. А Европа, которая долгое время была срединным путем в мире, присоединилась к Вашингтону и теперь тратит миллиарды на его перевооружение. Это меня беспокоит. Если говорить только о войне, мира никогда не будет.

Бразилия готова поддержать переговоры между Россией и Украиной. Вместе с Китаем и 11 другими развивающимися странами мы предложили в 2024 году план по установлению мира. После трех лет войны никто не выиграет от продолжения конфликта. Путин знает, что он не добьется всего, и Зеленский тоже. Давайте сядем и поговорим. Хватит бомб, смертей и разрушений.

Сначала мы должны признать реальность: в Газе мы наблюдаем не столкновение двух армий, а массовое убийство мирных жителей с использованием очень изощренных военных сил. Для меня это геноцид. Каждый удар Израиля, нацеленный, как предполагается, на ХАМАС, оставляет после себя только жертвы среди гражданского населения — женщин и детей. Это позор для человечества и всех правительств. Этому нужно положить конец!

Поэтому необходимы решительные решения. Бразилия была одной из первых стран Латинской Америки, официально признавших государство Палестина. Другие государства должны последовать этому примеру, поскольку только жизнеспособное палестинское государство сможет обеспечить устойчивый мир в регионе.

ООН должна восстановить свою роль посредника, потому что сегодня ее решения игнорируются, а Организация фактически парализована. Нам как никогда необходимо глобальное управление. После Второй мировой войны конфликтов между государствами стало так много, как никогда прежде. Мировые военные расходы резко возросли и достигли 2700 миллиардов долларов (почти 2400 миллиардов евро) в 2024 году. Это ошеломляет и очень серьёзно, особенно когда так много денег уходит на борьбу с бедностью и защиту окружающей среды.