#PLL_Лица
#PLL_Управление
#PLL_Наследование
#PLL_Решения_собраний
Принятие участником общества решения о назначении того или иного лица в качестве исполняющего обязанности генерального директора, в ситуации смерти генерального директора, одновременно являющегося и участником общества с долей участия 50%, не может рассматриваться как недобросовестное поведение, а напротив, свидетельствует о том, что такой участник общества действует исключительно в интересах общества (Постановление АС МО от 12 апреля 2021 года № А40-47596/2020).
В Обществе участвовали А. и Б. с паритетным распределением долей.
А. скончался и его доля перешла к Наследнику.
Наследник обратилась с иском о принудительной ликвидации Общества (подп. 5 п. 3 ст. 61 ГК РФ).
В обоснование заявленных требований истец указывала на то, что после смерти А., ранее являвшегося не только участником общества с долей участия 50%, но и директором, а также главным бухгалтером общества, участники общества не могут избрать нового генерального директора общества, что, по мнению истца, фактически парализовало деятельность общества.
🟦 Суд первой инстанции в иске отказал, высказав различные суждения об отсутствии оснований к удовлетворению иска.
При этом суд первой инстанции среди прочего отметил, что о невозможности достижения целей, ради которых было создано юридическое лицо, помимо собственно отсутствия прибыли у юридического лица, может свидетельствовать также длительное нераспределение прибыли юридического лица, например, более трех лет, если только это не единогласное решение участников.
Суды апелляционной и кассационной инстанций согласились с выводом суда первой инстанции об отказе в иске.
Суд кассационной инстанции, в частности, выразил поддержку отклонению судами довода об отсутствии у Общества директора.
Исполняющим обязанности директора на период до избрания общим собранием участников общества директора является занимающий с 2000 г. должность заместителя директора общества г-н С., информация об этом внесена в ЕГРЮЛ, документ, являющийся основанием - приказ участника Б.
Принятие участником общества решения о назначении того или иного лица в качестве исполняющего обязанности генерального директора, в ситуации смерти генерального директора, одновременно являющегося и участником общества с долей участия 50%, не может рассматриваться как недобросовестное поведение, а напротив, свидетельствует о том, что такой участник общества действует исключительно в интересах общества. Возможность принятия участником общества подобного решения, применительно к размеру принадлежащей ему доли (50%), соответствует правовой позиции, сформированной в пункте 14 Обзора по корпоративным спорам (25.12.2019), согласно которой, допускается возможность принятия значимых хозяйственных решений для общества в отсутствие необходимого большинства голосов.
Кроме того, отмечая добросовестное поведение в названном вопросе, суды также исходили из того, что участником Б. было принято только решение о назначении именно исполняющего обязанности генерального директора общества, а не о рассмотрении вопроса об избрании нового генерального директора.
#PLL_Управление
#PLL_Наследование
#PLL_Решения_собраний
Принятие участником общества решения о назначении того или иного лица в качестве исполняющего обязанности генерального директора, в ситуации смерти генерального директора, одновременно являющегося и участником общества с долей участия 50%, не может рассматриваться как недобросовестное поведение, а напротив, свидетельствует о том, что такой участник общества действует исключительно в интересах общества (Постановление АС МО от 12 апреля 2021 года № А40-47596/2020).
В Обществе участвовали А. и Б. с паритетным распределением долей.
А. скончался и его доля перешла к Наследнику.
Наследник обратилась с иском о принудительной ликвидации Общества (подп. 5 п. 3 ст. 61 ГК РФ).
В обоснование заявленных требований истец указывала на то, что после смерти А., ранее являвшегося не только участником общества с долей участия 50%, но и директором, а также главным бухгалтером общества, участники общества не могут избрать нового генерального директора общества, что, по мнению истца, фактически парализовало деятельность общества.
🟦 Суд первой инстанции в иске отказал, высказав различные суждения об отсутствии оснований к удовлетворению иска.
При этом суд первой инстанции среди прочего отметил, что о невозможности достижения целей, ради которых было создано юридическое лицо, помимо собственно отсутствия прибыли у юридического лица, может свидетельствовать также длительное нераспределение прибыли юридического лица, например, более трех лет, если только это не единогласное решение участников.
Суды апелляционной и кассационной инстанций согласились с выводом суда первой инстанции об отказе в иске.
Суд кассационной инстанции, в частности, выразил поддержку отклонению судами довода об отсутствии у Общества директора.
Исполняющим обязанности директора на период до избрания общим собранием участников общества директора является занимающий с 2000 г. должность заместителя директора общества г-н С., информация об этом внесена в ЕГРЮЛ, документ, являющийся основанием - приказ участника Б.
Принятие участником общества решения о назначении того или иного лица в качестве исполняющего обязанности генерального директора, в ситуации смерти генерального директора, одновременно являющегося и участником общества с долей участия 50%, не может рассматриваться как недобросовестное поведение, а напротив, свидетельствует о том, что такой участник общества действует исключительно в интересах общества. Возможность принятия участником общества подобного решения, применительно к размеру принадлежащей ему доли (50%), соответствует правовой позиции, сформированной в пункте 14 Обзора по корпоративным спорам (25.12.2019), согласно которой, допускается возможность принятия значимых хозяйственных решений для общества в отсутствие необходимого большинства голосов.
Кроме того, отмечая добросовестное поведение в названном вопросе, суды также исходили из того, что участником Б. было принято только решение о назначении именно исполняющего обязанности генерального директора общества, а не о рассмотрении вопроса об избрании нового генерального директора.
#PLL_395
В законе «Об особенностях регулирования отдельных правоотношений в связи с присоединением к Москве территорий» отсутствуют указания о начислении процентов в связи с несвоевременным перечислением платы за изменение вида разрешенного использования земельного участка (Постановление АС МО от 9 апреля 2021 года № А40-108654/2020).
В соответствии с Законом о присоединении территорий к Москве (от 05.04.2013, № 43-ФЗ) на Общество была возложена обязанность уплатить соответствующую сумму за принятие решения об изменении вида разрешённого использования земельного участка.
Данная плата не была внесена, в связи с чем Департамент городского имущества города Москвы обратился к Обществу с иском.
🔶 Квалифицировав задолженность как сумму неосновательного обогащения, суды первой и апелляционной инстанций иск удовлетворили, в т. ч. в части взыскания процентов по ст. 395 ГК РФ.
🔶 Суд кассационной инстанции не согласился с выводами нижестоящих судов.
Как указано Верховным Судом РФ в п. 38 Постановления Пленума от 24.03.2016 № 7, в случаях, когда разрешаемый судом спор вытекает из налоговых или других финансовых и административных правоотношений, гражданское законодательство может быть применено к названным правоотношениям при условии, что это предусмотрено законом (п. 3 ст. 2 ГК РФ). В связи с этим указанные в ст. 395 ГК РФ проценты не начисляются на суммы экономических (финансовых) санкций, необоснованно взысканные с юридических и физических лиц налоговыми, таможенными органами, органами ценообразования и другими государственными органами, и подлежащие возврату из соответствующего бюджета.
Определением КС РФ от 26.03.2020 № 574-О подтверждается, что плата за изменение вида разрешенного использования является «публичным платежом», имеет публично-правовую природу.
В Законе 43-ФЗ отсутствуют указания о начислении процентов, заявленных департаментом к взысканию, в связи с несвоевременным перечислением платы за изменение вида разрешенного использования земельного участка.
С учетом этого у нижестоящих судов отсутствовали основания для взыскания с Общества процентов по ст. 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами.
В законе «Об особенностях регулирования отдельных правоотношений в связи с присоединением к Москве территорий» отсутствуют указания о начислении процентов в связи с несвоевременным перечислением платы за изменение вида разрешенного использования земельного участка (Постановление АС МО от 9 апреля 2021 года № А40-108654/2020).
В соответствии с Законом о присоединении территорий к Москве (от 05.04.2013, № 43-ФЗ) на Общество была возложена обязанность уплатить соответствующую сумму за принятие решения об изменении вида разрешённого использования земельного участка.
Данная плата не была внесена, в связи с чем Департамент городского имущества города Москвы обратился к Обществу с иском.
🔶 Квалифицировав задолженность как сумму неосновательного обогащения, суды первой и апелляционной инстанций иск удовлетворили, в т. ч. в части взыскания процентов по ст. 395 ГК РФ.
🔶 Суд кассационной инстанции не согласился с выводами нижестоящих судов.
Как указано Верховным Судом РФ в п. 38 Постановления Пленума от 24.03.2016 № 7, в случаях, когда разрешаемый судом спор вытекает из налоговых или других финансовых и административных правоотношений, гражданское законодательство может быть применено к названным правоотношениям при условии, что это предусмотрено законом (п. 3 ст. 2 ГК РФ). В связи с этим указанные в ст. 395 ГК РФ проценты не начисляются на суммы экономических (финансовых) санкций, необоснованно взысканные с юридических и физических лиц налоговыми, таможенными органами, органами ценообразования и другими государственными органами, и подлежащие возврату из соответствующего бюджета.
Определением КС РФ от 26.03.2020 № 574-О подтверждается, что плата за изменение вида разрешенного использования является «публичным платежом», имеет публично-правовую природу.
В Законе 43-ФЗ отсутствуют указания о начислении процентов, заявленных департаментом к взысканию, в связи с несвоевременным перечислением платы за изменение вида разрешенного использования земельного участка.
С учетом этого у нижестоящих судов отсутствовали основания для взыскания с Общества процентов по ст. 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами.
#PLL_Толкование
Если договором подряда предусмотрено, что за нарушение срока начала и окончания выполнения работ, установленных в детальном понедельном графике производства работ, заказчик вправе требовать неустойку за каждый день просрочки, то для начисления неустойки в соответствии с таким пунктом необходимо нарушение как начального, так и конечного срока выполнения всех предусмотренных договором работ (Постановление АС МО от 14 апреля 2021 года по делу № А40-91199/2020).
Заказчик требовал взыскания неустойки с Подрядчика, ссылаясь на нарушение им начального срока выполнения работ.
🟦 Суд первой инстанции в иске отказал. Среди прочего, судами обсуждался вопрос о толковании положений договора.
Суд апелляционной инстанции отметил, что согласно спорному пункту договора за нарушение срока начала и окончания выполнения работ, установленных в детальном понедельном графике производства работ, истец вправе требовать неустойку за каждый день просрочки.
В силу ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.
Таким образом, для начисления неустойки в соответствии с таким пунктом необходимо нарушение как начального, так и конечного срока выполнения всехпредусмотренных договором работ, на что указывает наличие соединительного союза «и».
Кассационный суд выводы нижестоящих судов поддержал.
Если договором подряда предусмотрено, что за нарушение срока начала и окончания выполнения работ, установленных в детальном понедельном графике производства работ, заказчик вправе требовать неустойку за каждый день просрочки, то для начисления неустойки в соответствии с таким пунктом необходимо нарушение как начального, так и конечного срока выполнения всех предусмотренных договором работ (Постановление АС МО от 14 апреля 2021 года по делу № А40-91199/2020).
Заказчик требовал взыскания неустойки с Подрядчика, ссылаясь на нарушение им начального срока выполнения работ.
🟦 Суд первой инстанции в иске отказал. Среди прочего, судами обсуждался вопрос о толковании положений договора.
Суд апелляционной инстанции отметил, что согласно спорному пункту договора за нарушение срока начала и окончания выполнения работ, установленных в детальном понедельном графике производства работ, истец вправе требовать неустойку за каждый день просрочки.
В силу ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.
Таким образом, для начисления неустойки в соответствии с таким пунктом необходимо нарушение как начального, так и конечного срока выполнения всехпредусмотренных договором работ, на что указывает наличие соединительного союза «и».
Кассационный суд выводы нижестоящих судов поддержал.
#PLL_Толкование
В соответствии со ст. 431 ГК РФ суд должен обосновать, почему при оценке возможности применения пункта договора, ограничивающего начисление процентов по коммерческому кредиту суммой поставленного товара, принимается во внимание общая стоимость поставленного товара, а не стоимость каждой отдельной поставки (Постановление АС МО от 14 апреля 2021 года по делу № А40-326018/2019).
Продавец поставил товары Покупателю.
Поскольку товар не был оплачен, Продавец обратился в суд с иском о взыскании причитающихся ему сумм, в т. ч. процентов по коммерческому кредиту.
В соответствии со спорным пунктом договора оплата товара производится на условиях предоставления Покупателю отсрочки на 2 дня со дня поставки. При этом стоимость поставляемого товара не должна превышать 1 млн. руб. Отсрочка по оплате предоставляется на условиях коммерческого кредита (ст. 823 ГК РФ), ставка процентов определена указанным пунктом.
🔶 Суды первой и апелляционной инстанций отказали в иске в части взыскания коммерческого кредита.
Апелляционный суд обосновал отказ в иске тем обстоятельством, что общая стоимость поставленного товара превышает 1 млн. руб.
🔶 Суд кассационной инстанции решения нижестоящих судов отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Кассационный суд отметил, что нижестоящими судами не приведено обоснования вывода о том, что превышение стоимости поставленного товара суммы 1 млн. руб. влечет за собой невозможность взыскания процентов за пользование коммерческим кредитом, не проверено, что стороны имели в виду, заключая договор с включением такого условия. Судами не принято во внимание, что товар поставлялся в течение длительного периода по отдельным УПД, причем стоимость каждой поставки не превышала 1 млн. руб., а сроки оплаты каждой поставки различны.
Соответственно, судами не обосновано, почему при оценке возможности применения спорного пункта договора принимается во внимание общая стоимость поставленного товара, а не стоимость каждой отдельной поставки. При таких обстоятельствах толкование судами условий договора произведено с нарушением ст. 431 ГК РФ.
В соответствии со ст. 431 ГК РФ суд должен обосновать, почему при оценке возможности применения пункта договора, ограничивающего начисление процентов по коммерческому кредиту суммой поставленного товара, принимается во внимание общая стоимость поставленного товара, а не стоимость каждой отдельной поставки (Постановление АС МО от 14 апреля 2021 года по делу № А40-326018/2019).
Продавец поставил товары Покупателю.
Поскольку товар не был оплачен, Продавец обратился в суд с иском о взыскании причитающихся ему сумм, в т. ч. процентов по коммерческому кредиту.
В соответствии со спорным пунктом договора оплата товара производится на условиях предоставления Покупателю отсрочки на 2 дня со дня поставки. При этом стоимость поставляемого товара не должна превышать 1 млн. руб. Отсрочка по оплате предоставляется на условиях коммерческого кредита (ст. 823 ГК РФ), ставка процентов определена указанным пунктом.
🔶 Суды первой и апелляционной инстанций отказали в иске в части взыскания коммерческого кредита.
Апелляционный суд обосновал отказ в иске тем обстоятельством, что общая стоимость поставленного товара превышает 1 млн. руб.
🔶 Суд кассационной инстанции решения нижестоящих судов отменил, дело направил на новое рассмотрение.
Кассационный суд отметил, что нижестоящими судами не приведено обоснования вывода о том, что превышение стоимости поставленного товара суммы 1 млн. руб. влечет за собой невозможность взыскания процентов за пользование коммерческим кредитом, не проверено, что стороны имели в виду, заключая договор с включением такого условия. Судами не принято во внимание, что товар поставлялся в течение длительного периода по отдельным УПД, причем стоимость каждой поставки не превышала 1 млн. руб., а сроки оплаты каждой поставки различны.
Соответственно, судами не обосновано, почему при оценке возможности применения спорного пункта договора принимается во внимание общая стоимость поставленного товара, а не стоимость каждой отдельной поставки. При таких обстоятельствах толкование судами условий договора произведено с нарушением ст. 431 ГК РФ.
#PLL_Зачёт
#PLL_Банкротство
#PLL_Сальдирование
Именно концепция автоматического прекращения обязательств положена в основу механизма сальдирования встречных требований, применяемого к лизингу или договору подряда в сложившейся арбитражной судебной практике. При помощи метода сальдо рассчитывается итоговое обязательство одной из сторон в тот момент, который был согласован ими в договоре. Если этот момент не выражен в договоре буквально, он может быть установлен посредством толкования воли сторон, их предшествующего или последующего поведения (ст. 431 ГК РФ) (Постановление АС МО от 13 апреля 2021 года по делу № А40-255538/2018).
Между будущим банкротом (далее – Должник) и Банком был заключён кредитный договор.
Между будущим Должником (Лизингодатель) и Лизингополучателем был заключён договор лизинга.
Через несколько лет после оформления отношений между всеми упомянутыми субъектами Лизингополучатель воспользовался своим правом на досрочное прекращение договора и выкуп права собственности на предмет лизинга.
Лизингополучатель приобрёл права требования к будущему Должнику по кредитному договору у Банка, после чего будущий Должник (Лизингодатель) и Лизингополучатель заключили акт о зачёте суммы закрытия договора лизинга против цедированного Лизингополучателю права требования из кредитного договора.
🔶 Суды первой и апелляционной инстанций разошлись во мнениях относительно удовлетворения заявления конкурсного управляющего об оспаривании акта о зачёте как сделки с предпочтением (ст. 61.3 Закона о банкротстве).
#PLL_Банкротство
#PLL_Сальдирование
Именно концепция автоматического прекращения обязательств положена в основу механизма сальдирования встречных требований, применяемого к лизингу или договору подряда в сложившейся арбитражной судебной практике. При помощи метода сальдо рассчитывается итоговое обязательство одной из сторон в тот момент, который был согласован ими в договоре. Если этот момент не выражен в договоре буквально, он может быть установлен посредством толкования воли сторон, их предшествующего или последующего поведения (ст. 431 ГК РФ) (Постановление АС МО от 13 апреля 2021 года по делу № А40-255538/2018).
Между будущим банкротом (далее – Должник) и Банком был заключён кредитный договор.
Между будущим Должником (Лизингодатель) и Лизингополучателем был заключён договор лизинга.
Через несколько лет после оформления отношений между всеми упомянутыми субъектами Лизингополучатель воспользовался своим правом на досрочное прекращение договора и выкуп права собственности на предмет лизинга.
Лизингополучатель приобрёл права требования к будущему Должнику по кредитному договору у Банка, после чего будущий Должник (Лизингодатель) и Лизингополучатель заключили акт о зачёте суммы закрытия договора лизинга против цедированного Лизингополучателю права требования из кредитного договора.
🔶 Суды первой и апелляционной инстанций разошлись во мнениях относительно удовлетворения заявления конкурсного управляющего об оспаривании акта о зачёте как сделки с предпочтением (ст. 61.3 Закона о банкротстве).
🔶 Суд кассационной инстанции высказался в пользу отказа в удовлетворении требований.
Суд сделал вывод, что заключение кредитного договора лизингодателем с целью приобретения предмета лизинга и в дальнейшем передаче его в лизинг лизингополучателю является единой сделкой направленной по приобретение лизингополучателем права собственности на предмет лизинга.
Согласно сложившейся судебной арбитражной практике действия, направленные на установление сальдо взаимных предоставлений, не являются сделкой, которая может быть оспорена по правилам ст. 61.3 Закона о банкротстве в рамках дела о несостоятельности должника (в рамках договора поставки, лизинга, подряда), так как в случае сальдирования отсутствует такой квалифицирующий признак, как получение покупателем какого-либо предпочтения - причитающуюся в данном случае лизингодателю (Определения СКЭС ВС РФ от 29.01.2018 № 304-ЭС17-14946, от 29.08.2019 № 305-ЭС19-10075, от 02.09.2019 № 304-ЭС19-11744). Аналогичный вывод вытекает из смысла разъяснений, данных в абзаце четвертом пункта 13 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве».
Именно концепция автоматического прекращения обязательств положена в основу механизма сальдирования встречных требований, применяемого к лизингу или договору подряда в сложившейся арбитражной судебной практике.
При помощи метода сальдо рассчитывается итоговое обязательство одной из сторон в тот момент, который был согласован ими в договоре. Если этот момент не выражен в договоре буквально, он может быть установлен посредством толкования воли сторон, их предшествующего или последующего поведения (ст. 431 ГК РФ).
Для договора лизинга сформированная судебная арбитражная практика исходит из того, что момент подведения сальдо взаимных обязательств должен наступать в момент расторжения (прекращения) договора. В этом случае сальдо проводится, если стороны не установили иной момент прекращения взаимных обязательств в первоначальном договоре.
Включение в сальдирование обязательств по разным, но взаимосвязанным договорам допускается, когда воля сторон, не заключивших единый договор с установлением условий о передаче предмета лизинга в собственность лизингополучателю, а разнесших эти обязательства по разным договорам, фактически свидетельствует об их желании увязать все указанные обязательства в единое обязательственное отношение. Именно это обязательственное отношение предполагает возможность сальдирования в случае, предусмотренном договором или вытекающем из существа отношений сторон, например при расторжении (прекращении) договора.
Проанализировав структуру отношений сторон, кассационный суд сделал вывод, что заключение оспариваемой сделки является сальдирование, проведенное в рамках договора лизинга, что не было учтено судом апелляционной инстанции в виду неправильного применения норма материального права, без учета фактически сложившихся между сторонами правоотношений, без учета арбитражной практики сформированной по рассмотрению аналогичных споров.
Подписание сторонами акта о зачете не препятствует квалификации складывающихся между ними отношений как сальдирования, поскольку оно произошло ранее подписания этого акта. В данном случае прекращение взаимных обязательств сторон происходит не в силу акта о зачете, а в силу соглашения сторон, выраженного в первоначальном договоре.
При толковании волеизъявления сторон должны учитываться не только буквальные значения терминов, но и вся совокупность сопутствующих обстоятельств, в которых совершается волеизъявление (Определение СКЭС ВС РФ от 29.01.2018 № 304-ЭС17-14946 и т.д.) [выведено судом из смысла данного решения; прямо такие позиции Коллегия в приведённом акте не озвучивает – прим. Редактора].
Суд сделал вывод, что заключение кредитного договора лизингодателем с целью приобретения предмета лизинга и в дальнейшем передаче его в лизинг лизингополучателю является единой сделкой направленной по приобретение лизингополучателем права собственности на предмет лизинга.
Согласно сложившейся судебной арбитражной практике действия, направленные на установление сальдо взаимных предоставлений, не являются сделкой, которая может быть оспорена по правилам ст. 61.3 Закона о банкротстве в рамках дела о несостоятельности должника (в рамках договора поставки, лизинга, подряда), так как в случае сальдирования отсутствует такой квалифицирующий признак, как получение покупателем какого-либо предпочтения - причитающуюся в данном случае лизингодателю (Определения СКЭС ВС РФ от 29.01.2018 № 304-ЭС17-14946, от 29.08.2019 № 305-ЭС19-10075, от 02.09.2019 № 304-ЭС19-11744). Аналогичный вывод вытекает из смысла разъяснений, данных в абзаце четвертом пункта 13 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве».
Именно концепция автоматического прекращения обязательств положена в основу механизма сальдирования встречных требований, применяемого к лизингу или договору подряда в сложившейся арбитражной судебной практике.
При помощи метода сальдо рассчитывается итоговое обязательство одной из сторон в тот момент, который был согласован ими в договоре. Если этот момент не выражен в договоре буквально, он может быть установлен посредством толкования воли сторон, их предшествующего или последующего поведения (ст. 431 ГК РФ).
Для договора лизинга сформированная судебная арбитражная практика исходит из того, что момент подведения сальдо взаимных обязательств должен наступать в момент расторжения (прекращения) договора. В этом случае сальдо проводится, если стороны не установили иной момент прекращения взаимных обязательств в первоначальном договоре.
Включение в сальдирование обязательств по разным, но взаимосвязанным договорам допускается, когда воля сторон, не заключивших единый договор с установлением условий о передаче предмета лизинга в собственность лизингополучателю, а разнесших эти обязательства по разным договорам, фактически свидетельствует об их желании увязать все указанные обязательства в единое обязательственное отношение. Именно это обязательственное отношение предполагает возможность сальдирования в случае, предусмотренном договором или вытекающем из существа отношений сторон, например при расторжении (прекращении) договора.
Проанализировав структуру отношений сторон, кассационный суд сделал вывод, что заключение оспариваемой сделки является сальдирование, проведенное в рамках договора лизинга, что не было учтено судом апелляционной инстанции в виду неправильного применения норма материального права, без учета фактически сложившихся между сторонами правоотношений, без учета арбитражной практики сформированной по рассмотрению аналогичных споров.
Подписание сторонами акта о зачете не препятствует квалификации складывающихся между ними отношений как сальдирования, поскольку оно произошло ранее подписания этого акта. В данном случае прекращение взаимных обязательств сторон происходит не в силу акта о зачете, а в силу соглашения сторон, выраженного в первоначальном договоре.
При толковании волеизъявления сторон должны учитываться не только буквальные значения терминов, но и вся совокупность сопутствующих обстоятельств, в которых совершается волеизъявление (Определение СКЭС ВС РФ от 29.01.2018 № 304-ЭС17-14946 и т.д.) [выведено судом из смысла данного решения; прямо такие позиции Коллегия в приведённом акте не озвучивает – прим. Редактора].
#PLL_Гарантия
В силу принципа относительности обязательств (ст. 308 ГК РФ), заявляя о недобросовестности гаранта, принципал, его поручитель (кредиторы поручителя) не вправе ссылаться на возражения из чужой обязательственной связи («гарант (банк) – бенефициар») (Постановление АС МО от 15 апреля 2021 года по делу № А40-199478/15).
Во исполнение обязательств, принятых по соглашению с Принципалом, Банк выдал гарантию в пользу Бенефициара. Обязательства Принципала перед Банком были обеспечены Поручителем.
Впоследствии Банк не выплатил гарантийную сумму по требованию Бенефициара и был принуждён к этому по решению суда.
К этому момент реестр требований кредиторов несостоятельного Поручителя был закрыт.
🔶 Суды первой и апелляционной инстанций отказали во включении требований Банка в реестр, поскольку действия Банка, исполнившего обязательство лишь по решению суда, не могут быть признаны добросовестными.
🔶 Суд кассационной инстанции признал, что вопрос о добросовестности был разрешён судами неправильно.
По обстоятельствам рассмотренного дела регрессное право Банка возникло уже после закрытия реестра.
В подобной ситуации сложившаяся судебная арбитражная практика исходит из того, что положения абзаца третьего п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве в силу аналогии закона (п. 1 ст. 6 ГК РФ) подлежат применению к добросовестному гаранту с учетом правил п. 3 ст. 61.6 Закона о банкротстве: требование добросовестного гаранта считается заявленным в установленный Законом о банкротстве срок, если оно предъявлено в течение двух месяцев со дня возникновения права на регресс (Определение СКЭС ВС РФ от 24.09.2014 № 307-ЭС14-100).
При этом при установлении добросовестности гаранта следует применить правовую позицию, выраженную в Определении СКЭС ВС РФ от 28.12.2020 № 305-ЭС20-15712.
В силу принципа относительности обязательств (ст. 308 ГК РФ), заявляя о недобросовестности гаранта, принципал, его поручитель (кредиторы поручителя) не вправе ссылаться на возражения из чужой обязательственной связи («гарант (банк) – бенефициар»).
Недобросовестность Банка в обязательственной связи «гарант - принципал (его поручитель)» не была установлена судами.
В силу принципа относительности обязательств (ст. 308 ГК РФ), заявляя о недобросовестности гаранта, принципал, его поручитель (кредиторы поручителя) не вправе ссылаться на возражения из чужой обязательственной связи («гарант (банк) – бенефициар») (Постановление АС МО от 15 апреля 2021 года по делу № А40-199478/15).
Во исполнение обязательств, принятых по соглашению с Принципалом, Банк выдал гарантию в пользу Бенефициара. Обязательства Принципала перед Банком были обеспечены Поручителем.
Впоследствии Банк не выплатил гарантийную сумму по требованию Бенефициара и был принуждён к этому по решению суда.
К этому момент реестр требований кредиторов несостоятельного Поручителя был закрыт.
🔶 Суды первой и апелляционной инстанций отказали во включении требований Банка в реестр, поскольку действия Банка, исполнившего обязательство лишь по решению суда, не могут быть признаны добросовестными.
🔶 Суд кассационной инстанции признал, что вопрос о добросовестности был разрешён судами неправильно.
По обстоятельствам рассмотренного дела регрессное право Банка возникло уже после закрытия реестра.
В подобной ситуации сложившаяся судебная арбитражная практика исходит из того, что положения абзаца третьего п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве в силу аналогии закона (п. 1 ст. 6 ГК РФ) подлежат применению к добросовестному гаранту с учетом правил п. 3 ст. 61.6 Закона о банкротстве: требование добросовестного гаранта считается заявленным в установленный Законом о банкротстве срок, если оно предъявлено в течение двух месяцев со дня возникновения права на регресс (Определение СКЭС ВС РФ от 24.09.2014 № 307-ЭС14-100).
При этом при установлении добросовестности гаранта следует применить правовую позицию, выраженную в Определении СКЭС ВС РФ от 28.12.2020 № 305-ЭС20-15712.
В силу принципа относительности обязательств (ст. 308 ГК РФ), заявляя о недобросовестности гаранта, принципал, его поручитель (кредиторы поручителя) не вправе ссылаться на возражения из чужой обязательственной связи («гарант (банк) – бенефициар»).
Недобросовестность Банка в обязательственной связи «гарант - принципал (его поручитель)» не была установлена судами.