По тропинкам Уфимского кладбища
Я плохо знакома со смертью. В моей семье последние похороны произошли 20 лет назад – хоронили прадедушку, чей фотопортрет до сих пор пугает младшее поколение почище гоголевского. И я понимаю этот страх – сама больше боялась прадеда, пока он был жив.
Смерть в личном, больном смысле пришёл ко мне 15 февраля 2022 года. Неожиданно позвонила подруга – которая никогда не звонит, – и сказала, что накануне умерла Римма Закиевна, наша начальница – для неё текущая, для меня уже год как бывшая.
Я сначала не поверила. Как это? Почему? Тут должна быть какая-то ошибка! Но пост в нельзябуке от дочери умершей всё подтвердил. Римма Закиевна умерла после 5 лет борьбы с раком лёгких в 4-й стадии, о котором никто кроме семьи не знал. Я пять минут сидела в ступоре, а потом, захлёбываясь слезами, как пятилетняя девочка, бросилась на шею вернувшемуся домой с посылкой в руках Н.
В тот день я впервые узнала, что это такое – по-настоящему осиротеть.
Римма Закиевна была человеком редкой, искренней доброты. Порывистая, яркая, эмоциональная, но отходчивая, ни разу не выглядевшая на свои 60 с небольшим. Ей больше всего шли яркие красные платья и увесистые золотые украшения. Она могла возмущаться непрофессионализмом коллег, но никогда не критиковала людей за их личные качества. Она научила меня, что такое любить безусловно – не за то, что родственники или друзья, а просто так. Потому что человек хороший.
У нас с ней была традиция по праздникам дарить друг другу брошки – я ей в виде красных маков и роз, а она мне – разных птиц. Своих птичек я до сих пор храню в шкатулке и никогда не забуду, кто мне их подарил.
Тогда, в феврале 2022, я поехала на прощание в московский крематорий, чувствуя растерянность – что брать с собой? Это же не похороны. Цветы? Ничего? Что в таких случаях полагается надевать? О чём говорить? Как выразить невероятное горе, которое свалилось на голову, и не оскорбить родных, не сфальшивить?
Больше всего в тот день меня поразили глаза старшей дочери Риммы Закиевны. Был ковид, до всего остального оставалось чуть меньше недели, и она смотрела на всех, кто приехал, поверх бело-голубой маски. А я не могла отвести взгляд – так странно было видеть знакомые глаза на чужом лице.
Прощание прошло почти в тумане, а на обратном пути я ругала себя за то, что не взяла цветы. Пусть их сразу выбросили бы: Римма Закиевна заслуживала красивейших роз. И я пообещала себе, что как-нибудь обязательно это исправлю.
Сегодня, 28 сентября 2023 года ей исполнилось бы 65 лет. Я добралась до кладбища Уфы с роскошными красными розами в руках, и целый час плутала по тропинкам среди оград, цепляя колготки кладбищенским бурьяном и стеблями недавно созревшей дикой ежевики. А потом нашла её могилу под алой рябиной и золотым клёном, и положила свой букет. Рассказала последние новости, сказала пресловутое: «Я невозможно скучаю, но хорошо, что вы всего этого не увидели». Снова почувствовала эту нерушимую связь – и услышала могучую, целительную тишину.
Ушла я оттуда с ощущением, что, где бы она ни была, она обрела покой. И я, теперь, кажется, тоже.
Я плохо знакома со смертью. В моей семье последние похороны произошли 20 лет назад – хоронили прадедушку, чей фотопортрет до сих пор пугает младшее поколение почище гоголевского. И я понимаю этот страх – сама больше боялась прадеда, пока он был жив.
Смерть в личном, больном смысле пришёл ко мне 15 февраля 2022 года. Неожиданно позвонила подруга – которая никогда не звонит, – и сказала, что накануне умерла Римма Закиевна, наша начальница – для неё текущая, для меня уже год как бывшая.
Я сначала не поверила. Как это? Почему? Тут должна быть какая-то ошибка! Но пост в нельзябуке от дочери умершей всё подтвердил. Римма Закиевна умерла после 5 лет борьбы с раком лёгких в 4-й стадии, о котором никто кроме семьи не знал. Я пять минут сидела в ступоре, а потом, захлёбываясь слезами, как пятилетняя девочка, бросилась на шею вернувшемуся домой с посылкой в руках Н.
В тот день я впервые узнала, что это такое – по-настоящему осиротеть.
Римма Закиевна была человеком редкой, искренней доброты. Порывистая, яркая, эмоциональная, но отходчивая, ни разу не выглядевшая на свои 60 с небольшим. Ей больше всего шли яркие красные платья и увесистые золотые украшения. Она могла возмущаться непрофессионализмом коллег, но никогда не критиковала людей за их личные качества. Она научила меня, что такое любить безусловно – не за то, что родственники или друзья, а просто так. Потому что человек хороший.
У нас с ней была традиция по праздникам дарить друг другу брошки – я ей в виде красных маков и роз, а она мне – разных птиц. Своих птичек я до сих пор храню в шкатулке и никогда не забуду, кто мне их подарил.
Тогда, в феврале 2022, я поехала на прощание в московский крематорий, чувствуя растерянность – что брать с собой? Это же не похороны. Цветы? Ничего? Что в таких случаях полагается надевать? О чём говорить? Как выразить невероятное горе, которое свалилось на голову, и не оскорбить родных, не сфальшивить?
Больше всего в тот день меня поразили глаза старшей дочери Риммы Закиевны. Был ковид, до всего остального оставалось чуть меньше недели, и она смотрела на всех, кто приехал, поверх бело-голубой маски. А я не могла отвести взгляд – так странно было видеть знакомые глаза на чужом лице.
Прощание прошло почти в тумане, а на обратном пути я ругала себя за то, что не взяла цветы. Пусть их сразу выбросили бы: Римма Закиевна заслуживала красивейших роз. И я пообещала себе, что как-нибудь обязательно это исправлю.
Сегодня, 28 сентября 2023 года ей исполнилось бы 65 лет. Я добралась до кладбища Уфы с роскошными красными розами в руках, и целый час плутала по тропинкам среди оград, цепляя колготки кладбищенским бурьяном и стеблями недавно созревшей дикой ежевики. А потом нашла её могилу под алой рябиной и золотым клёном, и положила свой букет. Рассказала последние новости, сказала пресловутое: «Я невозможно скучаю, но хорошо, что вы всего этого не увидели». Снова почувствовала эту нерушимую связь – и услышала могучую, целительную тишину.
Ушла я оттуда с ощущением, что, где бы она ни была, она обрела покой. И я, теперь, кажется, тоже.
💔3
О нестандартном отношении к доброй волшебной няне
Есть в классическом наборе английских сказок для взрослых и детей, которые читают и любят все, два исключения, которые я не в силах переварить своими щупиками: Мэри Поппинс и Питер Пэн.
Я прекрасно знаю оба сюжета, могу распознать к ним отсылки, увидеть их элементы или отражения в других текстах. Но у меня есть серьёзные и местами необъяснимые проблемы с восприятием оригиналов и их экранизаций.
Чтобы была понятна степень неприятия, небольшой камин-аут: меня с детства пугала Мэри Поппинс (сейчас этот страх вырос в желание остаться незамеченной при встрече с этой дамой в тёмном переулке Эдинбурга), до скрежета зубов раздражает песня «Само совершенство», и невероятно бесит Питер Пэн.
И если в случае с Питером надо бы ещё подумать о причинах, то ключ к разгадке дела волшебной английской няни я, кажется, нашла.
Многие произведения могут вызывать разную реакцию, когда читаешь их в детстве и во взрослом возрасте. С Мэри интересно то, что антипатия к ней у меня проявилась с самого детства и с тех пор не менялась.
Вот мои вопросы к тем, кто всерьёз ею восхищается: вы что, издеваетесь? Она не идеальная, она пугающая! Появляется когда хочет, считает себя совершенством, властная, высокомерная, оживляет манекены в витринах, превращает людей в животных и птиц, завлекает детей в непонятные места своей магией… Знаете, кто обычно так поступает в классических сказках? Дудочник-Крысолов, Баба Яга или ведьма-людоедка из пряничного домика, убийцы-социопаты в ужастиках! И ладно взрослые пускают её в дом к детям, они слепые, но у детей-то должен быть базовый инстинкт самосохранения! Бегите, глупцы!..
Как видите, я уже в детстве видела в этой даме скорее персонажа хоррора, чем детской сказки (хотя эти два жанра ой как родственны, да, я читаю на досуге Проппа про волшебные сказки). А в последние годы я немного больше узнала о создательнице Мэри, и мне стало чуть яснее, откуда моё детское сознание увидело весь этот ужас под маской Самого Совершенства.
Автор книг о Мэри Поппинс Памела Трэверс славилась тяжелым характером и сложными взаимоотношениями с членами семьи. Моя теория (основанная на опыте создания нескольких персонажей) состоит в том, что любой герой, а основной и культовый персонаж центрального произведения особенно, несёт в себе печать автора, и отчасти является его автопортретом.
И кажется, что моё детское восприятие безошибочно распознало под образом Мэри все черты, которые подарила персонажу автор от себя самой. А эти черты, так уж вышло, слишком напоминают мою маму, которую я в детстве боялась и безо всякой магии.
Как подумаю, до сих пор дрожь по спине. Хоррор про Мэри Поппинс, что ли, написать в терапевтических целях? Пусть мир узнает, что не все купились на образ миловидной женщины с идеальной укладкой в строгом синем платье…
У кого тоже есть такие персонажи, которых все любят, а у вас они вызывают страх/ярость/бешенство/раздражение? Делитесь, будем вместе недоумевать, почему люди покупаются на их «очарование» 🤷♀️
Есть в классическом наборе английских сказок для взрослых и детей, которые читают и любят все, два исключения, которые я не в силах переварить своими щупиками: Мэри Поппинс и Питер Пэн.
Я прекрасно знаю оба сюжета, могу распознать к ним отсылки, увидеть их элементы или отражения в других текстах. Но у меня есть серьёзные и местами необъяснимые проблемы с восприятием оригиналов и их экранизаций.
Чтобы была понятна степень неприятия, небольшой камин-аут: меня с детства пугала Мэри Поппинс (сейчас этот страх вырос в желание остаться незамеченной при встрече с этой дамой в тёмном переулке Эдинбурга), до скрежета зубов раздражает песня «Само совершенство», и невероятно бесит Питер Пэн.
И если в случае с Питером надо бы ещё подумать о причинах, то ключ к разгадке дела волшебной английской няни я, кажется, нашла.
Многие произведения могут вызывать разную реакцию, когда читаешь их в детстве и во взрослом возрасте. С Мэри интересно то, что антипатия к ней у меня проявилась с самого детства и с тех пор не менялась.
Вот мои вопросы к тем, кто всерьёз ею восхищается: вы что, издеваетесь? Она не идеальная, она пугающая! Появляется когда хочет, считает себя совершенством, властная, высокомерная, оживляет манекены в витринах, превращает людей в животных и птиц, завлекает детей в непонятные места своей магией… Знаете, кто обычно так поступает в классических сказках? Дудочник-Крысолов, Баба Яга или ведьма-людоедка из пряничного домика, убийцы-социопаты в ужастиках! И ладно взрослые пускают её в дом к детям, они слепые, но у детей-то должен быть базовый инстинкт самосохранения! Бегите, глупцы!..
Как видите, я уже в детстве видела в этой даме скорее персонажа хоррора, чем детской сказки (хотя эти два жанра ой как родственны, да, я читаю на досуге Проппа про волшебные сказки). А в последние годы я немного больше узнала о создательнице Мэри, и мне стало чуть яснее, откуда моё детское сознание увидело весь этот ужас под маской Самого Совершенства.
Автор книг о Мэри Поппинс Памела Трэверс славилась тяжелым характером и сложными взаимоотношениями с членами семьи. Моя теория (основанная на опыте создания нескольких персонажей) состоит в том, что любой герой, а основной и культовый персонаж центрального произведения особенно, несёт в себе печать автора, и отчасти является его автопортретом.
И кажется, что моё детское восприятие безошибочно распознало под образом Мэри все черты, которые подарила персонажу автор от себя самой. А эти черты, так уж вышло, слишком напоминают мою маму, которую я в детстве боялась и безо всякой магии.
Как подумаю, до сих пор дрожь по спине. Хоррор про Мэри Поппинс, что ли, написать в терапевтических целях? Пусть мир узнает, что не все купились на образ миловидной женщины с идеальной укладкой в строгом синем платье…
У кого тоже есть такие персонажи, которых все любят, а у вас они вызывают страх/ярость/бешенство/раздражение? Делитесь, будем вместе недоумевать, почему люди покупаются на их «очарование» 🤷♀️
P.S. Вспомнила другую няню из книжки/мультика: Фрекен Бок. Вот с ней никаких проблем! Да, похожий набор негативных качеств, но а) никакой магии, известное человеческое зло, и б) она честна и прямолинейна как паровоз, с ней с самого начала всё понятно! Первое появление на экране и сразу видны и недостатки, и положительные черты. А не это вот ваше…
Чтобы занять себя в оставшиеся 40 минут до премьеры, автор канала сидит и составляет поаспектную матрицу для автора Атаки Титанов. Пока кажется, что это мой поаспектный брат на 100%: действенно-конкретный товарищ со средним абстрактным и слабым чувственным.
Более того — он об этом знает или как минимум догадывается, потому что вовсю использует сильные аспекты и не лезет в слабый. К примеру, всё довольно долгое повествование он даже не пытается использовать романтические отношения, только семейные, и те, видимо, только за их универсальность (и даже с ними местами получается странно).
Сильную абстракцию я ему не выдам, потому что свой мир он списывает с истории: вот вам декорации Европейского позднего средневековья, вот еврейского гетто времён второй мировой, а вот вообще аналог взрыва ядерной бомбы. Короче, не пытается создать новые правила нового мира, а собирает его как салат «Мимоза». Я ему за это только крепко пожму руку: отличный выход в ситуации, когда мир под свои нужды создать надо, а абстракция не в сильной позиции.
Зато конкретный и действенный бронепоездом тащат на себе все культовые образы и элементы: драйвовое действие, невероятная энергия в боях, суперская детализация в снаряжении, образах персонажей, свойствах вещей и предметов.
Буду изучать и мотать себе на ус. Ну офигенно же получается, когда автор понимает, какие у него сильные стороны!
P.S. Тем временем осталось 20 минут. Жду.
Более того — он об этом знает или как минимум догадывается, потому что вовсю использует сильные аспекты и не лезет в слабый. К примеру, всё довольно долгое повествование он даже не пытается использовать романтические отношения, только семейные, и те, видимо, только за их универсальность (и даже с ними местами получается странно).
Сильную абстракцию я ему не выдам, потому что свой мир он списывает с истории: вот вам декорации Европейского позднего средневековья, вот еврейского гетто времён второй мировой, а вот вообще аналог взрыва ядерной бомбы. Короче, не пытается создать новые правила нового мира, а собирает его как салат «Мимоза». Я ему за это только крепко пожму руку: отличный выход в ситуации, когда мир под свои нужды создать надо, а абстракция не в сильной позиции.
Зато конкретный и действенный бронепоездом тащат на себе все культовые образы и элементы: драйвовое действие, невероятная энергия в боях, суперская детализация в снаряжении, образах персонажей, свойствах вещей и предметов.
Буду изучать и мотать себе на ус. Ну офигенно же получается, когда автор понимает, какие у него сильные стороны!
P.S. Тем временем осталось 20 минут. Жду.
Отдых ≠ творчество
Последние два часа я сидела, лежала, полулежала, свешивалась с дивана, и писала. Точнее, записывала почти полностью сотканную в уме сцену за время короткой прогулки до магазина.
И ЭТО ОКАЗАЛОСЬ ПИПЕЦ ЭНЕРГОЗАТРАТНО.
Записала я сцену только на 2/3 и усталакак лошадь так, что лень придумывать метафоры интереснее простого и грубого сравнения с симпатичным животным. После срочно побежала кормить мозг вкусным сушёным манго и свежим хлебом, а то мы бы совсем копыта откинули.
Конкретик с его жаляще-точными метафорами и крутыми образами вообще выдержал ровно 2 абзаца. Потом: лапки кверху, язык набок, не пойду я больше в эту вашу тренажёрку, отстаньте. Оставшееся время писала действиями, диалогами, без изысков с очевидным намерением «потом доработать и довести до ума».
Когда-то во мне жила наивная мысль: заниматься творчеством — это кайф, а значит, не работа, а отдых. Сейчас хочется только вздохнуть и погладить себя в прошлом по голове: милая, не путай мягкое с тёплым.
На последней сессии с терапевтом мы говорили о том, что такое отдых. Я говорила, что вот есть цветной круг: диаграмма моей жизни. Каждый сектор покрашен в красивый яркий цвет: алый, бирюзовый, варёно-кукурузно-жёлтый, кислотно-лаймово-зелёный, богато-сиренево-фиолетовый, и целую кучу других.
И есть некий белый сектор, границы которого я не понимаю и не вижу. А ещё он иногда начинает выливаться на остальные цветные сектора и размывать их: делать бледными, грязными, не яркими и эффектными, а такими, серединка на половинку. А если убрать его насовсем, то получается темнота, пустота, тусклые тёмные цвета и «Кина не будет, электричество кончилось».
Нетрудно догадаться, что белый сектор и оказался отдыхом. Только это не сектор вовсе, а сам лист, на котором нарисован большой цветной круг. И чтобы цвета не смешивались, нужно чётко отделять границы, замечать их, проходить через них и не бежать сразу из сектора в сектор. Останавливаться в зоне отдыха хотя бы на минутку, прежде чем переключаться на что-то другое.
Отдых — это белые поля вокруг круга, пространство свободы. Возможность написать каракули на полях, почиркать, нарисовать чертёж, который просто пришёл на ум.
Творчество же — это солнечный сектор. Жёлтый, яркий, сияющий, а ещё жрущий столько электричества, что впору счёт за энергию выставлять.
В общем — не белый.
Так можно себе и записать: не путать белый и жёлтый. Не путать отдых и творчество. Разные процессы, разные потребности, разные подходы.
При этом для жизни (и творческой деятельности, конечно) нужны и важны оба.
Последние два часа я сидела, лежала, полулежала, свешивалась с дивана, и писала. Точнее, записывала почти полностью сотканную в уме сцену за время короткой прогулки до магазина.
И ЭТО ОКАЗАЛОСЬ ПИПЕЦ ЭНЕРГОЗАТРАТНО.
Записала я сцену только на 2/3 и устала
Конкретик с его жаляще-точными метафорами и крутыми образами вообще выдержал ровно 2 абзаца. Потом: лапки кверху, язык набок, не пойду я больше в эту вашу тренажёрку, отстаньте. Оставшееся время писала действиями, диалогами, без изысков с очевидным намерением «потом доработать и довести до ума».
Когда-то во мне жила наивная мысль: заниматься творчеством — это кайф, а значит, не работа, а отдых. Сейчас хочется только вздохнуть и погладить себя в прошлом по голове: милая, не путай мягкое с тёплым.
На последней сессии с терапевтом мы говорили о том, что такое отдых. Я говорила, что вот есть цветной круг: диаграмма моей жизни. Каждый сектор покрашен в красивый яркий цвет: алый, бирюзовый, варёно-кукурузно-жёлтый, кислотно-лаймово-зелёный, богато-сиренево-фиолетовый, и целую кучу других.
И есть некий белый сектор, границы которого я не понимаю и не вижу. А ещё он иногда начинает выливаться на остальные цветные сектора и размывать их: делать бледными, грязными, не яркими и эффектными, а такими, серединка на половинку. А если убрать его насовсем, то получается темнота, пустота, тусклые тёмные цвета и «Кина не будет, электричество кончилось».
Нетрудно догадаться, что белый сектор и оказался отдыхом. Только это не сектор вовсе, а сам лист, на котором нарисован большой цветной круг. И чтобы цвета не смешивались, нужно чётко отделять границы, замечать их, проходить через них и не бежать сразу из сектора в сектор. Останавливаться в зоне отдыха хотя бы на минутку, прежде чем переключаться на что-то другое.
Отдых — это белые поля вокруг круга, пространство свободы. Возможность написать каракули на полях, почиркать, нарисовать чертёж, который просто пришёл на ум.
Творчество же — это солнечный сектор. Жёлтый, яркий, сияющий, а ещё жрущий столько электричества, что впору счёт за энергию выставлять.
В общем — не белый.
Так можно себе и записать: не путать белый и жёлтый. Не путать отдых и творчество. Разные процессы, разные потребности, разные подходы.
При этом для жизни (и творческой деятельности, конечно) нужны и важны оба.
🔥4
Три часа до Нового года.
Старый провожается неохотно, в нём было столько всего, что даже жаль прощаться. Пережила операцию, попала в два невероятных проекта-трамплина, нашла работу с офигенной командой, (почти) закончила терапию. И, как обычно, недоделала кучу дел.
Очень хочется, чтобы эстафетная палочка с зарядом на подъём и рост передалась будущему году. А ещё храню в сердце надежду на перемены к лучшему во всём мире.
А всем-всем, кто это прочитает, пожелаю счастливых праздников, тёпла в доме, любимых рядом. Будьте как Панда и Дракон, в обнимку с которыми я встречаю 2024 год.
С (наступающим) Новым годом! 🎄🐉🎉
Старый провожается неохотно, в нём было столько всего, что даже жаль прощаться. Пережила операцию, попала в два невероятных проекта-трамплина, нашла работу с офигенной командой, (почти) закончила терапию. И, как обычно, недоделала кучу дел.
Очень хочется, чтобы эстафетная палочка с зарядом на подъём и рост передалась будущему году. А ещё храню в сердце надежду на перемены к лучшему во всём мире.
А всем-всем, кто это прочитает, пожелаю счастливых праздников, тёпла в доме, любимых рядом. Будьте как Панда и Дракон, в обнимку с которыми я встречаю 2024 год.
С (наступающим) Новым годом! 🎄🐉🎉
❤2
Три часа до Нового года.
Старый провожается неохотно, в нём было столько всего, что даже жаль прощаться. Пережила операцию, попала в два невероятных проекта-трамплина, нашла работу с офигенной командой, (почти) закончила терапию. И, как обычно, не доделала кучу дел.
Очень хочется, чтобы эстафетная палочка с зарядом на подъём и рост передалась будущему году. А ещё храню в сердце надежду на перемены к лучшему во всём мире.
А всем-всем, кто это прочитает, пожелаю счастливых праздников, тёпла в доме, любимых рядом. Будьте как Панда и Дракон, в обнимку с которыми я встречаю 2024 год.
С (наступающим) Новым годом! 🎄🐉🎉
Старый провожается неохотно, в нём было столько всего, что даже жаль прощаться. Пережила операцию, попала в два невероятных проекта-трамплина, нашла работу с офигенной командой, (почти) закончила терапию. И, как обычно, не доделала кучу дел.
Очень хочется, чтобы эстафетная палочка с зарядом на подъём и рост передалась будущему году. А ещё храню в сердце надежду на перемены к лучшему во всём мире.
А всем-всем, кто это прочитает, пожелаю счастливых праздников, тёпла в доме, любимых рядом. Будьте как Панда и Дракон, в обнимку с которыми я встречаю 2024 год.
С (наступающим) Новым годом! 🎄🐉🎉
❤4
«Господи, помоги мне не хлебнуть излишнего яда от родственников», — взмолилась атеистка, глядя, как мать, отчим и тётя поглощают вторую кастрюлю глинтвейна.
(Шёл второй вечер приезда родственников, экватор визита уже миновали).
(Шёл второй вечер приезда родственников, экватор визита уже миновали).
🙏1🕊1
Спустя 8 месяцев после переезда я наконец-то разжилась настоящим рабоче-писательским гнездом в кабинете!
Небольшой, но функциональный стол, и всё нужное под рукой. А ещё случайно вышло так, что перед глазами будет лучший вид из окна в нашей квартире. Буду медитировать на шоссе, облака и закаты в перерывах между работой и писательством.
Небольшой, но функциональный стол, и всё нужное под рукой. А ещё случайно вышло так, что перед глазами будет лучший вид из окна в нашей квартире. Буду медитировать на шоссе, облака и закаты в перерывах между работой и писательством.
🔥5👍1
У нас в трубе под раковиной поселился демон. Ну или только так у меня получается объяснить то безобразие, что творится у нас на кухне.
Последние два дня я напоминаю себе помесь Уолтера Уайта с безумной домохозяйкой: в жёлтых перчатках и белой маске-респираторе по пару часов стою над раковиной, которая мирно булькает непробиваемым засором.
Я попробовала уже два химических средства. Рекламу одного смутно помню из детства, второе, судя по отзывам и инструкции, способно устроить в трубе мини-извержение Везувия и начать вторую Гигантомахию.
Увы, ни Везувием, ни даже Гигантами этот засор не взять. В глубине что-то булькает, реакция идёт, а буро-серая вода как стояла в раковине, так и стоит. «Пенка по цвету слегка напоминает капучино!» — радуется внутренний наблюдатель. Если где-то такой капучино и подаётся, то только на кухне детского сада, отрубаю я, и иду изливать душу в Телеграм.
Демон продолжает сидеть на своём месте и никуда уходить не планирует. Я всё ещё пытаюсь вытурить его химией.
Посмотрим, кто кого.
Последние два дня я напоминаю себе помесь Уолтера Уайта с безумной домохозяйкой: в жёлтых перчатках и белой маске-респираторе по пару часов стою над раковиной, которая мирно булькает непробиваемым засором.
Я попробовала уже два химических средства. Рекламу одного смутно помню из детства, второе, судя по отзывам и инструкции, способно устроить в трубе мини-извержение Везувия и начать вторую Гигантомахию.
Увы, ни Везувием, ни даже Гигантами этот засор не взять. В глубине что-то булькает, реакция идёт, а буро-серая вода как стояла в раковине, так и стоит. «Пенка по цвету слегка напоминает капучино!» — радуется внутренний наблюдатель. Если где-то такой капучино и подаётся, то только на кухне детского сада, отрубаю я, и иду изливать душу в Телеграм.
Демон продолжает сидеть на своём месте и никуда уходить не планирует. Я всё ещё пытаюсь вытурить его химией.
Посмотрим, кто кого.
👍1
А ещё вопрос на заметку самой себе: почему такой живой отклик во мне вызывают именно проблемы с сантехникой?? Сначала посудомойка, теперь раковина. Когда придёт очередь микроволновки с холодильником?
😁3
Кресло на гнезде змеюк
Сегодня прошёл первый эфир калибровочного подпроекта-ветви ЧеловекаТекста под кодовым названием SWAT&SCRUM.
Я шла на эфир расслабленно: два часа послушаю, поболтаю, поделюсь наблюдениями, услышу что-то невероятно важное. Ничего необычного, правда? Я ж целую мастерскую прошла, там эфиры по три часа, ха!
Я редко когда так сильно ошибалась.
Сначала я сидела молча, потому что казалось, что нечего добавить. Потом я параллельно с эфиром начала включать в соседнем Гугл Хроме Тетрис (уже плохой знак, обычно я так сбегаю от того, что неприятно).
А эфир шёл, и разговор от запретов на рисование и пугающих реакций старших родственников на творчество перешёл на установку на рост и фиксацию. Знакомая теория, книгу Кэрол Дуэк я читала лет пять-шесть назад. Потом перешли к примерам фиксированной установки, и я поняла, что третий раз подряд проигрываю на жалкой сотне тысяч баллов.
И тут, сквозь подкатывающий к горлу ком, поняла, что мой мозг в ментальном ужасе: язык отнялся, сердце скачет, во рту кислый привкус страха. И ужас не проходит: сердце не замедляется, руки и ноги не теплеют.
«Окей, что происходит?» — осторожно спрашиваю я у мозга. И тот, видимо, хлебнув той же немоты, что и тело, пожал плечами и показал картинку.
Сидим, мы, значит, на кресле. Спинка удобная, всё хорошо. Вокруг темно. Один момент — сдвинуться с места не можем. Сказать что-либо тоже. А вокруг что-то шипит, шуршит и скользит, обволакивая липким холодом.
А потом кто-то включает свет, и мой мозг осознаёт, что не свободно сидит в кресле, а к нему, как верёвками, привязаны гадюками. Те — живые, мерзкие, на шее, скользят по рукам, по ногам, держат крепко, удивительно, что не задыхаюсь. И когда на них пролился свет (то есть, девочки на эфире проговорили вслух все подробности фиксированной установки), то они дружно и ужасно громко зашипели.
«Ничего себе креслице», — ошарашилась я. — «Это ж змеиное гнездо, а не креслице».
«Угу», — отошёл от немоты мозг. — «И всё это время мы его не видели».
Сегодня прошёл первый эфир калибровочного подпроекта-ветви ЧеловекаТекста под кодовым названием SWAT&SCRUM.
Я шла на эфир расслабленно: два часа послушаю, поболтаю, поделюсь наблюдениями, услышу что-то невероятно важное. Ничего необычного, правда? Я ж целую мастерскую прошла, там эфиры по три часа, ха!
Я редко когда так сильно ошибалась.
Сначала я сидела молча, потому что казалось, что нечего добавить. Потом я параллельно с эфиром начала включать в соседнем Гугл Хроме Тетрис (уже плохой знак, обычно я так сбегаю от того, что неприятно).
А эфир шёл, и разговор от запретов на рисование и пугающих реакций старших родственников на творчество перешёл на установку на рост и фиксацию. Знакомая теория, книгу Кэрол Дуэк я читала лет пять-шесть назад. Потом перешли к примерам фиксированной установки, и я поняла, что третий раз подряд проигрываю на жалкой сотне тысяч баллов.
И тут, сквозь подкатывающий к горлу ком, поняла, что мой мозг в ментальном ужасе: язык отнялся, сердце скачет, во рту кислый привкус страха. И ужас не проходит: сердце не замедляется, руки и ноги не теплеют.
«Окей, что происходит?» — осторожно спрашиваю я у мозга. И тот, видимо, хлебнув той же немоты, что и тело, пожал плечами и показал картинку.
Сидим, мы, значит, на кресле. Спинка удобная, всё хорошо. Вокруг темно. Один момент — сдвинуться с места не можем. Сказать что-либо тоже. А вокруг что-то шипит, шуршит и скользит, обволакивая липким холодом.
А потом кто-то включает свет, и мой мозг осознаёт, что не свободно сидит в кресле, а к нему, как верёвками, привязаны гадюками. Те — живые, мерзкие, на шее, скользят по рукам, по ногам, держат крепко, удивительно, что не задыхаюсь. И когда на них пролился свет (то есть, девочки на эфире проговорили вслух все подробности фиксированной установки), то они дружно и ужасно громко зашипели.
«Ничего себе креслице», — ошарашилась я. — «Это ж змеиное гнездо, а не креслице».
«Угу», — отошёл от немоты мозг. — «И всё это время мы его не видели».
🤯3❤1