...прочитал трилогию Шарля Фердинана Рамю о борьбе добра и зла: "Царствование злого духа", "Смерть повсюду", "Небесная твердь". Немного в смятенном впечатлении. Книги классные, написанные простым, но красивым языком. Они очень образные, точные в описаниях, метафорах, но не словоблудные. Очень плотный и выверенный текст, который говорит именно то, что хочет сказать. Особо хорошо передается замкнутая, спокойная атмосфера альпийских городков и деревушек, в которых и происходит действие.
Но при этом, мне словно бы чего-то не хватило, что-то удерживает от того что бы быть в диком восторге. Я полагаю, что это не из-за самих книг, а скорее от того, что я читал их с не с нужным настроением. Текст многослойный и требует вдумчивого чтения. При всей кажущейся простоте сюжета и изложения, произведения на деле оказываются с двойным, а то и с тройным дном, и разгадать их, - отдельное удовольствие. Но в то же время, легко и упустить саму идею. И задаться вопросом: а вообще что это было, о чем? И, видимо, у меня так и вышло. Не даром, Рамю писал каждую книгу несколько лет, постоянно переписывая, меняя акценты, развязки, идеи. Это воистину книги, с которыми надо знакомиться очень вдумчиво и быть внимательными к каждой детали. Перечитаю их еще, благо повести относительно небольшие.
В целом, все произведения объединяются темами морали, добра и зла, человеческой природы, и тем, как сущность человека проявляется в экстремальных условиях. Все они с фантастической или мистической завязкой. Однако, в своей сути это произведения крайне реалистические. Фантастика лишь фон для разговора о более глубоких вещей. Лишь сеттинг, в котором разворачивается жизнь простых сельских жителей, отягощенных своими заботами и радостями. Рамю вводит эту переменную в самом начале, а затем особо о ней и не вспоминает. Суть не в сверхъестественном. Оно лишь незримо присутствует, запуская историю.
Сами же книги имеют мозаичную структуру, являясь набором кратких эпизодов с разными действующими лицами и их историями. Но это не разрозненные эпизоды. Вместе они слагают единую и цельную историю альпийской деревеньки, как детали паззла слагают итоговую картину. С этой стороны, масштаб произведений и мастерство с которым Рамю сводит линии повествования просто поражают...
Но при этом, мне словно бы чего-то не хватило, что-то удерживает от того что бы быть в диком восторге. Я полагаю, что это не из-за самих книг, а скорее от того, что я читал их с не с нужным настроением. Текст многослойный и требует вдумчивого чтения. При всей кажущейся простоте сюжета и изложения, произведения на деле оказываются с двойным, а то и с тройным дном, и разгадать их, - отдельное удовольствие. Но в то же время, легко и упустить саму идею. И задаться вопросом: а вообще что это было, о чем? И, видимо, у меня так и вышло. Не даром, Рамю писал каждую книгу несколько лет, постоянно переписывая, меняя акценты, развязки, идеи. Это воистину книги, с которыми надо знакомиться очень вдумчиво и быть внимательными к каждой детали. Перечитаю их еще, благо повести относительно небольшие.
В целом, все произведения объединяются темами морали, добра и зла, человеческой природы, и тем, как сущность человека проявляется в экстремальных условиях. Все они с фантастической или мистической завязкой. Однако, в своей сути это произведения крайне реалистические. Фантастика лишь фон для разговора о более глубоких вещей. Лишь сеттинг, в котором разворачивается жизнь простых сельских жителей, отягощенных своими заботами и радостями. Рамю вводит эту переменную в самом начале, а затем особо о ней и не вспоминает. Суть не в сверхъестественном. Оно лишь незримо присутствует, запуская историю.
Сами же книги имеют мозаичную структуру, являясь набором кратких эпизодов с разными действующими лицами и их историями. Но это не разрозненные эпизоды. Вместе они слагают единую и цельную историю альпийской деревеньки, как детали паззла слагают итоговую картину. С этой стороны, масштаб произведений и мастерство с которым Рамю сводит линии повествования просто поражают...
...немного о сюжетах. Спойлером это не будет, так как вводные установки даются прямо на первых страницах.
"Царствование злого духа" повествует о пришествии под видом башмачника в небольшую альпийскую деревеньку Сатаны. Все повествование выстроено вокруг эпизодов жизни людей, в которую медленно и незаметно начинает просачиваться зло. В начале физическое, в виде череды бедствий и болезней, а затем нравственное, уже не просто ставящее в тяжелое положение тело, а кривящее и разъедающее душу. Повесть тонко обыгрывает народные предания о знамениях и спасениях, чем в некотором роде сближается со сказанием или легендой.
В "Смерти повсюду" Земля сходит с орбиты и, приближаясь к Солнцу, начинает медленно сгорать. Однако, вместо масштабной катастрофы, читателю предстает набор разрозненных эпизодов из жизни небольшого обособленного городка. Глобальное раскрывается через призму локального. Люди в начале не осознают случившееся, продолжая жить так, как и жили прежде, но затем постепенно приходит осознание, а с осознанием рождается хаос и брожение морали. фрагментарое повествование, выхватывающее из череды событий лишь отдельные. связывается линией писателя, который видит свою задачу в фиксации окружающего его мира. И на деле повесть неуловимо превращается в рефлексию вклада писателя в создание реальности: что пишу, то и существует.
"Небесная твердь" это рассказ о воскресших, оказавшихся в идеальном мире, где нет зла, тягот и печали. Они не понимают причин по которым им было уготовано Царствие Небесное, чем они его заслужили, но живут в благе и счастье, вспоминая невзгоды жизни прежней. И труд в поте лица больше не нужен, и деньги больше ничего не значат, и близкие люди воссоединяются. Рамю задается вопросом: каков мир, из которого убран весь изъян, все примеси? Неужели это счастье? Возможна ли победа добра над злом? Разумеется, все не так просто...
"Царствование злого духа" повествует о пришествии под видом башмачника в небольшую альпийскую деревеньку Сатаны. Все повествование выстроено вокруг эпизодов жизни людей, в которую медленно и незаметно начинает просачиваться зло. В начале физическое, в виде череды бедствий и болезней, а затем нравственное, уже не просто ставящее в тяжелое положение тело, а кривящее и разъедающее душу. Повесть тонко обыгрывает народные предания о знамениях и спасениях, чем в некотором роде сближается со сказанием или легендой.
В "Смерти повсюду" Земля сходит с орбиты и, приближаясь к Солнцу, начинает медленно сгорать. Однако, вместо масштабной катастрофы, читателю предстает набор разрозненных эпизодов из жизни небольшого обособленного городка. Глобальное раскрывается через призму локального. Люди в начале не осознают случившееся, продолжая жить так, как и жили прежде, но затем постепенно приходит осознание, а с осознанием рождается хаос и брожение морали. фрагментарое повествование, выхватывающее из череды событий лишь отдельные. связывается линией писателя, который видит свою задачу в фиксации окружающего его мира. И на деле повесть неуловимо превращается в рефлексию вклада писателя в создание реальности: что пишу, то и существует.
"Небесная твердь" это рассказ о воскресших, оказавшихся в идеальном мире, где нет зла, тягот и печали. Они не понимают причин по которым им было уготовано Царствие Небесное, чем они его заслужили, но живут в благе и счастье, вспоминая невзгоды жизни прежней. И труд в поте лица больше не нужен, и деньги больше ничего не значат, и близкие люди воссоединяются. Рамю задается вопросом: каков мир, из которого убран весь изъян, все примеси? Неужели это счастье? Возможна ли победа добра над злом? Разумеется, все не так просто...
"Le locataire" (1976) dir. Roman Polanski
...блин, короче, Полански не удалось нормально экранизировать шикарную повесть Ролана Топора "Жилец". Более того, он ее безнадежно испортил. Возможно, фильм неплох, если не читать первоисточник... Но я вот читал и мне больно.
Во-первых, центральную часть книги составляет рассказ о переживаниям и загонах Трелковского, его внутренний монолог, фобии и желания, медленная трансформация и утрата личности. А в фильме совершенно непонятно почему он делает то, или иное. Почему он приходит в больницу к Симоне, почему одевается как женщина, почему бьет ребенка в парке и другая куча почему. То есть, просто пересказ событий книги, но без раскрытой в ней подоплеки этих событий, которые объясняли бы мотивацию. В фильме это вообще не обоснованные действия которые Трелковский делает потому что... псих?
Вот вторая проблема. Абсолютно однозначная трактовка происходящего. В книге ведь было как. Большую часть идет экзистенциальная бытовая драма, которая медленно обрастает кафкианскими парадоксами и в конце взрывается тотальным сюром. И вообще не ясно, это реальность или галлюцинации. Обе трактовки могли оказаться верными и, одновременно, для каждой можно найти опровержение. В итоге, - открытость финала и сюрреалистичное послевкусие. В фильме же главный герой большую часть предстает зажатым клерком, а потом, внезапно, едет крышей без причины.А череда странных и необъяснимых событий это галлюцинации.
Обе проблемы логично сводятся к третьей, главной. Если книга это такое многослойное и медленное погружение в липкий бытовой кошмар, который обволакивает и не дает дышать, она прямо дышит атмосферой ирреальной безысходности, то фильм сугубо схематичный рассказ про тихого мужика, которого довели до ручки своими закидонами соседи. Тем не менее, Изабель Аджани здесь очень милая...
...блин, короче, Полански не удалось нормально экранизировать шикарную повесть Ролана Топора "Жилец". Более того, он ее безнадежно испортил. Возможно, фильм неплох, если не читать первоисточник... Но я вот читал и мне больно.
Во-первых, центральную часть книги составляет рассказ о переживаниям и загонах Трелковского, его внутренний монолог, фобии и желания, медленная трансформация и утрата личности. А в фильме совершенно непонятно почему он делает то, или иное. Почему он приходит в больницу к Симоне, почему одевается как женщина, почему бьет ребенка в парке и другая куча почему. То есть, просто пересказ событий книги, но без раскрытой в ней подоплеки этих событий, которые объясняли бы мотивацию. В фильме это вообще не обоснованные действия которые Трелковский делает потому что... псих?
Вот вторая проблема. Абсолютно однозначная трактовка происходящего. В книге ведь было как. Большую часть идет экзистенциальная бытовая драма, которая медленно обрастает кафкианскими парадоксами и в конце взрывается тотальным сюром. И вообще не ясно, это реальность или галлюцинации. Обе трактовки могли оказаться верными и, одновременно, для каждой можно найти опровержение. В итоге, - открытость финала и сюрреалистичное послевкусие. В фильме же главный герой большую часть предстает зажатым клерком, а потом, внезапно, едет крышей без причины.А череда странных и необъяснимых событий это галлюцинации.
Обе проблемы логично сводятся к третьей, главной. Если книга это такое многослойное и медленное погружение в липкий бытовой кошмар, который обволакивает и не дает дышать, она прямо дышит атмосферой ирреальной безысходности, то фильм сугубо схематичный рассказ про тихого мужика, которого довели до ручки своими закидонами соседи. Тем не менее, Изабель Аджани здесь очень милая...
..."Жилец", вообще, заключительная часть неофициальной "квартирой трилогии" Полански. Основное действие всех трех фильмов происходит в замкнутых помещениях и во всех трех идёт речь об помутнении сознания и паранойе.
Первый фильм, "Отвращение", это атмосферная и пугающая психопатическая драма об антисекусальном психозе. Там крайне изобретательные сцены галлюцинаций главной героини. Эти руки из стен... ухххх.
Второй, - "Ребёнок Розмари", по мне, очень мейнстримный фильм. Новаторский и параноидальный тогда, сейчас он смотрится как-то достаточно банально и скучно. Скорее всего, из-за кучи фильмов-подражаний. К тому же, мне не нравится развязка. Какая-то она... вялая. Уж лучше б галлюцинацией оказались события "Ребёнка", а не "Жильца"...
Первый фильм, "Отвращение", это атмосферная и пугающая психопатическая драма об антисекусальном психозе. Там крайне изобретательные сцены галлюцинаций главной героини. Эти руки из стен... ухххх.
Второй, - "Ребёнок Розмари", по мне, очень мейнстримный фильм. Новаторский и параноидальный тогда, сейчас он смотрится как-то достаточно банально и скучно. Скорее всего, из-за кучи фильмов-подражаний. К тому же, мне не нравится развязка. Какая-то она... вялая. Уж лучше б галлюцинацией оказались события "Ребёнка", а не "Жильца"...
...ну про саму повесть Ролана Топора "Жилец" я уже чуть-чуть написал выше. Вообще, мои горячие рекомендации. Книга образная, многомерная, необычная. Ее легко и стильно написанный текст сосредоточен на переживаниях простого серого человека с простыми серыми мыслями и мнительной тревожностью. Он переезжает в новую квартиру и моментально обнаруживает, что оказался в окружении крайне странных и неприятных соседей. Под давлением новых порядков и осуждающих взглядов он начинает вести тихий крадущийся образ жизни, теряя старые привычки и постепенно превращаясь в кого-то другого.
Развиваясь как экзистенциальная драма об одиночестве и постепенной утрате идентичности, во второй своей половине книга делает неожиданный кульбит, забрасывая читателя в фантасмагорию в духе Кафки. Бытовой сюрреализм и беспомощность маленького человека перед обстоятельствами и до этого густо напитывали текст, но здесь они превращаются в по-настоящему жуткую историю из сумеречной зоны, взрываясь в конце беспощадной развязкой и петлей сюжета. И что это было? Такой возникает вопрос. А вот самое классное, что и не понятно что это было. Галлюцинации или заговор. Тут даже нельзя сказать, - решайте сами. Ключи разбросаны по страницам, только непонятно что эти ключи открывают...
Развиваясь как экзистенциальная драма об одиночестве и постепенной утрате идентичности, во второй своей половине книга делает неожиданный кульбит, забрасывая читателя в фантасмагорию в духе Кафки. Бытовой сюрреализм и беспомощность маленького человека перед обстоятельствами и до этого густо напитывали текст, но здесь они превращаются в по-настоящему жуткую историю из сумеречной зоны, взрываясь в конце беспощадной развязкой и петлей сюжета. И что это было? Такой возникает вопрос. А вот самое классное, что и не понятно что это было. Галлюцинации или заговор. Тут даже нельзя сказать, - решайте сами. Ключи разбросаны по страницам, только непонятно что эти ключи открывают...
...в Мраморном дворце начала работу выставка "Поколение тридцатилетних в современном русском искусстве". Потрясающе. Собрали мощный состав молодых и кипящих, всех тех, кто сейчас с успехом работает и выставляется в русских и зарубежных музеях, галереях и пространствах. И если вам интересно, что происходит в сфере актуального искусства, если вы хотите начать погружаться в эту область, то сходить стоит обязательно. Разброс работ большой, - графика, живопись, медиа, скульптура, инсталляции, объекты. Что там еще бывает? От каждого понемногу, но, в целом, все слагается в интересный и показательный ландшафт молодого поколения.
Короче, я долго думал что сказать. И скажу так. Мне все понравилось. И я получил огромное эстетическое удовольствие. Я ходил и охал от каждого имени что знал, практически от каждой работы. Даже каталог купил полистать. Потрясающе, потрясающе, восторг. Но. В целом, я поймал себя на мысли: в красивом и дорогом Мраморном дворце красиво расставлены дорогие работы успешных художников из ключевых галерей города, которые проданы или будут проданы в музеи и частные коллекции. И это какая-то такая сахарная благость. Вот пробежал толстый ребенок, которому это нафиг не надо, но его привели родители. Или вот прошла парочка на свидании. Или вот воннабай эстеты, молодые и интеллектуальные. Все такое вот возвышенное, пир искусства.
И это все хорошо, безусловно. Но преследует какое-то потребительское чувство, что ли...
Короче, я долго думал что сказать. И скажу так. Мне все понравилось. И я получил огромное эстетическое удовольствие. Я ходил и охал от каждого имени что знал, практически от каждой работы. Даже каталог купил полистать. Потрясающе, потрясающе, восторг. Но. В целом, я поймал себя на мысли: в красивом и дорогом Мраморном дворце красиво расставлены дорогие работы успешных художников из ключевых галерей города, которые проданы или будут проданы в музеи и частные коллекции. И это какая-то такая сахарная благость. Вот пробежал толстый ребенок, которому это нафиг не надо, но его привели родители. Или вот прошла парочка на свидании. Или вот воннабай эстеты, молодые и интеллектуальные. Все такое вот возвышенное, пир искусства.
И это все хорошо, безусловно. Но преследует какое-то потребительское чувство, что ли...