Жена губернатора Кузбасса Анна Евгеньевна Цивилева — двоюродная племянница президента, сообщило вчера издание «Агентство», ранее известное как нежелательная организация «Проект». Днем увидел анонс, охренел (в том, что это правда так, вообще не сомневаюсь), а потом открыл вечером текст и охренел еще сильнее. Никто не думал, что Цивилева по батюшке Путина, потому что та «защищалась» фамилией первого супруга — Логинова. Хочется отметить, что в Иваново, насколько мне известно, родных у меня нет, а также как же заколебал уже этот откровенный феодализм.

https://www.agents.media/anna-tsivileva/

Многие песни я знаю наизусть ЗАЧЕМ-ТО: то есть сам понимаю, что это выглядит странно, но разбудите меня ночью и спросите, как начиналась финальная песня Сборной Питера на фестивале КВН в Сочи в 1999 году, и в моей голове сразу — щёлк! — запоет Сергей Германов: «Горы нам по плечо, море нам до колен, а я маленький да ниже стремени». У питерцев всегда песни были крутыми, а КАК они на этой сцене танцуют — как такое забыть? Посмотрел сейчас прошлогоднее выступление на 60-летии КВН: почти всем за 45, все офигительные, Германов на Эрнста уже не похож, но по-прежнему отлично поет. «Спасибо вам, Александр Васильевич, за нашу молодость» — вот уж правда, спасибо вам.

Впервые сыграл в настоящие «Подземелья и драконы» — до этого знал про них только по «Очень странным делам» и «Сообществу» (и еще был мультсериал, но его я не смотрел) и считал их чем-то занудным и совсем гиковским. Спасибо «Подземельям Чикен Карри», что убедили: даже настольная ролевая игра может увлекать сильнее всякого экшена, если играешь с хорошими людьми.

И еще чуть-чуть про Мерил Стрип: смотрите какой чудесный коллаж-постер с главными кинообразами актрисы сделал художник Джон Руни.

Остальные его киноработы тут:

http://johnrooneyillustration.com/the-films-of/

Личный фотограф Ельцина Донской: В чеченской деревне забрался на танк. Взял мощный объектив, наставил на Дедушку. Тот разговаривает с солдатами. Замечаю — у Деда здоровенный комар сидит на лице. Аж задница трясется, так кровь пьет. Дед не реагирует. Когда ж, думаю, хлопнет по нему? Тут тень пошла от руки — я сразу жму!
- А эффект — Ельцин страдает, выводя войска. Лицо прикрыл ладонью.
- В том-то и дело. Главное, изначально на этот снимок не ставил. Казалось — ничего особенного. Сережа Гунеев увидел, схватился за голову: «Ты что, дурак? Немедленно на конкурс!» Я отмахнулся: «Да ну...» Так он сам вырезал, оформил, отослал. Принес мне медаль и 11 тысяч долларов.

«Не может быть!» — повторял я на протяжении всей работы над этой историей, не веря, что за 10 лет никто из российских журналистов (включая меня самого и редакции, которые я возглавлял) не ответил на такой логичный и простой (как теперь понятно) вопрос — откуда взялись господа Цивилевы.

https://republic.ru/posts/102909

Моя родина началась с тех пор, как я понял, что президент Горбачёв для меня просто ньюсмейкер. Не начальник никакой, не генсек — а ньюсмейкер. И тогда я понял, что я могу в этой стране жить и мне будет хорошо. А после того как в Кремль пришёл нынешний человек, и пришёл, к сожалению, не без моего участия, я понял, что он не ньюсмейкер, он начальник.

https://sobesednik.ru/obshchestvo/20220121-andrei-vasilev-esli-by-misu-efremova-n

Со мной в фейсбуке, читая наш блог, познакомился итальянец. Они с другом купили «Ниву» и приехали на ней из Италии в Магадан. Ну то есть вообще сумасшествие какое-то. Но их не лагерная история интересовала, а природа. Они в Италии работают лесниками и Магаданом остались жутко довольны. Правда, тут у них «Нива» сломалась, и пришлось оформлять много документов, потому что въехали на «Ниве», на ней и должны выехать. Насколько знаю, машину они утилизировали. Один вернулся в Италию, другой поехал дальше, запланировав кругосветное путешествие. Ну а правда, что ему? Большую часть пути проехал, грех не проехать остаток.

https://tayga.info/118463

В ноябре 2014 года провел четыре дня в Магаданской области в рамках проекта #ПризрачнаяКолыма. Фантастические пейзажи и Магадан — самый восточный город из тех, где я был, — потом еще долго снились. Надеюсь когда-нибудь побывать там снова.

Осознал вдруг. Впервые в Иркутске я оказался в 2013 году, а в 2015 году был там последний раз. Всё это были пресс-туры и командировки, все прекрасно помню (после крайней поездки к тому же у меня случился недолгий, но интенсивный роман), только не задумывался ни разу, что все иркутские трипы выпали на 2013-2015 годы. Что я там ни до этого не был, ни после. Каждый трип был настолько насыщенным, а Иркутск — таким запоминающимся, что мне до сих пор казалось, что я бывал в нем чаще и дольше.

Канский фестиваль свое 20-летие отмечает не в Канске, а в Красноярске. В Доме кино три дня будет интересно, но мне в летний Канск все равно хочется больше.

Не смотрел ни одной серии сериала «Оранжевый — хит сезона» и охотно верю, что он классный, только книжку, которая лежит в его основе, читал с августа и дочитал с трудом. Все время казалось, что Пайпер Керман каждый день думала «Вот выйду на свободу и напишу скучную автобиографию, как делают все американцы, оказавшись в интересной ситуации». (На самом деле жизнь в тюрьме Пайпер восстанавливала по своим письмам знакомым и родным.) Главное, что меня тормозило, — это очевидный контраст с тем, что творится в наших колониях. У Керман была возможность сравнить тюрьму Данбери с другими, в интервью она не отрицает, что просто фокусировалась на положительных моментах, чтобы не сойти с ума, а так-то тюрьма ужасна, систему нужно менять. Но все равно, учитывая новости про швабры и другие ужасы российского ФСИН, трудно читать книжку, в которой жизнь за решеткой не кажется настоящим адом, а судебная система — пусть хроменькая, но все-таки есть. После женской тюрьмы в Уфе или Можайске вряд ли вышла бы такая же светлая книга.

Все заключенные федеральных тюрем обязаны посетить несколько учебных занятий перед возвращением в общество. Это было вполне логично. Многие женщины в Данбери проводили в тюрьме не один год, а это не только накладывало на них отпечаток институциональности, но и способствовало их инфантильности. Было глупо полагать, что по возвращении из тюрьмы они сразу смогут перестроиться и спокойно продолжить жизнь на воле.

Мне было любопытно, что нам сообщат на этих занятиях. Первым в моем списке оказалось занятие о здоровье. В назначенное время я пришла в комнату свиданий, где были расставлены стулья для двадцати женщин. Занятие проводил надзиратель, работающий в тюремном пищеблоке. Я наклонилась к Шине, сидевшей рядом со мной, и спросила, почему ведет именно он.

— Он играл в бейсбол на профессиональном уровне, — ответила она, хотя такое объяснение показалось мне несколько странным.

— Но почему занятия ведет надзиратель из Данбери? И даже не сотрудник медчасти? — Шина закатила глаза. — Неужели все занятия ведет тюремный персонал? Они ведь не работают на воле, с бывшими преступниками. Они всегда здесь. Что они знают о возвращении в общество?

— Пайпс, ты напрасно ищешь здесь логику.

Парень из пищеблока оказался милым и забавным и очень нам понравился. Он рассказал, что важно правильно питаться, заниматься спортом и считать свое тело храмом. Но он не объяснил, как получить медицинскую помощь, которые могут позволить себе бедняки. Он не сказал, как будут оказываться услуги по охране репродуктивного здоровья. Он не порекомендовал никаких вариантов психиатрической помощи, хотя некоторым из присутствующих она явно была необходима. Он не упомянул, куда обращаться людям, которые порой десятилетиями страдали от зависимости, когда на воле их снова начнут преследовать старые демоны.

Темой другого занятия было «позитивное отношение к жизни» — об этом рассказывала бывшая секретарша начальника тюрьмы. Она смотрела на всех свысока и очень нам не понравилась. В своей лекции она подробно описала, как пыталась похудеть, чтобы влезть в красивое платье к празднику. К несчастью, сбросить вес ей не удалось, но на вечеринке она все равно повеселилась, потому что не теряла позитива. Не веря своим ушам, я оглядела собравшихся. Среди них были женщины, лишенные родительских прав, которым предстояло бороться за воссоединение с детьми; женщины, которым некуда было податься, в связи с чем из тюрьмы они отправлялись прямиком в приют для бездомных; женщины, которые никогда не имели дела с традиционной экономикой и должны были найти приличную работу, чтобы не вернуться за решетку. Передо мной не стояла ни одна из этих проблем — мне в жизни повезло гораздо больше, чем большинству моих соседок по Данбери, но банальность этих занятий меня оскорбляла. Следующую встречу вела суровая немецкая монахиня, которая заведовала тюремной часовней. Лекция оказалась настолько туманной, что я ничего из нее не запомнила, но речь в ней шла о «личностном росте».

Дальше нам предстояло услышать о жилье. Жилье, трудоустройство, здоровье, семья — все эти факторы определяли, сумеет ли освобожденный арестант стать законопослушным гражданином. Я знала ведущего этого занятия по строительной службе — он был вполне ничего. Он говорил о том, что нам и так было известно — об инсоляции, алюминиевом сайдинге и лучших типах кровли. Он рассказывал и об интерьерах. Мне так надоел этот фарс, который Бюро тюрем называло официальной программой подготовки к возвращению на свободу, что я просто закрыла глаза и стала ждать окончания встречи.

Тут одна из женщин подняла руку:

— Э-э, мистер Грин, все это очень интересно, но мне нужно снять квартиру. Может, вы расскажете, как ее найти? Есть ли какие-нибудь программы, по которым мы можем получить доступное жилье, и все такое? Мне сказали, что придется идти в приют для бездомных…

Вопрос не рассердил надзирателя, но заставил его задуматься.

— Знаете, мне мало что об этом известно. Лучше всего искать квартиру по объявлениям в газетах или на интернет-сайтах.

Мне оставалось лишь гадать, какой бюджет Бюро тюрем выделяет на возвращение заключенных в общество.

Многие впервые узнали о «Сандэнсе» из-за «Навального», а мне он давно интересен: слежу за тем, кто там побеждает, и завидую тем, кто туда ездит. Хотя сейчас-то, увы, никто никуда не ездит.

моя подруга может улететь.
в любой момент мотнуть к аэропорту
и первым самолётом сделать вжух,
заранее прикинув направленье,
не выйдет так — угонит самолёт.

мой друг собрал тревожный чемодан
на случай предсказуемого «если».
у друга есть заманчивые визы
и свин морской, свистящий и мохнатый,
который влезет, если что, в рукав.

мой брат по мыслям платит пятый штраф
за то, что смеет говорить открыто,
за то, что вышел с теми, кто пытался
реальность изменить хотя бы как-то.
его посадят в следующий раз.

моя сестра по крови греет ужин
себе и мужу, неплохому парню,
который учит java и английский.
они хотят успеть продать квартиру,
родителям пока не говорят.

моя коллега, девочка со скрипкой,
чьей мощи позавидуют атланты,
вчера почти белела от бессилья,
случайно ткнув на новости по ссылке.
она играет музыку такую,
что некогда бывает оглядеться,
но есть ещё вакансия в оркестр
в варшаве. и в софии тоже есть.

моя давно затыканная совесть
сидит одна заполночь в тесной кухне,
перебирает буковки в фэйсбуке,
кивает, осторожно ставит лайки,
пока я подвожу бюджет за месяц,
заказываю папины лекарства,
кошачий корм и акварель для дочки.
мы с совестью как два пьеро нелепых
глядим в огонь у очага чужого
и видим в нём большие самолёты,
в чернильное взлетающие небо,
сестру и брата, друга и подругу,
морскую свинку в тесном рукаве...

любовь и страх вращаются по кругу
в моей остекленевшей голове.

Алина Трубицина

Когда фура идет, она настолько тяжелая, что не может резко затормозить, как обычная легковушка. И я бы хотела, чтобы «Рана» ехала как фура.

https://www.forbes.ru/forbes-woman/453843-zalecit-ranu-kak-oksana-vasakina-napisala-roman-o-poezdke-v-sibir-s-prahom-materi

В интернеты официально выложили великий альбом Tricky: два года назад Надежда Грицкевич говорила, что это произойдет «в скором времени», вот время наконец и наступило.

Слушаю четвертый, кажется, день на повторе, удивляюсь, что 2010 год уже так далеко, а группа moremoney звучит всё так же потрясно. Я «Наадю», честно говоря, не очень, а от «Tricky» до сих пор кайфую. Голос поющей на английском вокалистки воспринимается как еще один инструмент — или сэмпл, учитывая, сколько там сэмплов.

«Когда ты поешь на чужом языке, — говорила Грицкевич в том интервью в 2019-м, — ты можешь абстрагироваться от себя и от того, каким человеком ты являешься. Это отстранение работает хорошо на момент написания, но не на момент исполнения, потому что я не чувствую себя приближенной к этим текстам. Я далеко от этого героя нахожусь. Поэтому я до сих пор не понимаю, как можно петь на английском. Я уже избалована близостью к лирическому герою».

Ах, Надежда, всем бы нашим так офигительно петь на английском, как это когда-то делали вы.

Гринвошинг, говорили они

Проблема не в том, чтобы найти какого-нибудь психа с многотомником, а в том, как придумать способ рассказа про него. <...> Нужно придумать язык — и свой трюк для того, чтобы утащить материал у героя, превратить его имущество в ваше.

https://gorky.media/fragments/chelovek-bez-svojstv-kakoj-mozhet-byt-avto-biografiya-segodnya/

Биографию Проханова я так у Данилкина и не прочитал, но его «Пантократор солнечных пылинок» и «Юрий Гагарин» точно были бы в моем списке лучших русских книг XXI века.

Умер Юрий Владимирович Манн. Великий.