Этот портрет меня нешуточно зачаровал. Первая ассоциация - увлечение алхимией и оккультизмом императора Рудольфа II, но здесь расстояние почти в век. Поиск дал только скудные подписи на Пинтересте, разве что появился год - 1705. Оставалось самое интересное - Википедия. Русская - ничего, английская - картинок больше, но все равно той самой нет. Немецкая - увы, да и текст остается полной загадкой. Тогда в ход пошла другая стратегия - ссылки на внешние ресурсы. Парочка непонятных сайтов - и бинго! Сайт дворцов и парков земли Баден-Вюртемберг, дворец Фаворит в Раштатте. И в экспозиции находим нечто "the costume portraits". Оно!
#costumesorrows
#costumesorrows
Forwarded from Парнасский пересмешник
Сибилла Саксен-Лауэнбургская (1675-1733), маркграфиня Баден-Бадена, в маскарадном платье колдуньи. Не знаю, действительно ли к наряду прилагались огнедышащие аспиды - наверное, просто не нашлось огненных саламандр. На этом портрете Сибилла собрала разные приметы ведьмовства: астрология, колдовские предметы, земноводные фамильяры, нечесанные космы и конечно прутик - естественно, признак лозоходства, самой доступной и наглядной ‘магии’. Единственной загадкой остается, как этот образ сочетается с тем, что в миру она была не только заботливой матерью, но и чрезвычайно набожной католичкой
Небольшое отступление - о самом дворце. Он был построен в 1710-30-х годах для уже вдовы маркграфини Франциски Сибиллы Августы (это её полное имя) в соответствии с модой эпохи барокко. Дворец предназначался для увеселений и развлечений - был этакой прелестной и дорогой сердцу шкатулкой для сентиментальной немолодой маркграфини (это мои домыслы, если что!). Что-то вроде Малого Трианона Марии-Антуанетты, только пышный и праздничный. Дворец Фаворит в Раштатте считается первым немецким «фарфоровым дворцом», отдающим дань моде на псевдокитайский стиль (т.н. "шинуазри", Китайский дворец в Ораниенбауме из той же оперы), и возведённым для размещения богатейшей коллекции китайского фарфора и предметов с росписью по чёрному лаку (так говорит Википедия, а здесь ее уважают).
Немного интерьеров - вот спальня маркграфини Сибиллы Августы, к примеру. Богемское стекло, китайский шелк, итальянская парча и сложнейшая выставка. Это 'state bed', то есть церемониальная, не использовавшаяся для сна вообще. Зато красиво!
Флорентийский кабинет так назван по его декору: панели pietra dura (аппликации из пластин разных сортов мрамора и полудрагоценных камней) выполнялись на предприятии герцога Тосканского Козимо III Медичи во Флоренции (Медичи везде, абсолютно верно)
Подходим еще ближе к изначальному предмету разговора - маскарадному портрету. Зеркальный зал - своего рода кабинет редкостей - в этом случае хранит китайский фарфор, который эффектно отражается в зеркалах, рассеивающих свет от канделябров.
В пространстве между зеркалами на стенах Зеркального зала находятся небольшие изображения семьи маркграфини в маскарадных костюмах. В барочную эпоху это был один из популярнейших видов развлечений, позволявший примерить самые невероятные и диковинные для европейского двора образы. Предположительно, эти портреты были написаны Людвигом Ивенетом (Ludwig Ivenet) еще при жизни маркграфа Людвига Вильгельма, до 1707 года. Некоторые из изображенных костюмов, вероятно, существовали на самом деле, другие были фантазией художника.
То есть ответ на вопрос о парадоксальности костюма Сибиллы на первом портрете таков: самые экстравагантные и парадоксальные наряды были частью маскарадной культуры барокко и не бросали тень на христианское благочестие маркграфини. Напротив, наряжались обычно в максимально далекие своему статусу образы, противопоставляя их себе еще больше.
Слева направо: маркграфиня в костюме вакханки, садовницы, рабыни; сын маркграфов в образе "мавра"; маркграф костюме турка. Гуашь, пергаментная бумага.
То есть ответ на вопрос о парадоксальности костюма Сибиллы на первом портрете таков: самые экстравагантные и парадоксальные наряды были частью маскарадной культуры барокко и не бросали тень на христианское благочестие маркграфини. Напротив, наряжались обычно в максимально далекие своему статусу образы, противопоставляя их себе еще больше.
Слева направо: маркграфиня в костюме вакханки, садовницы, рабыни; сын маркграфов в образе "мавра"; маркграф костюме турка. Гуашь, пергаментная бумага.
Последняя небольшая ремарка: на самом первом портрете Сибилла Саксен-Лауэнбургская изображена скорее в образе алхимика, мага, чем ведьмы. В пользу этого говорит как подпись ('as magician'), так и символы алхимических элементов на платье (они частично пересекаются с астрологическими). А прическа всего лишь по моде барокко :)
Теперь точно последняя ремарка: окончательно сформулировала позицию относительно маскарадных костюмов - это экзотизация Другого, сведение его культурной ценности исключительно к декоративности. И потому не несущая никакого нежелательного контекста для матери семейства и католички.
А портреты, написанные до смерти маркграфа и до постройки дворца, были перенесены в увеселительное убежище и идеально вписались в "экзотическую" обстановку китайского фарфора. Ведь шинуазри это и есть та самая зловещая экзотизация.
A Meissen gold-mounted snuff box, circa 1735-40
А портреты, написанные до смерти маркграфа и до постройки дворца, были перенесены в увеселительное убежище и идеально вписались в "экзотическую" обстановку китайского фарфора. Ведь шинуазри это и есть та самая зловещая экзотизация.
A Meissen gold-mounted snuff box, circa 1735-40