В делах о взыскании неосновательного обогащения, связанного с авансированием исполнения обязательств по договору подряда (оказания услуг), судам следует учитывать, что само по себе расторжение договора в одностороннем порядке до наступления срока окончательного исполнения обязательств не исключает обязанности заказчика оплатить фактически выполненные и переданные работы, если их наличие подтверждается доказательствами со стороны исполнителя.

При этом обязанность доказывания как отсутствия встречного предоставления (со стороны заказчика), так и его наличия (со стороны исполнителя), распределяется: заказчик должен обосновать факт неисполнения обязательств по объему, оплаченному авансом, а исполнитель — предоставить доказательства выполнения и передачи результата, в том числе косвенные, свидетельствующие об использовании этого результата заказчиком при исполнении смежных обязательств (например, в рамках государственного контракта).

Суды апелляционной инстанции не вправе отклонять новые доказательства, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, лишь на основании их несвоевременного представления, если такие доказательства объективно могли повлиять на выводы суда первой инстанции и их принятие не нарушает принцип состязательности.

В случаях, когда исполнитель утверждает о частичном исполнении обязательств, а заказчик не опровергает этот довод и не представляет доказательств самостоятельного исполнения или перепоручения соответствующих работ третьим лицам, суд обязан всесторонне исследовать обстоятельства, включая оценку косвенных фактов (например, факт принятия и оплаты аналогичного результата по смежному контракту), что необходимо для установления реального объема встречного предоставления и исключения необоснованного взыскания аванса в полном размере.

Имущество, приобретённое супругом должника в период брака, но после введения процедуры реализации имущества в деле о банкротстве, не подлежит включению в конкурсную массу, если доказано, что оно было получено за счёт личных (не семейных) средств — в частности, по безвозмездным сделкам, таким как дарение, и не использовало доходы должника или совместный бюджет.

Наличие кредитного обязательства само по себе не влечёт возникновения совместной собственности, если платежи по кредиту осуществлялись не за счёт общих средств супругов и не привели к увеличению долговой нагрузки должника.

При оценке возможности исключения имущества из конкурсной массы суд учитывает не формальный момент приобретения (в браке или нет), а экономическое содержание операции: источник финансирования, отсутствие сокрытия активов должником, а также фактическую невозможность влияния на удовлетворение требований кредиторов — особенно если кредиторы не заявляли требований по данному обязательству и не оспаривали его как совместное.

Если акционер общества, в отношении которого заявлено требование об исключении из числа участников в связи с совершением им действий, ущемляющих интересы общества или других акционеров, утрачивает статус участника в ходе судебного разбирательства посредством отчуждения акций — и при этом это отчуждение имеет признаки мнимости или злоупотребления правом (например, совершается в период спора, в пользу аффилированного лица и в целях уклонения от возможных последствий удовлетворения иска), — суд не вправе ограничиваться констатацией потери статуса участника и отказывать в удовлетворении иска без рассмотрения доводов о недействительности такой сделки.

Особенно если заявитель не участвовал в ранее рассмотренном деле, на решения по которому суд ссылается, и потому эти обстоятельства не имеют для него преюдициального значения.

Судебная инстанция обязана оценить наличие признаков злоупотребления правом, мнимости сделки и нарушения добросовестного поведения, а также проверить, не препятствует ли отчуждение акций реализации прав истца на защиту своих законных интересов. Отказ в рассмотрении подобных доводов и игнорирование возможной ничтожности сделки влечёт нарушение норм материального и процессуального права.

При разрешении вопроса о прекращении производства по делу о банкротстве вследствие отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов, суд обязан не только констатировать отсутствие имущества у должника, но и всесторонне оценить реальную вероятность пополнения конкурсной массы — в том числе за счёт реституции по оспариваемым сделкам и привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

При этом оценка перспективы должна основываться не на формальном факте нахождения споров в производстве, а на анализе финансового состояния ответчиков по таким спорам, длительности судебного разбирательства, наличия/отсутствия имущества, а также обоснованности доводов о маловероятности исполнения реституционных требований даже в случае их удовлетворения.

Суд не вправе возлагать на заявителя заявления о прекращении производства (например, уполномоченный орган, отказавшийся от финансирования) бремя опровержения предположений о возможных источниках финансирования; напротив, лица, утверждающие наличие таких источников, обязаны представить убедительные доказательства их реальности.

Прекращение производства не лишает кредиторов возможности продолжить рассмотрение заявления о субсидиарной ответственности, поскольку такое заявление защищает интересы всего сообщества кредиторов и может быть поддержано любым из них независимо от статуса конкурсного управляющего.

Наличие у арендатора — субъекта малого или среднего предпринимательства — задолженности по неустойке (штрафам, пеням), даже если взыскание такой неустойки впоследствии признано невозможным по процессуальным основаниям (например, в связи с истечением срока исковой давности, мораторием или произведенной оплатой части суммы), не исключает проверки добросовестности исполнения им обязательств по договору аренды на момент обращения с заявлением о реализации преимущественного права на выкуп.

Условие отсутствия задолженности по арендной плате и неустойкам, предусмотренное законом, подлежит оценке не формально, а с учетом фактического поведения арендатора — в частности, своевременности внесения платежей и наличия просрочек, породивших начисление санкций.

Судебные инстанции при рассмотрении дела об оспаривании отказа в реализации преимущественного права обязаны исследовать все обстоятельства, свидетельствующие о наличии или отсутствии такой задолженности на дату подачи заявления, включая причины её возникновения и действия сторон по её урегулированию.

Вывод о законности или незаконности отказа, сделанный без всесторонней проверки этих обстоятельств, считается преждевременным и подлежит пересмотру, поскольку нарушает баланс публичного интереса в обеспечении условий для честной конкуренции и защиты прав добросовестных участников приватизационных процедур.

В делах о взыскании стоимости дополнительных работ по государственному контракту на строительство, если работы выполнены без заключения дополнительного соглашения, предусматривающего изменение объёма и цены контракта, требование подрядчика может быть признано необоснованным, даже при наличии подписанных заказчиком актов выполненных работ.

Обязанность заказчика по оплате дополнительных работ возникает лишь при соблюдении установленной законом и контрактом процедуры их согласования — включая своевременное уведомление, получение согласия и оформление изменений в письменной форме (в том числе путём заключения дополнительного соглашения), поскольку иное нарушает принцип твёрдости цены государственного контракта.

При этом срок исковой давности по таким требованиям начинает течь с момента, когда заказчик отказался принять дополнительные работы или уклонился от подписания актов, но не позднее даты, когда подрядчик впервые предъявил требование с приложением документов (форм КС‑2/КС‑3) — при условии, что факт и время надлежащего направления и получения претензии подтверждены надлежащими доказательствами.

Непроверка судом этих обстоятельств, включая хронологию претензионной переписки и наличие обоснованного отказа в приёмке, влечёт нарушение правил распределения бремени доказывания.

В случаях, когда собственник объектов незавершённого строительства обращается с требованием о предоставлении земельного участка в аренду без торгов на новый срок, необходимо учитывать, что исключительное право на такое предоставление возникает только при соблюдении специальных условий, установленных земельным законодательством: в частности, участок должен был быть изначально предоставлен без торгов для завершения строительства конкретного объекта, а заявление — подано до истечения срока предыдущего договора аренды, при отсутствии судебных решений об изъятии объекта.

Предоставление участка на основании принадлежности объектов недвижимости не применяется к незавершённым строительством объектам, поскольку они не могут использоваться по назначению до ввода в эксплуатацию.

Кроме того, при определении необходимой площади участка суд должен проверять не только совокупную площадь застройки, но и функциональную целостность размещённых объектов как имущественного комплекса, а также соразмерность заявленной площади площади и назначению расположенных на ней объектов.

Учёт некапитальных сооружений, размещённых движимых объектов (например, растворобетонных узлов, теплиц, складов) как основания для включения значительных неиспользуемых территорий в состав испрашиваемого участка недопустим без доказательства их технологической или конструктивной связи с объектами недвижимости.

Наличие на участке водных объектов или расположение его в границах зон с особыми условиями использования требует отдельной правовой оценки в части ограничений оборотоспособности земли.

В случаях, когда после прекращения договора субаренды отсутствует акт возврата имущества, но также отсутствуют достоверные доказательства фактического продолжения пользования участком (в том числе посредством третьего лица), требование о взыскании платы за период после прекращения договора не может быть удовлетворено на основании презумпции — необходимо установить и доказать конкретные факты хозяйственного использования, лишавшие правообладателя возможности распоряжаться имуществом по своему усмотрению.

Применение норм о неосновательном обогащении или солидарной ответственности в таких обстоятельствах допустимо лишь при наличии четких оснований в законе или договоре, а также при доказанности совместного или делегированного фактического пользования имуществом.

Если плательщик в назначении платежа однозначно указал его характер (например, «добровольное пожертвование»), а изменение указанного назначения предпринято односторонне и по прошествии значительного времени, без согласия получателя и без надлежащего оформления, такие платежи не могут быть переквалифицированы в исполнение денежного обязательства по договору — право на определение назначения платежа принадлежит должнику, и последующая попытка его пересмотра без согласия контрагента нарушает принцип добросовестности и может расцениваться как злоупотребление правом.