В случаях привлечения бывшего единоличного исполнительного органа юридического лица к ответственности за возмещение убытков, связанных с неисполнением публично-правовых обязанностей (в частности, уплатой налогов), необходимо разграничивать периоды, в течение которых ответчик фактически осуществлял руководство и имел реальную возможность повлиять на исполнение таких обязанностей.

Начисленные за пределами этого срока суммы (например, пени, штрафы) не могут быть взысканы с бывшего руководителя, поскольку отсутствует причинно-следственная связь между его действиями (или бездействием) и наступившими негативными последствиями.

Таким образом, при определении размера подлежащих взысканию убытков суд обязан проверить не только факт привлечения юридического лица к ответственности, но и корректность расчёта убытков с учётом временных рамок полномочий руководителя.

Отказ от такой проверки влечёт неполное выяснение обстоятельств, имеющих существенное значение для разрешения спора, и препятствует установлению обоснованного размера ответственности лица, осуществлявшего управление.

При наличии договорной гарантии качества результата работ бремя доказывания отсутствия вины в возникновении дефектов, выявленных в пределах гарантийного срока, лежит на подрядчике (субподрядчике).

Заказчик (генподрядчик), в свою очередь, обязан доказать лишь факт выявления недостатков, извещения подрядчика и его уклонения от устранения дефектов. Фиксация недостатков в порядке, согласованном сторонами (в т.ч. с участием представителя подрядчика), даже при наличии в акте отметки «особое мнение» без конкретных возражений или доказательств невозможности выявления дефектов, не нарушает процедуру и не лишает акт доказательственной силы.

При определении размера подлежащих взысканию убытков суд обязан проверять не только факт их возникновения, но и обоснованность включения в них сумм НДС.

Если налогоплательщик имеет право на вычет таких сумм в соответствии с налоговым законодательством, они не могут быть включены в состав убытков как реальный ущерб — иначе возникает необоснованное обогащение. Тот, кто требует возмещения, должен доказать, что НДС действительно образует его некомпенсируемую потерю.

Обязательства арендатора по внесению платы и обеспечению сохранности имущества прекращаются с момента, когда наступает объективная невозможность пользования имуществом по обстоятельствам, за которые он не отвечает, при условии надлежащего уведомления об этом арендодателя.

Добровольное продолжение арендных платежей после утраты возможности пользования имуществом не свидетельствует автоматически о намерении сохранить обязательства — если платежи были сделаны под угрозой одностороннего отказа арендодателя от договора и возникновения для арендатора существенных имущественных последствий, такие платежи могут рассматриваться как вынужденные и не препятствуют требованию о возврате неосновательного обогащения.

Факт заключения сторонами соглашения об отсутствии претензий по прошлым периодам не исключает возможности требования возврата платежей за последующие периоды, если на момент заключения соглашения такие платежи ещё не были уплачены и соответствующие обстоятельства (утрата имущества, невозможность пользования) сохранялись.

Прекращение обязательства арендатора в таких случаях носит автоматический характер и не требует отдельного заявления об отказе от исполнения, поскольку вытекает из синаллагматической природы договора аренды и положений о невозможности исполнения.

При рассмотрении требований о признании сделок недействительными в деле о банкротстве по признакам подозрительности, суд должен не только установить наличие формальных оснований недействительности (период подозрительности, безвозмездность, заинтересованность сторон, ущерб конкурсной массе), но и обеспечить применение последствий недействительности — в первую очередь в виде возврата имущества, а при невозможности реституции — в виде возмещения его действительной стоимости.

Отказ от применения последствий недействительности на основании формального прекращения права (например, аннулирования лицензий) без оценки возможности денежного возмещения противоречит целям банкротства и ведёт к необоснованному обогащению получателей активов.

Если право на имущественный объект (в т.ч. нематериальный актив, такой как лицензия) утрачено по объективным основаниям, исключающим реституцию, суд обязан исследовать вопрос о взыскании в конкурсную массу денежного эквивалента стоимости актива на момент отчуждения — в том числе с учётом заключений экспертов и иных доказательств, уже имеющихся в деле.

Возможность и обоснованность такого возмещения не зависит от наличия или отсутствия у должника текущей способности использовать актив — ключевое значение имеет сохранение имущественной основы конкурсной массы в интересах кредиторов.

Когда третье лицо, не являющееся стороной сделки, заявляет требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки, суд обязан установить наличие у такого лица материально-правового интереса, защита которого возможна исключительно посредством признания сделки недействительной — при условии отсутствия иных предусмотренных законом способов защиты.

В спорах, связанных с приватизацией земельных участков и оспариванием права на их часть в связи с эксплуатацией смежного объекта недвижимости, избранный истцом способ защиты должен соответствовать фактически оспариваемому объёму прав: если спор касается лишь границы или части земельного участка, применение последствий недействительности всей сделки (в частности — полной двусторонней реституции) признаётся неправомерным, поскольку не устраняет правовую неопределённость и не ведёт к восстановлению нарушенного права.

В таких случаях суду надлежит в первую очередь установить:
(1) площадь участка, объективно необходимую для эксплуатации принадлежащего истцу объекта недвижимости;
(2) возможность формирования требуемой площади за счёт незанятых или делимых земель;
(3) признаки недвижимости у объекта, в связи с которым участок был передан без торгов.

Только при неделимости участка и совпадении требуемой площади с территорией, занятой спорным объектом, вопрос о его статусе становится юридически значимым для оценки законности приватизации — иначе спор подлежит разрешению в рамках исков об установлении границ либо о признании права общей долевой собственности.

Если истец, не являющийся стороной оспариваемой сделки, требует признания недействительными отдельных условий договора, суд обязан установить и мотивированно отразить в решении, каким именно образом каждое из оспариваемых условий нарушает публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, либо предусматривает распоряжение имуществом, находящимся под запретом.

Общая констатация злоупотребления правом на уровне сделки в целом без правовой оценки конкретных оспариваемых пунктов не соответствует требованиям закона и влечёт нарушение процессуальных норм о предмете доказывания и мотивированности судебного акта.

При оценке иска лица, не являющегося стороной сделки, суд также обязан выяснить, сохраняется ли у него материально-правовая заинтересованность в признании условий недействительными — в частности, с учётом перехода спорного требования к иным кредиторам.

Признание части сделки недействительной допустимо только при наличии мотивированного вывода о том, что сделка была бы совершена и без включения её недействительной части, и при условии, что такое признание не приведёт к навязыванию сторонам договора, который они не намеревались заключать.

При определении размера денежных обязательств по договору поставки, включая неустойку, основанный на ненадлежащем исполнении обязательства по оплате, суд обязан учитывать фактический объём исполнения поставщиком своих обязательств — в частности, качество и количество принятого покупателем товара.

В случае наличия встречных требований, обусловленных поставкой некачественного или неполного товара, и при отсутствии его последующей замены или допоставки, заявленная поставщиком сумма основного долга подлежит корректировке с учётом стоимости не принятой покупателем части товара.

Соответственно, база для начисления неустойки формируется не от изначально заявленной суммы долга, а от фактически подлежащей оплате — то есть за вычетом стоимости товара, не принятого из-за выявленных недостатков.

При этом требование о применении правил зачёта или сальдирования встречных однородных требований в таких случаях не подлежит удовлетворению, поскольку речь идёт не о встречных исполнениях по одному и тому же обязательству, а о неполном или ненадлежащем исполнении самого первоначального обязательства поставщика, что влечёт пропорциональное сокращение встречного обязательства покупателя по оплате — без необходимости самостоятельного заявления встречного иска или проведения отдельного зачёта.