Мастрид для фанатов сталинских высоток. Подробная история всех девяти, включая Дворец Советов и небоскреб в Зарядье, которые так и не были построены. Советские архитекторы до начала Большого Террора ездили перенимать опыт в США. На 23 этаже строящегося Главного здания МГУ был один из лагерей занятых на объекте зэков. Лиля Брик просила Берию дать ей трешку на Котельнической вместо её «очень хорошей» на Арбате. Американская исследовательница Кэтрин Зубович рассказывает, как придумывались, проектировались и строились высотки, как живших на месте их появления москвичей переселяли из центра на окраины, как желанные квартиры выдавали не высотникам, а элитам, как «эти вертикальные доминанты пейзажа стали новыми средоточиями власти и культуры, а еще в них открыто, зримо для всех проявилась суть социальной иерархии того времени», и как их стали относить к «излишествам» при Хрущеве. Что общего у башни «Меркурий» в «Москва-Сити» и Дворца Советов? Книга «Москва монументальная» удивит ответом и на этот неочевидный вопрос.

В 1938 году, ровно через 10 лет после того, как Алексей Сидоров выпустил фотоальбом с видами Москвы, Генплан Москвы уже был принят, социалистическая реконструкция столицы шла полным ходом, включая работу над ее символическим центром — Дворцом Советов. В тот год Московский горком посвятил ему специальный выпуск журнала «Ответы на вопросы рабочих и колхозников». На вопрос «Что будет представлять собой Дворец Советов и как идет его строительство?» официальные лица давали подробнейший ответ, помогавший любознательным рабочим и колхозникам познакомиться с проектом дворца — от первоначальной идеи его строительства, высказанной еще в 1922 году, до конкурсов, проводившихся в начале 1930-х, и вплоть до происходивших в тот момент работ над будущей высоткой. Но на этом официальный рассказ не заканчивался. Повествование велось то в настоящем, то в будущем времени, журнал описывал дворец в таких ярких деталях, что у читателя, наверное, возникало ощущение, будто он лично там побывал.

Начиналось описание так: «На земном шаре нет здания, которое было бы выше и больше Дворца Советов». Храм Христа Спасителя мог бы целиком поместиться в главном зале дворца, рассказывал журнал, вновь возвращаясь из будущего в настоящее. Посетители приближаются к монументальному зданию по расширенному бульвару внизу, поднимаются по гигантской парадной лестнице и, войдя внутрь, оказываются в колоссальном помещении, вмещающем до 30 тысяч человек. Дворец, в котором 148 лифтов и 62 эскалатора, библиотека, насчитывающая около полумиллиона книг, амфитеатр под куполом, увенчанным стометровой статуей Ленина вместо шпиля, был настоящим чудом.

Масштаб Дворца Советов с его величественным экстерьером и пышным интерьером превосходил все, что москвичи видели когда-либо ранее. Однако о фантастичности монументального сооружения явно говорили некоторые более приземленные подробности. Особенно сюрреалистическим выглядело решение, будто бы найденное для гардероба будущего здания. Как рассказывали авторы «Ответов на вопросы рабочих и колхозников», одна из сложнейших задач, которая встанет перед посетителем Дворца Светов, будет следующая: куда и как повесить пальто тридцатитысячной толпе? Журнал заверял читателя, что умные проектировщики предусмотрели все мелочи:

В первом этаже Дворца будут установлены 2 тысячи камер. В каждой камере — 16 кабин, двигающихся по вертикальному конвейеру. Световая сигнализация укажет посетителю свободную кабину.

Посетитель вешает в кабине одежду, вынимает из ячейки специальный жетон, и кабина по конвейеру поднимается кверху.
Чтобы получить одежду при уходе, достаточно опустить жетон в ту же ячейку. Тотчас придет в движение конвейер, у пункта выдачи остановится определенная кабинка лица, опустившего жетон, и дверь кабины автоматически откроется… Посетитель свободен.

Этот автоматизированный гардероб во Дворце Советов казался почти чистой фантастикой еще и потому, что его появление потребовало бы устранения влиятельной фигуры гардеробщика. Впрочем, эти описания едва ли вызывали большое удивление у читателей «Ответов на вопросы рабочих и колхозников». К концу 1930-х годов советские граждане уже привыкли и к фантастичности всего, о чем рассказывали писатели-соцреалисты, и к пустым обещаниям государственных и партийных деятелей. Несбыточные обещания, касавшиеся дворца, давались уже не раз.

По графику, опубликованному осенью 1931 года, Дворец Советов должен был быть закончен к 1933 году. Согласно календарю строительства, фундамент дворца планировалось заложить зимой 1931/1932 годов, а к февралю 1932-го довести до готовности проект. Как рассказывала в 1931 году газета «Советское искусство», проекты заказаны архитекторам из Америки и двум французским зодчим — Ле Корбюзье и Огюсту Перре. Возведение здания вчерне закончится в 1932 году, отделка интерьера завершится в 1933-м и в конце того же года монументальное здание откроется для посетителей. Работа над Дворцом Советов началась в первую пятилетку — пору излишне громких заявлений и непомерных амбиций. Время показало, что календарь строительства, опубликованный в «Советском искусстве», сулил невозможное.

В рубрике «Пересмотрел» — первый сезон сериала «Террор», экранизация дико модной в свое время книги Дэна Симмонса про печально известную экспедицию сэра Джона Франклина. Останки кораблей «Эребус» и «Террор» были обнаружены только в 2014 и 2016 годах. Свою версию гибели 130 человек Симмонс представил в жанре мистического триллера, натравив на моряков чудовище в виде гигантского белого медведя. Сцены с Туунбаком и ожиданием его нападений — не самое жуткое в сериале, хотя мало где лично я сталкивался с таким саспенсом. Предательства и мятеж, безумие и каннибализм, нелепые смерти и трагические самоубийства ставят «Террор» вровень с эпическими фильмами-катастрофами о конце света. В основных ролях — сплошь британские артисты, просто квиз «Помнишь, кого он играл в Гарри Поттере/Игре престолов/Короне/Чернобыле?». В 2018-м «Террор» меня сильно впечатлил, но второй сезон (уже не по Симмонсу: AMC и продюсер Ридли Скотт захотели делать антологию) о концлагерях для японцев в США я смотреть не стал. Может, оно и к лучшему.

Площадь дышала пылью
памятью лошадиной
автомобильной силой
и отменяла небо
нам она не давалась
мы уходили мимо
мы во дворах играли
делали заподлянки
в пекаря били банки
потом подпирали арки
мы проходимцы улиц
сталкеры долгих строек
с наркокожвендиспансером
шашней мы не водили
шарились по подъездам
да по чужим невестам

поле прости нас поле
мы к тебе не бежали
мы тебя не хватали
будет но будет позже
пухом пока окружит
чтобы горело ясно
чтобы быстрей погасло
там подорожник лечит
там бесконечность клёнов
там если есть пространства
нас они не щадили

рынок похож на море
длинных рядов торговых
мерною суетою
без корабля здесь туго
тянет за руку мама
тут потеряться просто
мало пространства мало
много любви так много
к самому краю эпохи
нас подвезёт титаник

нету для нас больницы
мы не уходим млечным
ждали нас переулки
все же мы жили лучше
всё же мы ели булки.

Площадь дышала ложью.

Михаил Моисеев, фото Семёна Фридлянда

Обнаружен раритет: деревянные кубики с буквами и картинками, благодаря которым в три года я научился читать. Мне их подарила лучшая подруга мамы. Увидев, что я просто играю в них, как простой трехлетний ребенок, она сказала «Так не пойдет» и, чтобы я увидел буквы с картинками и складывал слова, дописала красной ручкой — «аяц», «ожницы», «ерепаха» и так далее. Спустя какое-то время бабушка встретила приехавшую с работы маму криком «Таня, он из кубиков выложил слово “лягушка-путешественница”!» Спасибо тёте Алле, умершей в 1990-х от рака, и ее кубикам (к сожалению, я нашел только три — остальные, видимо, заиграл или Колян, или его брат), что в три года я научился читать, в четыре с половиной написал свою автобиографию (тоже же раритет, надо поискать толстую тетрадку с буквами на четверть страницы), в девять, напомню, уже делал свои газетки, а в 15 пришел в редакцию настоящей газеты — и началось.

Когда ты начинаешь делать на английском ту работу, которую уже научился делать на русском, то сначала чувствуешь восторг путешественника, который попал в новое место, и одновременно ограничение человека с переломанными ногами, который заново учится ходить. Ровно так я чувствовала себя на первых летучках Economist. Но постепенно осознала, что мы не стажеры, а полноценные партнеры. В общем, это вдохновляющий опыт.

https://www.forbes.ru/forbes-woman/493758-glava-libo-libo-lika-kremer-o-tom-pocemu-podkasty-nuzny-daze-v-ocen-sloznoe-vrema

Параноидальное шпионское кино про злых инопланетян, способных перевоплощаться в кого угодно и решивших погубить человечество, подтолкнув Россию с Америкой к Третьей Мировой (покушение на президента США, теракт в центре Москвы, подмена генсека НАТО и т.д.), вышло как нельзя вовремя. В реальности все тоже сходят с ума, так что и «Секретное вторжение» смотрится иной раз как новостной выпуск — те же плюс скруллы. На второго «Капитана Америку» этот сериал в лучшие моменты правда похож, но в то же время возникает ощущение, что лучше бы его тоже сделали фильмом, на шесть серий не растягивая. Хороших сериалов Marvel Studios, увы, меньше, чем скучных, и «Вторжение» хочет быть среди первых, а кренится, кряхтя, ко вторым. Даже Ником Фьюри тут не повосхищаешься, вот до чего КВМ довели, ужас. Эмилия Кларк и Оливия Колман замечательные (особенно Колман!), только из-за них (и сцен в Москве, ладно) мы и запомним «Вторжение». И потому еще, что это первый сериал от Marvel, который мы посмотрели с Колей не рядом, а по дискорду.

«Иногда, правда, Путин говорил что-то интересное. Помню, один раз он сказал Обаме: „Неважно, что вы мне скажете — ничто не убедит меня в том, что США не пытаются меня свергнуть“. Это было такое окошко в его реальную психологию».

https://www.bbc.com/russian/articles/cxrxlwr2q4ro

Ужасно интересно (эффектнейшая концовка, кстати) и очень грустно.

Сакмаров не понимал, почему «Волки и вороны» вошли в альбом «обрезанными», без мощного апокалиптического финала:

Приходили Серафимы
с мироносными женами,
Силы и Престолы из предвечной тиши,
Накладывали руки —
снимали обожженными
И праздновали Пост
и Пасху нашей души.

Судя по всему, про «мироносных жен» Борис Борисович решил в студии не петь. По-человечески это понятно — то, что на концертах пробивало до мурашек, на пленке воспринималось по-иному. Возможно, в этом был определенный смысл.

https://gorky.media/fragments/chto-vsevyshnij-poshlet/

Рейс 1548 в песне «Поздний вечер в Сорренто» — я всегда думал, что он из Италии в Россию. Логично же, до свиданья, Италия, улетает русский мальчик, ждет его ноябрь снежный. Но там другие у всех рейсов цифры, а 1548 — это аэрофлотовский рейс из Москвы в Новосибирск! Рубрика «Наверняка знал, но забыл и заново удивился, прочитав в интернетах».

В романе три десятка имеющих свой голос персонажей (беглые зэки, лисы-оборотни, японские биохимики, китайские бандиты, британские шпионы, менталисты, чекисты, нацисты, оккультисты, красноармейцы, белогвардцейцы, старообрядцы, зомби, призраки; есть даже собаки с обезьянкой — и у них тоже есть свои голоса), и в том, как ловко Анна Старобинец с ними всеми управляется (и почти со всеми расправляется, заметим каламбура ради и спойлеров для), мерещится даже не писательское мастерство, а настоящая магия. В книге несколько сюжетных линий, и ни одна из них не забывается ни Анной, ни нами, все развиваются и получают логичное завершение: терракотовая армия императора Цинь Шихуанди и бомбардировка Нагасаки, мертвая вода и красная киноварь, проклятое золото и урановые рудники, эксперименты на людях и бессмертный даос с тысячью лиц — всё пересекается в деревушке на берегу колдовского озера в Маньчжурии. Магический реализм Старобинец умножился в «Лисьих Бродах» на мифологию Дальнего Востока — потрясающее вышло произведение.

— Что ж ты слово не сдержал, вор?.. — Кронин перевернул Флинта на спину. Неподвижное, отекшее, перекошенное — один глаз совсем заплыл, — лицо его напоминало маску пирата, нашедшего на острове гибель вместо сокровищ…

Маска дернулась. Распухший рот расползся в улыбке, в рваном свете камина блеснула металлическая фикса и осколки зубов. Флинт хихикнул, тут же закашлялся и прокаркал:

— Слово вора — желез…ное. Я так просто… копыта… не кину.

Флинт с трудом уселся на земляном полу и харкнул красным на труп белобрысого лейтенанта.

— Ну ништяк… — он восхищенно оглядел фанзу. — Ты что же, трех мусоров положил?

— Четырех, — бесцветно ответил Кронин, перерезая веревки, туго стягивавшие сухие запястья Флинта.

Флинт кивнул и пошевелил отекшими, лиловыми пальцами.

— Красава!.. Чифирнем, как собирались, Циркач?

Кронин усмехнулся уголком рта, залил в котелок воды из баклажки и поставил на огонь. Флинт хотел было что-то сказать, но поперхнулся словами и кровью и затрясся в приступе кашля.

— А знаешь, Флинт. Может, и правда она придет, эта твоя Хули бздинь.

— Фуфло не гони…. — просипел вор сквозь кашель. — Мне жалость твоя… не нужна…

— А я не гоню. Я ее у озера видел. С двумя хвостами лису.

Флинт выхаркнул алый сгусток и уставился на Кронина единственным глазом — с таким доверчивым, детским ожиданием чуда, что Кронину стало не по себе. Как будто он обманул ребенка. Но ведь он правда видел лису…

Слезящийся глаз вора вдруг резко сощурился, зрачок метнулся на что-то за спиной Кронина.

— Сзади! — одними губами произнес Флинт и схватил ружье.

Кронин кинулся на пол и перекатился к стене, одновременно спуская курок, стреляя не глядя в того, кто стоял за ним.

—————————

Я стреляю в того, кто стоит за мной, но слышен только сухой щелчок: патронов у меня больше нет. Зато патроны остались у того, кто ступил на порог. И у Флинта, который держит ружье.

На пороге — недобитый капитан СМЕРШ. Вокруг дырочки на груди по мундиру расползлось темно-алое. Рот открыт; металлические коронки на месте нижних зубов неуловимо роднят его с Флинтом. Мутный взгляд направлен куда-то внутрь, словно он недоуменно разглядывает содержимое собственной головы. Он стреляет из «вальтера» Флинту в живот. А потом направляет дуло мне в лоб. Выстрел слышится до того, как он спускает курок: это Флинт палит из ружья. Капитан роняет «вальтер». У него больше нет лица. Он стоит несколько секунд, чуть покачиваясь, будто мучительно принимает решение, а потом, обмякнув, рушится на пол. По дверному косяку сползают ошметки его мозгов.

…Я осматриваю рану. Я роюсь в походной аптечке смершевцев. Нахожу флакончик пенициллина, флягу спирта, шприц, бинт. Это все уже бесполезно, вор не жилец, но я говорю ему:

— Потерпи.

Рву зубами бинт. Пытаюсь остановить обильно выхлестывающую из раны теплую кровь.

Он глядит на меня из единственной щелки глаза — будто с насмешкой.

— Не мельтеши, Циркач. Отвлекаешь.

Открывает глаз шире, таращась на что-то у меня за плечом.

– Прав был Венька, братан мой. С тобой нельзя ходить рядом… С тобой рядом смерть ходит

А потом он вдруг говорит:

— Лисьи Броды.

— Что?

— Проклятое место… Лисьи Броды… Километров… тридцать отсюда. Там видел бабу твою. Котлы рыжие… на шее… как твои. Шла… с япошками… Конвой… У япошек там рядом… лагерь. Надо было сразу в Австралию, там нет вертухаев… А тут плохо. Добей, а? Страшно…

Он дышит часто и мелко. Его глаз подергивается мутью, как у больной птицы. Я поднимаю с пола «вальтер» убитого им капитана.

— В Лисьих Бродах — сычи… Там лес… Охотник в лес ходит… В лес не надо, не-ет. Не люди. С хвостами… Бесы и ведьмы… Их жгут… их режут… а они лают. Страшно. Страшно. Добей.

Я направляю на него дуло. Я медлю. Смерть любит приходить в свое время. Смерть нельзя торопить. Тогда напоследок — в бреду, в предсонье — она, возможно, выболтает вам тайну.

Флинт распахивает единственный глаз — удивленный и неожиданно ясный. Из угла рта вытекает тонкая алая струйка. На лице — недоумение, смешанное с детским восторгом:

— Бобер с клювом! На хрена?..

Я стреляю.

16 лет назад у меня вышло интервью с Аркадием Воложем. Сайта «Время денег» не осталось, ссылаться не на что, перепечатывать из журнала (а у меня они, разумеется, сохранились) мне лень, но ответ на один вопрос — единственный о политике — не могу не припомнить. Я спросил, будет ли Яндекс участвовать в предвыборных кампаниях как медиа, и Волож тогда ответил так:

В соответствии с Законом «О предвыборной агитации», если мы размещаем рекламу, мы обязаны, как все размещающие рекламу средства, предоставлять равный доступ всем зарегистрированным в ЦИКе партиям. Выработана специальная процедура, и каждый по закону имеет право на одинаковые условия размещения за одинаковую цену. На сайте вывешен прайс, где все цены расписаны. Проводить интернет-конференции на Яндексе, вроде той, что была летом прошлого года с участием президента, для всех желающих мы не можем. Это как перекрывать Транссиб для гонок грузовиков. У нас ведь сервис для многих миллионов пользователей, поэтому, если иногда устраивать что-нибудь подобное, это событие должно быть действительно значимо и интересно всей нашей аудитории. Очевидно, что президент России представляет интерес для большого количества людей, которым хотелось бы с ним поговорить. А единственный на сегодняшний день оптимальный способ обратной связи – это интернет. В одну сторону – это каждый вечер в программе «Время», а вот в обратную сторону получается редко. И у нас получился такой обратный канал, который потом, кстати, в Администрации Президента анализировали: каждый из сотен тысяч вопросов разошелся по ведомствам и территориям, и на каждый из них обязались ответить. Обратная связь через интернет работает, и нам было крайне интересно в это поиграть.

Крайне интересно поиграли в итоге, Аркадий Юрьевич.