Правительство утвердило правила предоставления субсидий из федерального бюджета для создания киберполигона в рамках федерального проекта «Информационная безопасность» национальной программы «Цифровая экономика».

В 2019-2021 году в Российской Федерации появится как минимум два полноценных киберполигона, где IT-специалисты овладеют практиками обеспечения информационной безопасности и смогут протестировать программное и аппаратное обеспечение путем моделирования компьютерных атак, отрабатывая реакции на них.

Первые киберполигоны будут эмулировать корпоративные сети организаций банковской системы России и энергетического сектора экономики (электрогенерации и распределения электрической энергии).

Также будет создано четыре учебно-практических центра на базе российских вузов.

Всё бы хорошо. И цель благая, и мероприятие очевидно необходимое. Но для чего вводить в заблуждение отрасль и «моделировать» конкурсные процедуры, которые обязано провести Минкомсвязи, чтобы определить оператора создания киберполигонов?

В условия проведения конкурса включено требование о наличии «соглашения о намерения по реализации проектов в области информационных технологий» с Дальневосточным федеральным университетом.

Такой документ есть только у ПАО «Ростелеком», который сообщил об его подписании во Владивостоке 5 сентября в рамках Восточного экономического форума.

Правда тогда сотрудники «Ростелекома» манерничали и рассказывали, что создавать инфраструктуру полигона будут «на собственные средства с привлечением экспертизы дочерней компании «Ростелеком Solar» Игоря Ляпунова, созданной дочерней структурой ООО «Центр хранения данных».

Теперь очевидно, что Минкомсвязи изначально планировало выделить средства именно «Ростелекому», написав соответствующие требования к конкурсу и правила предоставления субсидий.

Вопрос к министру Константину Носкову: «Зачем?». Для чего нужна видимость конкурсных процедур за подписью Дмитрия Медведева, если результат предопределен?

Зачем в мелочах подставлять Майский указ и наращивать сомнения в эффективности расходования средств нацпроекта «Цифровая экономика»?

Почему нельзя без длительных и формальных процедур просто дать деньги «Ростелекому» и поручить ему построить киберполигоны на острове Русский, который, безусловно, нуждается в новых точках роста?

Бурятия, всегда имевшая высокие показатели рождаемости, в 2019 году фиксирует их снижение. Риски недостижения показателей по нацпроекту «Демография» напрямую связаны с пробуксовкой в регионе еще одного нацпроекта – «Жилье и городская среда».

Нам написала заместитель руководителя администрации правительства и главы Республики Бурятия по информационной политике и связям с общественностью Ирина Доржиева.

По ее словам, меры по поддержке семей при рождении детей правительством Алексея Цыденова предпринимаются с июля 2019 года. Внимание! – после вхождения республики в состав Дальневосточного федерального округа. Это может означать, что деньги выделяются не из тех источников, и «Демография» в субъекте попросту не работает.

Это вполне укладывается в данные статистики, изложенные в протоколе заседания подгруппы «Координация контрольно-надзорной деятельности». «Майский указ» уже неоднократно писал о плачевной ситуации с реальным выполнением нацпроектов и отчетными данными региональных проектных офисов, которые имеют все признаки подложных.

И теперь о взаимосвязи нацпроектов, о которой в регионах если и вспоминают, то только в плане жалоб на недостаток финансирования. «Демография» напрямую зависит от условий жизни российских семей, улучшать которые призван нацпроект «Жилье и городская среда». И с ним, как пишет Доржиева, в Бурятии проблема.

Собственно, республика – это лишь один регион из целого ряда, имеющий однотипные с большинством других субъектов проблемы, и печальные показатели которого можно экстраполировать на макроуровень.

К концу года картинка выходит удручающей.

Нетривиальный вопрос встал перед МОО «Майский указ» после прочтения письма из Оренбургской области. В регионе все регпроекты выполняются по графику, рисков нет, а нацпроекты буксуют. Как так?

Исполняющий обязанности первого заместителя руководителя аппарата губернатора и правительства Оренбургской области Нонна Пасечник пишет нам, что «риски недостижения целевых показателей региональных проектов в регионе не зафиксированы».

Письмо направлено 1 октября, а 7 октября в протоколе подгруппы «Координация контрольно-надзорной деятельности» видим иное. Риски недостижения общественно значимых результатов в 2019 году в Оренбургской области следующие:

1. Нацпроект «Демография» – проблемы с яслями.

2. Нацпроект «Здравоохранение» – не будут установлены или заменены ФАПы – на местах проблема с переоснащением оборудования.

3. Нацпроект «Образование» – недостаточно новых мест в образовательных учреждениях региона.

4. Нацпроект «Культура» – объектов культуры на всех сельских жителей в ближайшее время не хватит.

5. Нацпроект «Поддержка МСП» – у местных предпринимателей до сих пор нет доступа к технопаркам.

То, о чем говорил премьер-министр Дмитрий Медведев на вчерашнем заседании, немедленно находит свое подтверждение.

‼️Лишнее подтверждение вчерашних комментариев Дмитрия Медведева о бардаке с исполнительской дисциплиной в федеральных органах власти. Министерства срывают сроки даже по тем поручениям, которые должны «закрываться», что называется, «на автомате».

14 октября проектные офисы должны были представить регулярные отчеты по исполнению контрольных точек национальных и федеральных проектов за III квартал.

Как выяснил @maydecree, даже с этой рутинной задачей ряд ФОИВов в срок не справился.

Из оперативных данных, которыми поделилился источник в аппарате Правительства, худший результат по своевремнной загрузке отчетов — по нацпроекту «Комплексный план модернизации и расширения магистральной инфраструктуры».

Подчиненные министра транспорта Евгения Дитриха к 14 октября сумели доложить лишь по одному из девяти федеральных проектов — по реализации приоритетной задачи «Северный морской путь».

Тот же Минтранс является ответственным за федеральный проект «Логистика международной торговли» нацпроекта главы Минпромторга Дениса Мантурова «Международная кооперация и экспорт». И господин Дитрих — единственный из пяти руководителей федпроектов, кто не представил свой отчет.

По нацпроекту БКАД ситуация лучше. Минтранс сумел предоставить отчеты по всем федпроектам, однако до сих пор не подписал отчетные материалы по направлению «Безопасность дорожного движения», а проект «Автомобильные дороги Минобороны России», по данным проверяющих, не содержит прогнозных значений на IV квартал 2019 года.

Проектным офисом министерства природных ресурсов и экологии Дмитрия Кобылкина по федпроектам «Экологии» представлены всего 5 из 11 отчетов. До сих пор Правительство не получило отчетов по приоритетным направлениям «Чистая вода», «Чистый воздух», «Комплексная система обращения с твердыми коммунальными отходами». Не зря МОО «Майский указ» и наши коллеги из @greenserpent регулярно сигналили о проблемах с их реализацией.

У министра цифрового развития Константина Носкова — проблемы с отчетностью по двум ключевым федпроектам «Цифровой экономики» из шести: «Информационная инфраструктура» и «Информационная безопасность».

В лидерах по предоставлению документов — те, кто и раньше уделял своим приоритетным проектам больше внимания, чем коллеги. Это глава Минтруда Максим Топилин, министр здравоохранения Вероника Скворцова, министр образования Ольга Васильева (куратор всех нацпроектов вице-премьер Татьяна Голикова), глава Минстроя Владимир Якушев (который успевает выполнить поручения в срок, несмотря на тотальную загрузку по линии борьбы с последствиями паводка в Иркутской области), глава Минэкономразвития Максим Орешкин и глава Минобрнуаки Михаил Котюков.

Исполнение бюджета национальных проектов на 1 октября 2019 года: в лидерах «Культура» и «Здравоохранение». Хуже всех ситуация с «Цифровой экономикой» и «Экологией».

За месяц (предыдущие данные публиковались на 01.09.2019) кассовое исполнение увеличилось на 6,5% и составило 52,53% (893 млрд) от запланированного в паспортах национальных проектов в 2019 году 1,7 трлн рублей.

Таким образом, в оставшиеся три месяца министерствам предстоит довести до исполнителей мероприятий и обеспечить приемку работ на 800 миллиардов!

Ситуация крайне сложная, и уже можно прогнозировать, что по подавляющему большинству нацпроектов достичь 100-процентного кассового исполнения не удастся.

Что это? Показатель ошибок в планировании при формировании паспортов нацпроектов или лишнее доказательство неповоротливости бюрократической машины, которая не смогла быстро набрать динамику в мероприятиях, предусмотренных Майским указом Президента?

Лидером по исполнению оказался нацпроект «Культура» — 70,68%. Это объяснимо: финансирование проекта по сравнению с другими относительно невелико — всего 13 млрд рублей на 2019 год, а большая часть средств доведена до субъектов Федерации в виде субвенций, и идёт на текущее содержание учреждений культуры. Спорный «прорыв», конечно, но помогает Владимиру Мединскому быть лидером по использованию бюджетных средств.

На втором месте нацпроект «Здравоохранение» главы Минздрава Вероники Скворцовой — 67,47%. Несмотря на критику проектного офиса, «врачи» в деле кассового исполнения дают фору всем оставшимся участникам Майского указа.

В пятерке «успешных» по доведению средств до получателей нацпроектов «Наука» — 66,21%, «Демография» — 65,86%, «Образование» — 59,12%.

Разочарованием года уже можно назвать нацпроект «Цифровая экономика». Министерство цифрового развития Константина Носкова за месяц смогло нарастить кассовое исполнение всего на 1,7% — до 12,32% от выделенных 108 млрд рублей. Полный провал.

С нацпроектом «Экология» тоже беда. Минприроды использовало лишь 20% предусмотренных в бюджете средств.

Зато есть за что похвалить подопечных министра транспорта Евгения Дитриха. Самый молодой нацпроект к октябрю сумел выйти на исполнение 40,29% от немалой суммы 370 млрд рублей. Хотя говорить о достижении 100% к концу года, конечно, вряд ли приходится.

Остальные нацпроекты в целом «середнячки», однако исполнение некоторых федеральных проектов, входящих в их состав, не превышает 10%.

Дальнейшая судьба таких федпроектов — под большим вопросом. Похоже, есть понимание, что они изначально были нереализуемы.

Кассовое исполнение национального проекта «Цифровая экономика» на 1 октября 2019 г.

Анатомия провала Министерства цифрового развития Константина Носкова состоит из 6 федеральных проектов. 5 из них весьма обширны – включают в себя от 10 до 49 мероприятий. Напомним, из выделенных 108 млрд рублей министерством освоены лишь 13,3 млрд или 13,32%.

Можно рассуждать о том, что молодого министра просто завалили работой и вручили неподъемную ношу, но даже исполнение самого небольшого проекта – «Нормативное регулирование цифровой среды» на уровне 15% говорит, что дело не в этом. На проект, состоящий всего из 2-х мероприятий, выделены мизерные средства – 264,9 млн руб. Из них освоены всего 41,6 млн.

Наиболее успешный в плане освоения средств федпроект «Информационная инфраструктура» имеет кассовое исполнение на уровне 18,8%. Из выделенных 41,7 млрд рублей освоены лишь 7,8. При этом из 27 мероприятий проекта на нулевом уровне освоения средств – 17.

Дальше – хуже.

«Цифровое государственное управление» – самый большой, и, казалось бы, самый значимый и важный для самого Носкова федеральный проект. Включает в себя 49 мероприятий, многие из которых нацелены на обеспечение работы Правительства Российской Федерации, ФОИВов. На его реализацию выделены более 29 млрд рублей. Успеха не получилось. Освоены лишь 3,3 млрд (11,41%). Кассовое исполнение 32 мероприятий равно нулю.

«Кадры для цифровой экономики». Из выделенных 10,5 млрд рублей освоен 1 млрд или 9,57%. Из 29 мероприятий проекта кассовое исполнение 14 – 0.

«Цифровые технологии». Выделены 21,47 млрд, освоен 1 млрд или 4,8%. По 10 мероприятиям из 13 освоение – 0.

Наконец, «Информационная безопасность». Кассовое исполнение – 42,2 млн из заложенных 4,8 млрд. Это всего 0,87%. Без освоения средств 30 мероприятий из 35. Позорный и в то же время крайне опасный результат для одного из ключевых федеральных проектов ЦЭ.

Странно, что Константин Носков, не первый десяток лет работающий в системе федеральных органов власти на руководящих должностях, смог допустить такой провал. Произошедшее ставит серьезный вопрос о его управленческих компетенциях.