Forwarded from Холод
«Слон идет по России к царю и в нем просыпаются стыд и гнев, он утрачивает наивность и невинность». Лев Оборин — о том, почему стоит прочитать роман Линор Горалик «Бобо»
«Бобо» — это история слона, которого подарили русскому царю в 2022 году. Он идет по России и видит все, что в ней сейчас происходит. Во время своего пути слон испытает все стадии ужаса и разочарования.
Книга доступна для свободного скачивания на сайте Линор Горалик. В соцсетях «Бобо» уже получил много восторженных отзывов.
Литературный критик Лев Оборин советует всем непременно ее скачать. И вот почему
Не работает ссылка? Попробуйте эту
«Бобо» — это история слона, которого подарили русскому царю в 2022 году. Он идет по России и видит все, что в ней сейчас происходит. Во время своего пути слон испытает все стадии ужаса и разочарования.
Книга доступна для свободного скачивания на сайте Линор Горалик. В соцсетях «Бобо» уже получил много восторженных отзывов.
Литературный критик Лев Оборин советует всем непременно ее скачать. И вот почему
Не работает ссылка? Попробуйте эту
«Холод»
Современная Россия глазами слона
Линор Горалик выложила в открытый доступ роман, в котором слон идет по России-2022. Литературный критик Лев Оборин считает его выдающимся
Не стало Сергея Дрейдена. Жалко до слёз, «Сумасшедшая помощь» — один из любимейших фильмов.
Популярных психологов и бизнес-коучей я обычно сторонюсь, зато люблю концептуальные сборники (и нон-фикшен, и художественную прозу), поэтому «Зоопарк в твоей голове» мне, скорее, понравился. 25 авторов о 25 психологических синдромах — местами книжке не хватает легкости (зависит прежде всего от автора), но в целом она интересна и полезна, ибо делает понятнее и синдромы, и то, как с ними жить. Многие из 25 я более-менее знал и раньше — СДВГ, стокгольмский, депрессивный, эмоционального выгорания, сбитого летчика, думскроллинг. Многие честно вижу и у себя — самозванца, новичка, контрол-фрика, белого кролика, FOMO, отложенной жизни. Было время, когда хорошо представлял себе, что такое «синдром тревожного ожидания сексуальной неудачи». Из ранее мне неизвестных самым любопытным показался синдром дефицитарного нарциссизма. Но вообще читать книгу интереснее всего так — задумываться, каких синдромов из нее у тебя вроде бы нет, и радоваться, что нет хотя бы их. Не Дориан Грей, не Питер Пэн и не Пигмалион — и слава богу.
ашдщдщпштщаа
Популярных психологов и бизнес-коучей я обычно сторонюсь, зато люблю концептуальные сборники (и нон-фикшен, и художественную прозу), поэтому «Зоопарк в твоей голове» мне, скорее, понравился. 25 авторов о 25 психологических синдромах — местами книжке не хватает…
Н. пришла ко мне, чтобы избавиться от прокрастинации. Она написала, что в последнее время перестала уделять достаточно внимания важным вещам — собственному небольшому, но дорогому сердцу бизнесу, спорту, любому творческому занятию.
На первой сессии выяснилось, что уже как несколько месяцев, после перенесенной операции, совпавшей с прогнозируемым, но непростым разрывом романтических отношений, Н. не чувствует ни к чему интереса и с трудом встает с кровати по утрам, что раньше было для нее нехарактерно. Она совершенно перестала встречаться с друзьями и близкими и выходить гулять. Большую часть выходных, а зачастую и будней, Н. проводила в кровати, играя в телефон, а вечерами ругала себя за невыполненные дела.
Нерешенные вопросы накапливались как снежный ком, заставляя Н. чувствовать себя еще хуже и пребывать в мыслях о безнадежности положения, в котором она оказалась.
Конечно, сразу стало ясно, что корень проблем Н. совершенно не в прокрастинации.
Я настоятельно рекомендовала ей обратиться за консультацией к психиатру. Спустя несколько недель Н. вернулась с диагнозом «депрессивный эпизод» и соответствующими назначениями, и мы с ней начали учиться справляться с депрессивной симптоматикой.
Трудно найти человека, который бы не слышал этот диагноз или не соприкоснулся с ним в той или иной мере, прямо или косвенно. Депрессивный синдром — это расстройство эмоциональной сферы, а точнее — целая группа расстройств, от которой, по данным ВОЗ, страдает 5% взрослого населения Земли. Если вам кажется, что это не так уж и много, в абсолютных цифрах мы говорим примерно о 280 миллионах человек. Скорее всего, если не вы, то хотя бы несколько человек из вашего окружения страдали или страдают от этого заболевания, которое является одной из основных причин нетрудоспособности во всем мире.
Более того, вполне вероятно, что кто-то из них не подозревает, что сталкивается с депрессивной симптоматикой, считая себя просто лентяем. А может, и вовсе не признает диагноз, ведь «отговорки все это, раньше никаких депрессий не было, не болезнь это».
Как бы ни было распространено мнение из предыдущего абзаца, последняя редакция Международной классификации болезней МКБ-11 его опровергает, относя депрессивный синдром к категории аффективных расстройств.
Симптомы, из которых он складывается, необходимые для постановки диагноза депрессивного эпизода, разделены на три клинически значимые группы — аффективные, когнитивные и нейровегетативные. Иными словами, это про длительное плохое настроение, потерю интереса к любым занятиям и чувство безнадежности и бессмысленности, усталость, нарушение сна и изменение аппетита. Обязательно необходимо наличие таких критериев, как ежедневное сниженное настроение и снижение интереса к любой деятельности, продолжающиеся в течение как минимум двух недель.
Официальная статистика говорит, что среди женщин депрессия распространена примерно вдвое больше, чем среди мужчин.
Однако надо понимать, что она учитывает лишь случаи диагностированного заболевания. Культурно и социально обусловленное нежелание мужчин обращаться за врачебной помощью («мальчики не плачут», «чего нюни распустил, будь мужиком», «лучше выпить с друзьями, чем с кем-то за деньги свои проблемы обсуждать») может быть серьезным фактором, влияющим на статистику.
И не просто на статистику. В наиболее тяжелых случаях депрессия без необходимого лечения может привести к самым трагичным последствиям. Самоубийство находится на четвертом месте среди причин смерти молодых людей в возрасте 15–29 лет. Это более 700 000 человек каждый год. Достаточно, чтобы принимать всерьез всю серьезность заболевания.
Лечение депрессивного синдрома существует и зависит от тяжести и характера эпизодов заболевания. В сложных случаях с риском суицида без госпитализации и медикаментозной терапии не обойтись. При этом для легкой формы депрессии не таблетки, а именно психологическая терапия является методом первого выбора. В большинстве же случаев именно сочетание фармакотерапии (представленной преимущественно антидепрессантами) и определенных видов психотерапии является наиболее эффективным.
На первой сессии выяснилось, что уже как несколько месяцев, после перенесенной операции, совпавшей с прогнозируемым, но непростым разрывом романтических отношений, Н. не чувствует ни к чему интереса и с трудом встает с кровати по утрам, что раньше было для нее нехарактерно. Она совершенно перестала встречаться с друзьями и близкими и выходить гулять. Большую часть выходных, а зачастую и будней, Н. проводила в кровати, играя в телефон, а вечерами ругала себя за невыполненные дела.
Нерешенные вопросы накапливались как снежный ком, заставляя Н. чувствовать себя еще хуже и пребывать в мыслях о безнадежности положения, в котором она оказалась.
Конечно, сразу стало ясно, что корень проблем Н. совершенно не в прокрастинации.
Я настоятельно рекомендовала ей обратиться за консультацией к психиатру. Спустя несколько недель Н. вернулась с диагнозом «депрессивный эпизод» и соответствующими назначениями, и мы с ней начали учиться справляться с депрессивной симптоматикой.
Трудно найти человека, который бы не слышал этот диагноз или не соприкоснулся с ним в той или иной мере, прямо или косвенно. Депрессивный синдром — это расстройство эмоциональной сферы, а точнее — целая группа расстройств, от которой, по данным ВОЗ, страдает 5% взрослого населения Земли. Если вам кажется, что это не так уж и много, в абсолютных цифрах мы говорим примерно о 280 миллионах человек. Скорее всего, если не вы, то хотя бы несколько человек из вашего окружения страдали или страдают от этого заболевания, которое является одной из основных причин нетрудоспособности во всем мире.
Более того, вполне вероятно, что кто-то из них не подозревает, что сталкивается с депрессивной симптоматикой, считая себя просто лентяем. А может, и вовсе не признает диагноз, ведь «отговорки все это, раньше никаких депрессий не было, не болезнь это».
Как бы ни было распространено мнение из предыдущего абзаца, последняя редакция Международной классификации болезней МКБ-11 его опровергает, относя депрессивный синдром к категории аффективных расстройств.
Симптомы, из которых он складывается, необходимые для постановки диагноза депрессивного эпизода, разделены на три клинически значимые группы — аффективные, когнитивные и нейровегетативные. Иными словами, это про длительное плохое настроение, потерю интереса к любым занятиям и чувство безнадежности и бессмысленности, усталость, нарушение сна и изменение аппетита. Обязательно необходимо наличие таких критериев, как ежедневное сниженное настроение и снижение интереса к любой деятельности, продолжающиеся в течение как минимум двух недель.
Официальная статистика говорит, что среди женщин депрессия распространена примерно вдвое больше, чем среди мужчин.
Однако надо понимать, что она учитывает лишь случаи диагностированного заболевания. Культурно и социально обусловленное нежелание мужчин обращаться за врачебной помощью («мальчики не плачут», «чего нюни распустил, будь мужиком», «лучше выпить с друзьями, чем с кем-то за деньги свои проблемы обсуждать») может быть серьезным фактором, влияющим на статистику.
И не просто на статистику. В наиболее тяжелых случаях депрессия без необходимого лечения может привести к самым трагичным последствиям. Самоубийство находится на четвертом месте среди причин смерти молодых людей в возрасте 15–29 лет. Это более 700 000 человек каждый год. Достаточно, чтобы принимать всерьез всю серьезность заболевания.
Лечение депрессивного синдрома существует и зависит от тяжести и характера эпизодов заболевания. В сложных случаях с риском суицида без госпитализации и медикаментозной терапии не обойтись. При этом для легкой формы депрессии не таблетки, а именно психологическая терапия является методом первого выбора. В большинстве же случаев именно сочетание фармакотерапии (представленной преимущественно антидепрессантами) и определенных видов психотерапии является наиболее эффективным.
Forwarded from Zavtracast (Dmitriy Zombak)
Первый кадр из мультфильма "Вавилон 5: Дорога Домой" (Babylon 5: The Road Home) от Warner Bros Animation. Мультфильм выйдет на стриминге Discovery уже летом.
По сюжету, капитан станции "Вавилон 5" Джон Шеридан (к его озвучке вернётся сыгравший его в сериале Брюс Бокслейтнер) из-за каких-то таинственных событий провалится сквозь ткань реальности и угодит в несколько разных временных линий, а также альтернативных вселенных, чтобы в итоге встретиться со своими старыми друзьями, а также найти вопрос о смысле жизни и вселенной.
Также к своим ролям вернутся Клаудиа Кристиан в роли Сьюзан Ивановой, Питер Джурасик в роли Лондо Моллари, Билл Мамми в роли Ленньера, Трейси Скоггинс в роли Элизабет Локли и Патрисия Толлман в роли Литы Александер. К сожалению, остальных персонажей из сериала будут озвучивать другие актёры. Прошло много лет и не все из оригинального состава остались живы. Так, например, Г'Карра будет озвучивать Эндрю Моргадо, а сыгравший его в сериале актёр Андреас Катцулас скончался в 2006 году.
Сценаристом и исполнительным продюсером мультфильма "Вавилон 5: Дорога Домой" выступил сам Майкл Стражински, автор оригинального сериала, так что за сценарий можно не переживать.
@zavtracast
По сюжету, капитан станции "Вавилон 5" Джон Шеридан (к его озвучке вернётся сыгравший его в сериале Брюс Бокслейтнер) из-за каких-то таинственных событий провалится сквозь ткань реальности и угодит в несколько разных временных линий, а также альтернативных вселенных, чтобы в итоге встретиться со своими старыми друзьями, а также найти вопрос о смысле жизни и вселенной.
Также к своим ролям вернутся Клаудиа Кристиан в роли Сьюзан Ивановой, Питер Джурасик в роли Лондо Моллари, Билл Мамми в роли Ленньера, Трейси Скоггинс в роли Элизабет Локли и Патрисия Толлман в роли Литы Александер. К сожалению, остальных персонажей из сериала будут озвучивать другие актёры. Прошло много лет и не все из оригинального состава остались живы. Так, например, Г'Карра будет озвучивать Эндрю Моргадо, а сыгравший его в сериале актёр Андреас Катцулас скончался в 2006 году.
Сценаристом и исполнительным продюсером мультфильма "Вавилон 5: Дорога Домой" выступил сам Майкл Стражински, автор оригинального сериала, так что за сценарий можно не переживать.
@zavtracast
Долго игнорировал сборник Аллы Горбуновой «Конец света, моя любовь» (когда слишком многие что-либо хвалят, всегда включаю собаку-подозреваку) и прочитал в итоге запоем по пути из Барнаула. Рассказы про детство, отрочество и юность сначала воспринимаешь как автофикшен (и офигеваешь от градуса откровенности), но потом байки о бурной молодости в духе, простите старику эту ассоциацию, Денежкиной сменяет вдруг какое-то мистическое безумие почти на уровне, еще раз прошу прощения, Мамлеева, и тогда ты понимаешь, что позволил себя обмануть. Что проза Горбуновой — больше, чем просто полуавтобиографические истории или даже свидетельства поколения, молодость у которого, как у меня, пришлась на нулевые. С такой прозой, самодостаточной и мало на что похожей, несмотря на все сравнения выше, невольно хочется обращаться с уважением, такая она свирепая. Я, получается, всё сделал правильно, переждав, пока другие ей навосхищаются. И еще спектакль по этой книге «Тот самый день» в «Старом доме» не видел, а теперь надо непременно.
ашдщдщпштщаа
Долго игнорировал сборник Аллы Горбуновой «Конец света, моя любовь» (когда слишком многие что-либо хвалят, всегда включаю собаку-подозреваку) и прочитал в итоге запоем по пути из Барнаула. Рассказы про детство, отрочество и юность сначала воспринимаешь как…
Небольшой такой бар, оформлен как бы это сказать — на Соединенные Штаты похоже, на воображаемые Соединенные Штаты, там будто в маленьком городке, в Твин Пиксе каком-нибудь, такой бар. Висят номерные знаки всех штатов, карта дороги 66 из Лос-Анджелеса в Чикаго, как в песне Боба Дилана, на крыше — куски корпуса автомобиля. Вокруг сосны, ели, лес дремучий, озеро.
— Зайду к вам как-нибудь, — говорю, — вечером. Кто к вам ходит-то: местные с базы или из поселка ребята? Или с города приезжают? Бабы красивые есть? Ну а бармен, мужичок такой, волосатый, бородой заросший, в футболке с волком в стиле трайбл, мне говорит: — Да разные приходят, и с базы, и из поселка, ну а кто — из самого леса приходит. И подмигнул мне. — В субботу в полночь, — говорит, — русская красавица приходит. Это что баб касается. — Какая-такая, — говорю, — русская красавица? — А вон такая. Пиво, кстати, будете? — и достает маленькую бутылочку темного крафтового пива, а на нем написано «Russian beauty».
Пиво так называется, значит. Ну я взял бутылку — смотрю, на этикетке баба нарисована, непонятно, живая или мертвая, готичная такая, лицо белое, сама в кокошнике, сердце из груди вырвано и к платью присобачено, в руках опарыши, в глазах лютая злоба. А за ней — лес, сплетенья ветвей, черепа, хищные ночные птицы, узоры, складывающиеся в лица демонов, избушка на курьих ножках, лысая голова Кощея, гуси-лебеди и все в таком духе.
— Че за баба? — спросил я. — А ты сзади текст на этикетке прочитай, — говорит бармен. Ну я прочел, хоть там и по-английски было, я по-английски не очень, но что-то понял. Типа двое петербургских художников, муж и жена, эти этикетки рисуют, и написано там, что рисуют они их в мистическом трансе, во время которого они попадают на темную Родину. Есть как бы две небесные Родины: светлая и темная. Одна — как град Китеж, там белые храмы, колокола, расписные терема и прочая древняя святая Русь. Другая — темная Родина, похожая на страшную сказку, где всякая хтонь да нечисть, Баба яга, Кощей и ночной лес, где заблудились Аленушка с Иванушкой. «Темное русское коллективное бессознательное» — так написали про темную Родину художники. И они, художники эти, написали в своем манифесте, что на темную Родину они отправляются в состоянии мистического транса и рисуют всякие невоплощенные сущности, существующие на границе между миром мертвых и миром живых. Там-то они и повстречали русскую красавицу — эту бабу в кокошнике, и заодно показали ей дорогу в наш мир.
— Вот, приходит, — сказал бармен, — понимаешь, по субботам. — Это как? — не понял я. — Ну так, сидят мужики, пьют, в полночь заходит в бар, прямо вся такая, в кокошнике, с сердцем, с опарышами, и проходит от стены до стены. Осматривает всех глазами своими жуткими — а такая ненависть у нее в глазах, что это слов никаких не хватит, чтобы описать. Потом остановит взгляд на ком-то одном, пальцем на него укажет и исчезает. — Да что-то ты пиздишь мне, братан, по ходу! — Да ты с кем угодно поговори, многие ее видели, вот Виталик, что на прокате лодок работает... Ты приходи в субботу, увидишь! — Врешь ты все, хорошая байка, но больно уж глупая. В общем, вот тебе за шашлыки, а мне уж пора. Спасибо, что развлек, хотя юмор у тебя какой-то черный, повеселее бы что-нибудь придумал лучше. — Ну дело твое. Захочешь — так приходи.
Ну я встал, иду к выходу. У самой двери уже обернулся: — Слушай, ну а что с теми бывает, на кого она пальцем указала? Что-то ужасное? — Да не знаю я. Вроде живут, как и жили. Может, что-то и меняется, но как-то трудно говорить об этом... На меня вот как-то раз указала. Когда я только начинал здесь работать. Вроде живу, как и прежде, но что-то есть такое... что-то странное... как будто я и здесь живу, и там, на темной Родине. Как будто вижу что-то такое и не вижу, сам не знаю. Как будто лес дремучий ночной где-то во мне растет. Как будто принадлежу я на самом деле ему, а не этому миру. Как будто и нет никакого мира — только лес, этот бар и Она. Как будто...
Я не стал слушать дальше, открыл дверь и тут заметил в углу у двери маленькую кучку опарышей.
Я вышел из бара — в темный дремучий лес.
— Зайду к вам как-нибудь, — говорю, — вечером. Кто к вам ходит-то: местные с базы или из поселка ребята? Или с города приезжают? Бабы красивые есть? Ну а бармен, мужичок такой, волосатый, бородой заросший, в футболке с волком в стиле трайбл, мне говорит: — Да разные приходят, и с базы, и из поселка, ну а кто — из самого леса приходит. И подмигнул мне. — В субботу в полночь, — говорит, — русская красавица приходит. Это что баб касается. — Какая-такая, — говорю, — русская красавица? — А вон такая. Пиво, кстати, будете? — и достает маленькую бутылочку темного крафтового пива, а на нем написано «Russian beauty».
Пиво так называется, значит. Ну я взял бутылку — смотрю, на этикетке баба нарисована, непонятно, живая или мертвая, готичная такая, лицо белое, сама в кокошнике, сердце из груди вырвано и к платью присобачено, в руках опарыши, в глазах лютая злоба. А за ней — лес, сплетенья ветвей, черепа, хищные ночные птицы, узоры, складывающиеся в лица демонов, избушка на курьих ножках, лысая голова Кощея, гуси-лебеди и все в таком духе.
— Че за баба? — спросил я. — А ты сзади текст на этикетке прочитай, — говорит бармен. Ну я прочел, хоть там и по-английски было, я по-английски не очень, но что-то понял. Типа двое петербургских художников, муж и жена, эти этикетки рисуют, и написано там, что рисуют они их в мистическом трансе, во время которого они попадают на темную Родину. Есть как бы две небесные Родины: светлая и темная. Одна — как град Китеж, там белые храмы, колокола, расписные терема и прочая древняя святая Русь. Другая — темная Родина, похожая на страшную сказку, где всякая хтонь да нечисть, Баба яга, Кощей и ночной лес, где заблудились Аленушка с Иванушкой. «Темное русское коллективное бессознательное» — так написали про темную Родину художники. И они, художники эти, написали в своем манифесте, что на темную Родину они отправляются в состоянии мистического транса и рисуют всякие невоплощенные сущности, существующие на границе между миром мертвых и миром живых. Там-то они и повстречали русскую красавицу — эту бабу в кокошнике, и заодно показали ей дорогу в наш мир.
— Вот, приходит, — сказал бармен, — понимаешь, по субботам. — Это как? — не понял я. — Ну так, сидят мужики, пьют, в полночь заходит в бар, прямо вся такая, в кокошнике, с сердцем, с опарышами, и проходит от стены до стены. Осматривает всех глазами своими жуткими — а такая ненависть у нее в глазах, что это слов никаких не хватит, чтобы описать. Потом остановит взгляд на ком-то одном, пальцем на него укажет и исчезает. — Да что-то ты пиздишь мне, братан, по ходу! — Да ты с кем угодно поговори, многие ее видели, вот Виталик, что на прокате лодок работает... Ты приходи в субботу, увидишь! — Врешь ты все, хорошая байка, но больно уж глупая. В общем, вот тебе за шашлыки, а мне уж пора. Спасибо, что развлек, хотя юмор у тебя какой-то черный, повеселее бы что-нибудь придумал лучше. — Ну дело твое. Захочешь — так приходи.
Ну я встал, иду к выходу. У самой двери уже обернулся: — Слушай, ну а что с теми бывает, на кого она пальцем указала? Что-то ужасное? — Да не знаю я. Вроде живут, как и жили. Может, что-то и меняется, но как-то трудно говорить об этом... На меня вот как-то раз указала. Когда я только начинал здесь работать. Вроде живу, как и прежде, но что-то есть такое... что-то странное... как будто я и здесь живу, и там, на темной Родине. Как будто вижу что-то такое и не вижу, сам не знаю. Как будто лес дремучий ночной где-то во мне растет. Как будто принадлежу я на самом деле ему, а не этому миру. Как будто и нет никакого мира — только лес, этот бар и Она. Как будто...
Я не стал слушать дальше, открыл дверь и тут заметил в углу у двери маленькую кучку опарышей.
Я вышел из бара — в темный дремучий лес.
Оскудевает времени руда.
Приходит смерть, не нанося вреда.
К машине сводят под руки подругу.
Покойник разодет, как атташе.
Знакомые съезжаются в округу
В надеждах выпить о его душе.
Покойник жил — и нет его уже,
Отгружен в музыкальном багаже.
И каждый пьет, имея убежденье,
Что за столом все возрасты равны,
Как будто смерть — такое учрежденье,
Где очередь — с обратной стороны.
Поет гармонь. На стол несут вино.
А между тем все умерли давно,
Сойдясь в застолье от семейных выгод
Под музыку знакомых развозить,
Поскольку жизнь всегда имеет выход,
И это смерть. А ей не возразить.
Возьми гармонь и пой издалека
О том, как жизнь тепла и велика,
О женщине, подаренной другому,
О пыльных мальвах по дороге к дому,
О том, как после стольких лет труда
Приходит смерть. И это не беда.
Алексей Цветков
Приходит смерть, не нанося вреда.
К машине сводят под руки подругу.
Покойник разодет, как атташе.
Знакомые съезжаются в округу
В надеждах выпить о его душе.
Покойник жил — и нет его уже,
Отгружен в музыкальном багаже.
И каждый пьет, имея убежденье,
Что за столом все возрасты равны,
Как будто смерть — такое учрежденье,
Где очередь — с обратной стороны.
Поет гармонь. На стол несут вино.
А между тем все умерли давно,
Сойдясь в застолье от семейных выгод
Под музыку знакомых развозить,
Поскольку жизнь всегда имеет выход,
И это смерть. А ей не возразить.
Возьми гармонь и пой издалека
О том, как жизнь тепла и велика,
О женщине, подаренной другому,
О пыльных мальвах по дороге к дому,
О том, как после стольких лет труда
Приходит смерть. И это не беда.
Алексей Цветков
Arzamas
Строка в контракте
Сергей Гандлевский памяти Алексея Цветкова
Закрыли гештальт, можно сказать: в 2020 году хотел в мае с Коляном приехать в Москву, показать сыну любимый город, но всё накрылось карантином; на этих выходных мы наконец в Москве, Коля счастлив, я тоже; запомню эти дни навсегда.
«Зачем делать человекообразных роботов, если человек сам несовершенен? — возражает Михаил Успенский. — Сейчас много говорят о гастарбайтерах. Если всех гастарбайтеров заменить роботами, я уверяю вас, скоро начнут протестовать против них. Человеку нужно кого-то гнобить».
https://tayga.info/114768
Неприлично часто стал вспоминать в последнее время свои тайгинские тексты. Вот репортаж с «Робосиба» в Иркутске — 10 лет назад выпивал с фантастами Кагановым, Лукьяненко и Успенским. Вспомнил я этот текст из-за финала с киндер-сюрпризом — очень тогда повезло мне и моему навыку обращать на всё внимание.
https://tayga.info/114768
Неприлично часто стал вспоминать в последнее время свои тайгинские тексты. Вот репортаж с «Робосиба» в Иркутске — 10 лет назад выпивал с фантастами Кагановым, Лукьяненко и Успенским. Вспомнил я этот текст из-за финала с киндер-сюрпризом — очень тогда повезло мне и моему навыку обращать на всё внимание.
тайга.инфо
«Штуки, которые создают иллюзию разумных»: Фестиваль робототехники прошел в Иркутске
«Вкалывают роботы — счастлив человек». Корреспондент Тайги.инфо провел два дня в Иркутске на фестивале «Робосиб» с будущими «инженерами нового поколения» и понял, что счастье из песни Сыроежкина — это восторг от причастности к чему-то настоящему, а не радость…
В рубрике «Пересмотрел» — «Хранители» Зака Снайдера, самый странный супергеройский фильм из когда-либо снятых. От его альтернативной реальности, в которой США победили Вьетнам, Уотергейта не случилось и Никсон остался президентом в 1985 году, сложно оторваться, но при этом в нее совсем не хочется. В команде Хранителей сверхспособности есть только у Доктора Манхэттена (Билли Крудап, «Крупная рыба»), остальные просто сильные, умные и технически подкованные, но это не важно: главное, что Хранители — не супер-, а антигерои, считать их положительными персонажами трудно, слишком уж они криповые и неправильные. Это, конечно, очень снайдеровское кино: всё, за что ругают и обожают фильмы про Лигу справедливости, go to eleven в «Хранителях» — и саундтрек, и рапид, и мрачная мегаломания на уровне сюжета и визуальных решений. Мой любимый герой — не Роршах («Это не меня с вами заперли, это вас заперли со мной!»), а Озимандий (в дубляже Мэттью Гуд, оказывается, говорит голосом Бурунова; какой все-таки разноплановый актер).
Forwarded from Shakko: об искусстве
ОНА УМРЕТ
Мой комментарий по поводу перемещения иконы Андрея Рублева "Троица" из стен музея в стены храма.
(Для цитирования в СМИ в том числе).
Икона "Троица" Андрея Рублева -- это не только уникальное сокровище изобразительного искусства нашей страны. Также это деревянная доска с краской на ней возрастом примерно 596-612 лет.
Доска возрастом шестьсот лет.
У нас в России мало зданий можно найти настолько старых.
Эта доска и краска на ней в очень плохом состоянии. Там огромное количество дырок, трещин. Сцепление красочного слоя с деревом -- плохое. Темпера отшелушивается. В Третьяковке "Троица" постоянно находится на контроле (как больной в палате, обвешанный датчиками), в специальной витрине ("кислородной палатке").
Если такой древний предмет переместить из климата, в котором он привык находиться, в любой другой, тем более не в музейный, где много открытого огня (свечи) и людей, которые потеют и дышат, то предмет начнет чувствовать себя очень плохо. Коробиться, осыпаться.
В прошлом году всего несколько дней пребывания "Троицы" вне музейного климата добавили ей 60 болевых точек. По возвращению в музей ее срочно отправили "на операцию" -- на стол реставраторов.
Если "Троицу" навсегда переместить из музея ("больницы") и музейных работников, реставраторов ("санитаров" и "хирургов") в церковь (место, неприспособленное для паллиативного лечения доски возрастом 600 лет), то она достаточно скоро умрет.
Нет, волшебная супер-пупер вакуумная капсула-витрина за миллионы (которую все равно не сделают) -- не поможет. Представьте себе больного, которого перемещают из больницы в храм, пускай даже со всем оборудованием и специалистами.
После того, как "Троица" перестанет жить в музее и поддерживаться силами музейных специалистов, она умрет в физическом смысле этого слова. Краска отвалится; деревянный щит, сбитый из нескольких дощечек, пойдет ходуном.
Произойдет это в течение года, или даже нескольких месяцев.
👉 Мой старый текст: Почему старые иконы должны храниться в музеях (с точки зрения сопромата).
Мой комментарий по поводу перемещения иконы Андрея Рублева "Троица" из стен музея в стены храма.
(Для цитирования в СМИ в том числе).
Икона "Троица" Андрея Рублева -- это не только уникальное сокровище изобразительного искусства нашей страны. Также это деревянная доска с краской на ней возрастом примерно 596-612 лет.
Доска возрастом шестьсот лет.
У нас в России мало зданий можно найти настолько старых.
Эта доска и краска на ней в очень плохом состоянии. Там огромное количество дырок, трещин. Сцепление красочного слоя с деревом -- плохое. Темпера отшелушивается. В Третьяковке "Троица" постоянно находится на контроле (как больной в палате, обвешанный датчиками), в специальной витрине ("кислородной палатке").
Если такой древний предмет переместить из климата, в котором он привык находиться, в любой другой, тем более не в музейный, где много открытого огня (свечи) и людей, которые потеют и дышат, то предмет начнет чувствовать себя очень плохо. Коробиться, осыпаться.
В прошлом году всего несколько дней пребывания "Троицы" вне музейного климата добавили ей 60 болевых точек. По возвращению в музей ее срочно отправили "на операцию" -- на стол реставраторов.
Если "Троицу" навсегда переместить из музея ("больницы") и музейных работников, реставраторов ("санитаров" и "хирургов") в церковь (место, неприспособленное для паллиативного лечения доски возрастом 600 лет), то она достаточно скоро умрет.
Нет, волшебная супер-пупер вакуумная капсула-витрина за миллионы (которую все равно не сделают) -- не поможет. Представьте себе больного, которого перемещают из больницы в храм, пускай даже со всем оборудованием и специалистами.
После того, как "Троица" перестанет жить в музее и поддерживаться силами музейных специалистов, она умрет в физическом смысле этого слова. Краска отвалится; деревянный щит, сбитый из нескольких дощечек, пойдет ходуном.
Произойдет это в течение года, или даже нескольких месяцев.
👉 Мой старый текст: Почему старые иконы должны храниться в музеях (с точки зрения сопромата).
Впервые услышал певицу DaKooka лет пять назад: песня «Умри, если меня не любишь» потом еще была использована в сериале «Первые ласточки». Сейчас она выпустила альбом, на котором звучит только эта песня — в русской, китайской, украинской и английской версиях. А еще есть три замедленных и три ускоренных версии, что довольно дико и вообще непонятно, зачем в довесок к иноязычным нужны еще и они. Странная девушка, короче.
Подаренный турецким султаном русскому царю боевой слон Бобо идет по стране с приставленной к нему свитой, знакомясь по пути с Россией и россиянами, с каждой новой встречей меняя отношение к «новой Родине» и ждущему его в оренбургском бункере русскому царю. На дворе стоит 2022 год со всей его повесткой.
Линор Горалик написала главную книгу года и, «чтобы издательство не убилось», выложила ее на своем сайте. «Бобо» — смешная, страшная, грустная и нежная книжка, в которой рассказчиком выступает слон. Именно его наивными глазами мы видим жестоких омоновцев и родителей мобилизованных, представителей РПЦ и Z-поэтов, политтехнологов и оппозиционеров, «креативные индустрии» и домашнее насилие, новый Новочеркасск и шоковое состояние от новостей про Бучу. Добрый Бобо не может осознать увиденное: кажется, еще немного и рявкнет, объяснив срыв мустом, «Как это, блядь, возможно?!» Но и это выше его слоновьих сил, и он отчаянно рыдает в саду, отчетливо напоминающем Гефсиманский.
Великий роман, скачивайте срочно и читайте.
Линор Горалик написала главную книгу года и, «чтобы издательство не убилось», выложила ее на своем сайте. «Бобо» — смешная, страшная, грустная и нежная книжка, в которой рассказчиком выступает слон. Именно его наивными глазами мы видим жестоких омоновцев и родителей мобилизованных, представителей РПЦ и Z-поэтов, политтехнологов и оппозиционеров, «креативные индустрии» и домашнее насилие, новый Новочеркасск и шоковое состояние от новостей про Бучу. Добрый Бобо не может осознать увиденное: кажется, еще немного и рявкнет, объяснив срыв мустом, «Как это, блядь, возможно?!» Но и это выше его слоновьих сил, и он отчаянно рыдает в саду, отчетливо напоминающем Гефсиманский.
Великий роман, скачивайте срочно и читайте.
ашдщдщпштщаа
Подаренный турецким султаном русскому царю боевой слон Бобо идет по стране с приставленной к нему свитой, знакомясь по пути с Россией и россиянами, с каждой новой встречей меняя отношение к «новой Родине» и ждущему его в оренбургском бункере русскому царю.…
Я уже научился понимать Кузьму и даже ловко ему подыгрывать и этим умением немного гордился: я тут же стал перетаптываться, изображая некоторое нетерпение и даже, может быть, готовность потерять прекрасное расположение духа. Все забегали. Камеры встали на места. Ворота распахнулись, Толгат поерзал и почесал мне ухо, подавая знак, и мы пошли.
…Я решил сперва, что где-то уже такое видел — то ли в ужасном сне, то ли… Я смотрел и смотрел, оторопев, переводя взгляд с одного личика на другое, и вдруг вспомнил, вспомнил: я слышал это от отца, я слушал, а отец, неторопливо жуя, рассказывал про такие же белые лица и синие губы и про такую же мелкую-мелкую дрожь, и почему-то сейчас мне было так важно, так важно вспомнить название яда, которым отцовские воины мазали стрелы, — яда, от которого губы у человека становились синими, а кожа белой, и из носа начинала струиться юшка, и по хлюпанью втягиваемой юшки да по стуку зубов, который невозможно было сдержать из-за этой мелкой-мелкой дрожи, человека находили в любой чаще, как бы он ни пытался прятаться первое время, пока ноги еще держали его — а держали они его недолго: на страшной жаре отцовской родины человек умирал от холода, расходящегося волнами от места, куда впилась пропитанная ядом стрела, за пол светового дня. И вот сейчас, когда мы вошли в ворота, стало очень тихо, и слышал я только хлюпанье юшки из пяти десятков носов да мелкий стук зубовный, да еще чей-то сдавленный плач; и, ей-богу, я успел в ужасе подумать, что прокрались сюда апаху и постреляли несчастных детей, полагая, что те держат меня в плену: месть за отца, спасение сына; сейчас со страшным боевым свистом начнут они прыгать с крыши третьего этажа, смуглые, полуголые и построенные зачем-то зигзагом дрожащие дети с синими губами будут падать в снег, и снег окрасится кровью.
Я не мог шевельнуться: я стоял с открытым ртом, как последний идиот, ничего не понимая, и тут господин профессор внезапно очень громко произнес:
— На счет «три» слоников подняли над головой! Раз, два… три!
И на счет «три» действительно дрожащими ручками дети эти подняли над головами то, что каждый из них держал, — каких-то кривых и косых слоников из пластилина, фетра, папье-маше, бог весть чего еще. Плач стал громче. И тут Кузьма очень спокойно сказал:
— Опустить слоников.
А потом заорал, но обращаясь не к детям, все еще державшим свои поделки кое-как над собою, а к господину профессору Николаю Степановичу:
— Опустить слоников!!!
Николай Степанович вздрогнул и закричал, в свою очередь, тоже глядя вовсе не на серый зигзаг, а на Кузьму:
— Опустить слоников!!!
Слоники опустились — правда, не все.
— Всех в здание, — очень тихо сказал Кузьма.
— Помилуйте, — ошеломленно сказал Николай Степанович, — нас ждет сеанс зоотерапии, тут товарищи приготовились к съемке, у нас расписание, вы и так на три часа опоздали, дети заждались…
— Дети, значит, заждались… — задумчиво сказал Кузьма. — Заждались, значит, дети… И сколько они прождали?
— Четыре часа как построились! — с достоинством сказал Николай Степанович. — Мы свое дело знаем и тоже умеем перед камерами в грязь лицом не ударить! Нас Соловьев полгода назад показывал! Не в канаве валяемся!
— В здание всех! — рявкнул Кузьма, да так, что стоявшие по краям двора медсестры быстро забегали; раз — и не стало никого во дворе, и только валялся у нас под ногами выточенный из дерева маленький кривой слоник с синими губами, с белыми глазами.
— Вы, может, и царский посланник, — зашипел Николай Степанович, обнажая прекрасные, как жемчуг, зубы, — а только директор тут я! Распоряжение, между прочим, ваше было — к вашему же приходу всех во двор вывести и весело встречать!
— До хуя вы нас весело встретили, — прошипел в ответ Кузьма, отворачиваясь от Николая Степановича. — Хуй вы должны были забить на мое распоряжение, когда мы вовремя не пришли!
— Да-а-а-а? — протянул издевательски Николай Степанович. — Сме-е-е-елый вы, видать, человек! А я не смелый, я, знаете, разумный.
Кузьма молчал. Толгат, успевший с меня осторожно слезть, незаметно для всех поднял с земли кривого слоника и положил в свою котомочку.
…Я решил сперва, что где-то уже такое видел — то ли в ужасном сне, то ли… Я смотрел и смотрел, оторопев, переводя взгляд с одного личика на другое, и вдруг вспомнил, вспомнил: я слышал это от отца, я слушал, а отец, неторопливо жуя, рассказывал про такие же белые лица и синие губы и про такую же мелкую-мелкую дрожь, и почему-то сейчас мне было так важно, так важно вспомнить название яда, которым отцовские воины мазали стрелы, — яда, от которого губы у человека становились синими, а кожа белой, и из носа начинала струиться юшка, и по хлюпанью втягиваемой юшки да по стуку зубов, который невозможно было сдержать из-за этой мелкой-мелкой дрожи, человека находили в любой чаще, как бы он ни пытался прятаться первое время, пока ноги еще держали его — а держали они его недолго: на страшной жаре отцовской родины человек умирал от холода, расходящегося волнами от места, куда впилась пропитанная ядом стрела, за пол светового дня. И вот сейчас, когда мы вошли в ворота, стало очень тихо, и слышал я только хлюпанье юшки из пяти десятков носов да мелкий стук зубовный, да еще чей-то сдавленный плач; и, ей-богу, я успел в ужасе подумать, что прокрались сюда апаху и постреляли несчастных детей, полагая, что те держат меня в плену: месть за отца, спасение сына; сейчас со страшным боевым свистом начнут они прыгать с крыши третьего этажа, смуглые, полуголые и построенные зачем-то зигзагом дрожащие дети с синими губами будут падать в снег, и снег окрасится кровью.
Я не мог шевельнуться: я стоял с открытым ртом, как последний идиот, ничего не понимая, и тут господин профессор внезапно очень громко произнес:
— На счет «три» слоников подняли над головой! Раз, два… три!
И на счет «три» действительно дрожащими ручками дети эти подняли над головами то, что каждый из них держал, — каких-то кривых и косых слоников из пластилина, фетра, папье-маше, бог весть чего еще. Плач стал громче. И тут Кузьма очень спокойно сказал:
— Опустить слоников.
А потом заорал, но обращаясь не к детям, все еще державшим свои поделки кое-как над собою, а к господину профессору Николаю Степановичу:
— Опустить слоников!!!
Николай Степанович вздрогнул и закричал, в свою очередь, тоже глядя вовсе не на серый зигзаг, а на Кузьму:
— Опустить слоников!!!
Слоники опустились — правда, не все.
— Всех в здание, — очень тихо сказал Кузьма.
— Помилуйте, — ошеломленно сказал Николай Степанович, — нас ждет сеанс зоотерапии, тут товарищи приготовились к съемке, у нас расписание, вы и так на три часа опоздали, дети заждались…
— Дети, значит, заждались… — задумчиво сказал Кузьма. — Заждались, значит, дети… И сколько они прождали?
— Четыре часа как построились! — с достоинством сказал Николай Степанович. — Мы свое дело знаем и тоже умеем перед камерами в грязь лицом не ударить! Нас Соловьев полгода назад показывал! Не в канаве валяемся!
— В здание всех! — рявкнул Кузьма, да так, что стоявшие по краям двора медсестры быстро забегали; раз — и не стало никого во дворе, и только валялся у нас под ногами выточенный из дерева маленький кривой слоник с синими губами, с белыми глазами.
— Вы, может, и царский посланник, — зашипел Николай Степанович, обнажая прекрасные, как жемчуг, зубы, — а только директор тут я! Распоряжение, между прочим, ваше было — к вашему же приходу всех во двор вывести и весело встречать!
— До хуя вы нас весело встретили, — прошипел в ответ Кузьма, отворачиваясь от Николая Степановича. — Хуй вы должны были забить на мое распоряжение, когда мы вовремя не пришли!
— Да-а-а-а? — протянул издевательски Николай Степанович. — Сме-е-е-елый вы, видать, человек! А я не смелый, я, знаете, разумный.
Кузьма молчал. Толгат, успевший с меня осторожно слезть, незаметно для всех поднял с земли кривого слоника и положил в свою котомочку.
Крутое какое фото: 29-летний Андрей Тарковский с Валентиной Малявиной на Венецианском фестивале в костюме, сшитом для него Вячеславом Зайцевым по просьбе Владимира Высоцкого.
По ссылке еще много нового (для меня, по крайней мере) — совместная фотка Зайцева с Высоцким, зайцевские костюмы на Селезнёвой в «Иване Васильевиче», последний фильм Орловой и Александрова «Скворец и Лира».
По ссылке еще много нового (для меня, по крайней мере) — совместная фотка Зайцева с Высоцким, зайцевские костюмы на Селезнёвой в «Иване Васильевиче», последний фильм Орловой и Александрова «Скворец и Лира».
ашдщдщпштщаа
Целый год наблюдаем, как из ничего и палок появляется то, что потом станет магазином; захватывающее зрелище.
Почти полгода не фиксировал, как меняется будущий магазин, а они его практически достроили.
В рубрике «Пересмотрел» — «The Darkest Hour», прошедший у нас в прокате как «Фантом», про атаку инопланетян глазами москвичей и молодых американцев, заставших начало вторжения в России. Такой фильм про нападение пришельцев — чтобы всё произошло не в Нью-Йорке, а в Москве — еще никто не снимал, а продюсер Бекмамбетов еще и знает, как снять её красиво. Режиссер «Фантома» Крис Горак после него ничего не снимал, хотя это и не режиссерское кино, если начистоту. Вагон ляпов и смешных штампов (за последние отвечает в основном герой Гоши Куценко — «Это Россия, тварь!», «Мы богаты минералами» и т.д.), зато Москва красивая. Показал Коле, зная, что тот после прошлых выходных уже будет видеть под другим углом — это уже не просто ГУМ и Красная площадь, а «мы 13 мая тут были». Помню, как смотрел «Фантом» в «Рассвете» и шел потом домой по вечерней зимней Затулинке дико довольным: провел полтора часа в летней Москве! Пускай герои по ней и ходят нелепыми тропами (про их маршрут нужен отдельный текст), а город всё равно люблю.