Алексей Серебряков в роли Михаила Лаврентьева в фильме про основателя новосибирского Академгородка «Самая умная улица в мире» (немного смущает, что кино будет «документально-игровое»: вряд ли речь идет про мокьюментари).

Мегаполис — С прочностью нитки (2025)

Новый альбом про свет и надежду. Про силу и слабость, про хрупкость и антихрупкость.

Началось все четыре года назад, за два месяца мы провели в студии четырнадцать сессий, как обычно это были совместные погружения в поток. Дали материалу полежать и в итоге выбрали пятьдесят шесть фрагментов.

Менялось время, менялся мир, и в какой-то момент альбом сам определил свое содержание, отринув лишнее: в итоге в него вошло двенадцать номеров.

Все на этот раз было не так, как обычно, работал «коллективный Курчатов», все вместе мы пытались взаимодействовать с музыкой, которую впустили, соответствовать ей, пока она не стала нашим новым альбомом. На это и ушло четыре года.

Слушать на всех площадках

17 апреля, презентация альбома в Москве
28 сентября, презентация альбома в Санкт-Петербурге

Предзаказ на винил

Именно поэтому Гершковича практически не допрашивали. Там было всего полтора допроса. Потому что сотрудники ФСБ изначально знали, что его будут обменивать, и не хотели, чтобы он рассказывал в Америке, как они с ним работали.

https://tinyurl.com/t-invariant/2025/04/andrej-soldatov-rossijskie-spetssluzhby-zapugivayut-do-sostoyaniya-samotsenzury-i-samodonositelstva/

Человек-«иноагент» дал интервью газете-«иноагенту», после которого всех (нас) становится очень жалко.

🥷 «Rodina» на всех площадках! Альбом получился довольно личный, но это результат командной работы. Благодарность и любовь всем участникам. И отдельное спасибо тем, кто донатил — без вас бы ничего не случилось 🖤

Продакшн: Сергей Подосинов, Алексей Пономарев.
Сведение: Сергей Подосинов.
Мастеринг: Ник Лобанов.
Музыка и тексты: Алексей Пономарев, кроме «500» (Борис Гребенщиков), «Родина» (Алексей Пономарев, Сергей Подосинов), «Между» (Алексей Пономарев, Владимир Комлев, Сергей Подосинов).
Обложка: Оля Васильева.
Вокал: Алексей Пономарев, Маша Родичева («Утро вдвоем»), Саша Гагарин («Все переменится»).
Труба: Вера Олейникова («Варшава», «Опять и опять», «Осткройц»).
Виолончель: Ульяна Волкова («Опять и опять», «Утро вдвоем»).
Бэк-вокалы: Владимир Комлев, Сергей Подосинов, Алексей Пономарев.
Барабаны, перкуссия: Владимир Комлев.
Бас: Сергей Подосинов, кроме «500» (Алексей Пономарев) и «Осткройц» (Виктор Давыдов).
Клавишные aka синты: Алексей Пономарев, Сергей Подосинов, Арсений Федоров.
Гитары: Алексей Пономарев, Сергей Подосинов.
Вой: пес Октавиан aka Pas.

https://band.link/jj_rodina_2025

1 июня 2017 года Олег Нестеров и Алексей Пономарев с их группами выступали в Москве. Практически одновременно и не сговариваясь. Я прилетел на юбилейный концерт «Мегаполиса», но переживал, что пропускаю выступление «ПОНИ»: на их-то концертах я еще никогда не бывал. И не побывал — приехал из «Гоголь-центра» в «Китайский лётчик Джао Да», когда всё было кончено, просто пить и общаться. Любимые группы часто у меня так «рифмовались»: 13 сентября 2019 года предпочел «Несчастникам» в «Горбушке» «Мегаполис» (опять!) в «Рюмочной в Зюзино».

4 апреля 2025 года Олег Нестеров и Алексей Пономарев с группами выпустили новые пластинки, и они обе какие-то весенние, светлые и, несмотря на вшитые в часть песен печали и боли, заполняющие меня надеждой на лучшее. Значит, буду надеяться! Что еще остаётся, если «Мегаполис» я увижу 17 апреля, а Joker James — неизвестно когда?

Разница между классическим критиком и обозревателем в том, что первый вступает в диалог с писателями, историей, культурой и литературным процессом как таковым. Обозреватель разговаривает в первую очередь с читателем, советует, на какую книгу обратить внимание. Если говорить шершавым языком бизнеса, критик работает в формате B2B, а обозреватель — в формате B2C.

https://gorky.media/context/zakat-kritiki/

А кто-то вообще присоединился к нашему проекту бесплатно — благодаря переговорам, хорошим отношениям и желанию быть частью большого события.

https://www.sostav.ru/publication/t2-rebrending-74126.html

На этом моменте засмеялся вслух, но вообще кейс, безусловно, крутой.

История простая: сентябрь 2022 года, девушки остались без парней — и вот «Васильковое прошлое». Это очень задорный трек, но настолько же трагичный. И все равно, как любая сказка, предполагает хороший и красивый финал. Я написал текст, мы взяли этот трек в руки и сразу поняли: «Ну, хит, да».

https://snob.ru/music/vse-chto-ugodno-tolko-ne-refleksiia-oleg-nesterov-o-novom-albome-megapolisa-s-prochnostiu-nitki/

Завидую Егору Спесивцеву, который имеет возможность расспрашивать Олега Анатольевича, фиксируя для Истории историю «Мегаполиса», и вместе с тем рад, что он есть.

Важная для меня книжка, реально одна из тех, что сделали меня тем, кто я есть. Давно не перечитывал, а в этом году узнал, что «Ловушку для родителей» сняли по мотивам повести Эриха Кестнера, и решил, что пора протянуть руку к полке: я до сих пор храню книгу 1988 года, подаренную подругой мамы, из-за которой я рано научился читать.

Главное открытие взрослого меня — четыре повести из шести в этом сборнике были написаны в первой половине XX века. Меня в детстве даже конка не смущала — мало ли как они там живут, в своей Европе. Перечитал в хронологическом порядке: «Эмиль и сыщики» (1929), «Кнопка и Антон» (1931), «Летающий класс» (1933), «Двойная Лоттхен» (1949), «Когда я был маленьким» (1957), «Мальчик из спичечной коробки» (1963). Кайфовал как в детстве.

У Кестнера очень добрые повести, про дружбу, семью, школу, честь и порядочность. Без сахара и не без горечи. Как если бы об «Обществе мертвых поэтов» писал Крапивин. Мне повезло, что я на этом вырос. Всем рекомендую: видел именно это издание на маркетплейсах.

— Браво! — закричали зрители.

— Что тут случилось? — спросил проходивший мимо приманер.

— Да ничего особенного, — ответил Себастьян Франк. — Мы просто просили Попугая выглянуть в окошко. Гарри не верит, что Попугай косой.

— Хочешь взять меня на пушку?

— При вашем-то росте? Да мне вас на пушку и не втащить.

Приманер предпочел поскорее продолжить свой путь.

Прибежал Ули фон Зиммерн:

— Себастьян, тебе надо идти на репетицию.

— «Король велел, и мальчик побежал», — с усмешкой продекламировал Себастьян и не торопясь отправился прочь.

У гимнастического зала уже стояли три мальчика: Джонни Тротц — автор новогодней пьесы с захватывающим названием «Летающий класс», Мартин Талер — примус и театральный художник в одном лице и Матиас Зельбман, который вечно был голодным, а в особенности после ужина, и который мечтал в будущем стать боксером. Он жевал и протягивал Ули, приближающемуся с Себастьяном, несколько печенин.

— Вот! — пробурчал он. — Ешь и станешь большим и сильным.

— Если бы ты не был столь глуп, — сказал Себастьян Матцу, — я бы воскликнул: «Как может разумный человек так много жрать!»

Матиас безразлично пожал плечами и продолжал жевать.

Себастьян поднялся на цыпочки, заглянул в окно и покачал головой:

— Полубоги опять откалывают танго.

— Пошли, — распорядился Мартин, и пятеро мальчиков вошли в гимнастический зал.

То, что происходило там, им явно не понравилось. Десять приманеров парами танцевали на паркете. Повторяли урок танцев. На долговязом Тирбахе была, вероятно утащенная у кухарки, шляпа. Он надел ее набекрень, покачиваясь двигался и деланно-элегантно обнимал рукой партнера, как будто это была его юная дама.

Мартин подошел к роялю, у которого сидел Красавчик Теодор и до невозможности фальшивя лупил по клавишам.

— Я прошу вас выслушать меня, — вежливо обратился Мартин. — Мы хотим продолжить репетицию пьесы Джонни Тротца.

Красавчик Теодор прервал свою игру. Танцоры приостановились.

— Тебе, пожалуй, придется подождать, пока мы не освободим зал! — высокомерно произнес он и снова заиграл, а приманеры принялись танцевать.

Мартин Талер, примус терции, протянул вперед свою всем известную рыжую голову.

— Послушайте, пожалуйста! — громко сказал он. — Доктор Бёк разрешил нам ежедневно с двух до трех часов репетировать в зале. И вам это хорошо известно.

Красавчик Теодор повернулся вокруг на рояльном стуле:

— Ты как, собственно, разговариваешь со своим старшим по комнате? А?

Приманеры окружили маленького Талера, словно собираясь его съесть. А Теодор снова заиграл свое танго.

Тут Мартин растолкал обступивших его, подошел к роялю и захлопнул крышку. Приманеры замерли от удивления. Матиас и Джонни поспешили на помощь. Однако Мартину они не потребовались.

— Вы так же, как и мы, должны подчиняться существующим распоряжениям! — возмущенно кричал он. — И нечего вам воображать! Всего-то на несколько лет старше нас! Жалуйтесь на меня доктору Бёку! Я требую, чтобы вы немедленно покинули гимнастический зал!

Красавчику Теодору попало крышкой по пальцам. Его хорошенькое конфетное личико исказилось от бешенства.

— Ну подождите, мальчики, — угрожающе произнес он и покинул поле битвы.

Себастьян отворил дверь и изысканно-вежливым поклоном проводил удаляющихся приманеров.

— Ох, уж эти господа танцоры, — неодобрительно изрек он, когда они вышли. — Крутятся на своих уроках танцев с размалеванными девицами и держатся за земную ось. Лучше бы почитали, что пишет о женщинах Артур Шопенгауэр.

— По-моему, девушки очень славные, — сказал Джонни Тротц.

— А у меня есть тетя, которая умеет боксировать, — с гордостью заявил Матиас.

— Довольно, довольно! — крикнул Мартин. — Джонатан, можно начинать репетицию.

— Хорошо, — ответил Джонни. — Итак, сегодня снова повторяем последнюю картину. Она еще не удается. Ты, Матц, по-свински относишься к своей роли.

— Если бы мой старик знал, что я тут выступаю в театре, он бы тотчас забрал меня из этого заведения, — сказал Матиас. — Я же просто решил оказать вам услугу. Кто бы, кроме меня, мог сыграть вам святого Петра? — Он вытащил из кармана большую седую бороду и подвязал ее к подбородку.

Важные уточнения про Рождество в детской книге (Лениздат, 1988).